Давным-давно, но всё равно, сказанье помнят то старухи.
Мужик вдовец жил на селе тихонько, не обидит мухи.
Дочурку жёнка, помирая, ему оставила. Она,
Душою добрая в отца, к труду приучена была.
Один мужик не долго жил, и по жене он, хоть грустил,
Пришла к нему друга жена и с собой дочку привела.
По нраву баба была злая. И падчерицу, изжить желая,
Всё придиралась к ней, бранила, работой тяжкою гнобила.
И мужика исподтишка точила поедом, едя.
Мужик наш бедный и не рад, что брачный принял тот обряд.
Бесилась баба день с утра. Потом решила, что пора
Сиротку выгнать из избы, как раз посреди зимы.
И утром как-то мужику: - я дочь твою тут не потерплю.
Иль увози её долой. Иль сам не приходи домой.-
Мужик поплакал, делать нечего. Запряг кобылу, уже вечер.
И чтоб не видели селяне, сажает дочку он тут в сани.
Жена шипит змеёй колодной: оставь у дуба, там волк голодный.
Мужик везёт, а сам рыдает. У дуба дочку оставляет.
Та оглянулась, кругом поле. И снегу нанесло по пояс.
Куда пойдёшь, хоть и луна? Так и присела у ствола.
Сидит, трясётся от мороза. Не капают из глаз и слёзы.
Стуча зубами, просит Бога, чтобы добавил он мороза.
А Мороз и сам уж тут. По сугробам стук да грюк
Дуб узором разрисовал и девицу увидал.
Подошёл. Кричит: - девица, я - Мороз. Тебе не спится?
- Добро пожаловать, Мороз! Видно, Бог тебя принёс
За грехи мои, наверно, наказать меня примерно.
- Чем же ты грешна, девица, что решила удалиться?
Ночью в поле ты одна. Или совесть не чиста? -
Тут Морозу на плечо Ворон сел и горячо
Что-то стал ему шептать. Тот лишь головой качать.
Усмехнулся в бороду: – Ладно, дальше я пойду.
Ждут ещё меня дела. А тебе - подарки от меня.
Ворон вот напомнил мне, тут сидишь по чьей вине. -
И Мороз взмахнул рукой. Тащат Волки короб большой,
В нём блестят каменья, злато. Будешь ты теперь богата. -
Взмах второй руки Мороза: – Это, чтоб ты не замёрзла. -
Короб перед ней другой. Ворох в нём одежды расписной.
Дева шубу натянула, шапку, валенки бегом, оглянулася кругом.
А Мороза простыл след. Ушёл дальше добрый Дед.
Тут согрелась наша дева. Благодарность Богу спела.
Волки песню подхватили, как завыли, как завыли.
Баба песню услыхала. Старика с утра послала.
- Езжай, кости собери. По-людски похорони.
А сама блины снимает. Падчерицу поминает.
Тут собака под столом застучала вдруг хвостом.
- Мужикова дочь жива, везёт злата, серебра.
От женихов отбою не будет, а твою все позабудут.
- Что ты брешешь, пёс блохастый? На-ка, скушай блин, ушастый!
Да всю правду мне скажи, кости падчерицы нашли?
Пёс же, слопав блин, опять про приданое толковать.
Бабу разозлил в конец, а тут в воротах и отец.
Везёт дочку и с добром, та в полушубке меховом,
Серебром поля обшиты, златом рукава обвиты.
Баба злостью задохнулась и блином аж поперхнулась.
Жадность отняла мозги: – Мою дочь, мужик, вези!
И оставишь точно там, где и дочку оставлял. -
Ну, мужик пожал плечами, молча развернул лишь сани,
Дочь жены в них посадил, в чисто поле покатил.
Её у дуба разгрузил и обратно, что есть сил.
А девица потянулась, в чисто поле оглянулась и в тулуп свой завернулась.
Села к дубу, сало ест, килограмм в один присест.
Тут к ней волки прибежали. Запах сала услыхали.
Та пугнула их долой: – Над душою, мол, не стой. -
Волки отошли за взгорок. Тут Мороз явился споро.
Смотрит, дева, раскраснелась, на него глядит так смело,
Вдруг, как топнет, да ногой: – Где мой короб, что большой?
Где каменья, злато где? И где шуба в серебре?
Эй, Мороз! Тащи подарки. А то в старой шубе жарко! -
Усмехнулся тут Мороз и потёр свой красный нос.
Мигом волки появились, большой короб притащили.
А Мороз в ладошки хлоп, и девица наземь - оп.
Волки шубу разорвали и девицу растерзали,
И в берлогу ушли спать. Ветер кости стал сметать.
Лишь чуть небо посветлело, баба мужика задела.
- Запрягай скорей, - кричит. – Дочка там с добром сидит.
Только муж за ворота, а собака из-под стола:
- Зря ты, баба, ждешь дары. От дочки кости лишь нашли. -
Та собаку, ну, пинать. Не помогло, пирогов давать,
А собака своё гнёт: – Мужик косточки везёт. -
Тут ворота отворились, кони саночки втащили.
На них короб в пять локтей. Баба к нему: - открой скорей!
Мужик крышку поднимает, увидал и убегает.
Баба - в короб с головой. А там змеи, клубок свой.
Бабу мигом окружили, будто век с ней вместе жили.
Та и вскрикнуть не успела, как душа рассталась с телом.
Ну, обоих схоронили, да особо не тужили.
Только поминки прошли, как сбежались женихи.
Дочку мужика забрали. А там и свадебку сыграли.
На санях и я катался и в сугробе повалялся.
Видел дедушку Мороза. Он невесте улыбался.
Поклонилась в пояс та. Поблагодарила за жениха.
