Дядюшка настаивал на том, что Максим должен подумать о женитьбе, ведь ему уже тридцать. Вместе с тем, сам дядюшка так и живёт одни и никогда не женился.
- Кто бы говорил, дядюшка, о женитьбе, только не ты. Странно такие советы слышать от бобыля.
- Так потому и советую, что знаю, что это такое. Ведь я, как и ты, искал свою Татьяну. Но я нашёл, - продолжил дядюшка, - Сильно её любил, а она любила тоже. Но не меня, а того, кому она не была нужна и кто ею не дорожил. Тем не менее, состоялась помолвка и предстояла свадьба. Как же трудно мне было, когда понял, что теряю её! Тогда решил я любыми путями помешать свадьбе. Попросил её о встрече.Я умолял её прийти, и она пришла. Встретились в ресторане, потом долго гуляли в парке. Мне не хотелось её отпускать, было хорошо с ней и мне казалось, что и ей хорошо со мной. И тут я решился сделать ей предложение. Она посмотрела грустными глазами и ответила:
- Знаешь, я вот о чём подумала. Через месяц у меня будет свадьба. Я выхожу замуж за человека, которого люблю, и казалось бы, должна быть счастлива. Но я не счастлива. Люблю я, а не он. И от того, что не любима, мне становится не по себе. Я не знаю, правильно ли поступила, приняв предложение. Скорей всего, не правильно. И если ты подумаешь над своим предложением завтра серьёзно сделаешь мне предложение, я приму его.
"Чем быть любимому добычею постылой,
Уж лучше нелюбимому наградой стать… "
(Хуана Инес де ла Крус)
- Странное дело, - продолжал дядя, - она даёт согласие, мне радоваться бы надо, а я … А мне стало не по себе. Я представил, как жить будем. Я люблю её, она любит его… Нет, не могла меня такая перспектива радовать. Проводил я её домой и, расставаясь, мы оба знали, что это наша последняя встреча.
- Ты, конечно, думаешь, что поступил я правильно, - продолжил дядя, помолчав, - я тоже тогда думал, что правильно. Сейчас думаю по-другому. Нет, не правильно поступил я .Уверен в том, что не должен был её отпускать! Она была дорога мне, я её любил, поэтому должен был подумать, что её ждёт в том браке. Я должен был сделать всё, чтобы помочь ей, чтобы оберегать её от всех невзгод. Ведь, если любишь, то думаешь в первую очередь о ней, а не о себе. Уверен, что она бы оценила всё, что я бы для неё делал и, возможно, тоже смогла полюбить меня.
- А как у неё сложилось в жизни? – поинтересовался я, - может быть они смогли построить свои отношения только на её любви? И возможно, она счастлива?
Дядюшка долго молчал, сидя с закрытыми глазами. Я уже думал, что он уснул. Но он заговорил.
- Нет, Макс, в том-то и дело, что не сложилось у них… Молодые преподавательницы, студентки… А он интересный мужчина, профессор… Моя Татьяна не смогла с этим смириться, ушла. Ушла с двумя маленькими детьми. Да её никто и не держал. Так, если бы на этом всё и кончилось… Нет, не кончилось. Он начал через суд добиваться, чтобы детей ему оставили. Доказывал, что он, это он, величина, а она никто, и жить ей негде, и не на что. Долго суды шли. .. не смогла она это вынести. Заболела…
Дядя опять надолго умолк.
- Так, а потом? – спрашиваю.
- Потом… Нет её больше…, - и вновь помолчав, добавил, - а ведь я ей мог помочь. Мог, а не помог. Я знал, что она ушла от мужа, знал, что нуждается в жилье, мог помочь ей… Но не сделал этого. И нет мне прощения.