Гоша свою бабушку одновременно любил и боялся. Иногда даже ненавидел – у Ядвиги Петровны, властной и своенравной женщины, характер был не сахар. Шутка ли, она всю жизнь проработала водителем автобуса!
Но Гоша знал – за своих бабушка горой. А вот быть ее врагом или соперницей – не приведи Боже!
Была у бабули «закадычная подруга». Такая, каких на порог обычно не пускают и без матерного слова не вспоминают. Иными словами, не подруга, а давний враг – старая ведьма по имени Валька.
Знакомы они были с детства – в одной школе учились. Только Ядвига на класс младше. И у той, и у другой была особая тяга ко всему потустороннему, только Ядвига об этом никому не говорила, а Валька, наоборот, всячески набивала себе цену, уверяя будто умеет гадать на кофейной гуще, делать привороты, наводить порчи.
После школы Валька не работала ни дня. Только колдовством и занималась. А благодарные люди ей за это платили: одни хлебом и молоком, другие деньгами, третьи – различными услугами и одолжениями. В общем, хорошо жила Валька. В двухтысячные, после кризиса, к ее дому, как на водопой, съезжались машины со всех окрестных деревень и городов. Все, у кого осталось хоть немного денег, хотели знать: как сохранить награбленное, куда вкладываться, не посадят ли кого?
По небольшому проулку, который вел к Валькиному дому, началось активное движение.
– Шастают тут день и ночь! Кардан им в ухо! – ругалась Ядвига на ведьминых посетителей.
А потом как-то раз привезла из рейса знак «кирпич» и самовольно установила на повороте.
Самое удивительное, почти три месяца никто не догадывался, что «кирпич» – липовый. Гаишники даже штрафов навыписывали. Ясное дело, серьезного вреда это ведьме Вальке не нанесло. Но зато Ядвига повеселилась.
Как-то раз, когда Ядвига Петровна в очередной раз ругалась на Вальку, дед ее осадил:
– Вот ты говоришь, что она ведьма злая и ничего хорошего от нее не будет. Так сама тогда и начни принимать. Народ все равно чудо искать будет. Хоть у нее, хоть у тебя, а помощь нужна людям…
– Да много ты понимаешь! – махнула рукой бабушка. – Ни в порчах, ни в приворотах никакой помощи нет. И вообще. Я зарок дала. Сам знаешь.
Но какой зарок и что это такое вообще – Гоша не знал.
Как-то раз, летом, Гоша с бабушкой задержались на даче до последней электрички. На станцию приехали уже ночью, к дому шли пешком. И тут увидели на безлюдном темном перекрестке женский силуэт. Гошина бабушка остановилась и взяла внука за руку.
– Ну-ка, постой. Давай глянем… – шепнула она Гоше.
Черная фигура заметалась между дорог, кажется, она там что-то прикапывала, присыпала, доносились едва слышные непонятные слова… а потом женщина вообще чуть ли не в пляс пустилась. Гоша ничего не мог понять. А вот бабушка все разглядела:
– Ясно, Валька Зеркальника призывает.
– А кто такой этот Зеркальник? – спросил Гоша бабушку.
– Бес. Будет помогать ведьме в черных делах. Иди-ка, вот в том дворе на лавочке посиди, а я сейчас…
Бабушка оставила Гошу одного, а сама пошла на тот перекресток, где еще недавно ворожила ведьма. Гоша не видел, что там делала Ядвига Петровна, но вернулась она довольная собой.
– Все! Рваная покрышка ей, а не Зеркальник! – сказала бабушка. – Хотя эта дура дождется другой подходящей ночи. Но это еще когда будет…
А дня через три Гоша шел домой обедать и застал странную сцену.
Квартира его бабушки располагалась на первом этаже старого кирпичного дома в три подъезда. Окна выходили во двор, перед ними росли кусты шиповника, и у этого шиповника стояла Валька. Лицо ее было перекошено злобой, она пристально смотрела в окно бабушкиной кухни.
Гоша спрятался за сараями и тоже посмотрел: на что так пялится ведьма? Оказалось, что Ядвига Петровна точно также в упор смотрит на свою давнюю знакомую.
Ничего не происходило.
Из подъезда вальяжной походкой вышел соседский кот, запрыгнул на отлив бабушкиного окна и, ничего не замечая, направился вперед. Когда он оказался ровно между Ядвигой и Валькой, шерсть у него на загривке стала дыбом, а затем кот отлетел в сторону, словно его кто-то с силой пнул.
Гоша икнул от удивления. По загривку пробежал холодок.
Вечером бабушка стала хромать на правую ногу. Ковыляла по квартире, держась за стены, и материлась, поминая «добрым» словом Вальку. К ночи нога в стопе опухла и посинела. Дед настаивал на том, чтобы вызвать скорую, но Ядвига мужа посылала отборным матом. Часов в 5 утра, вместе с первыми лучами рассвета, нарыв на стопе у бабушки лопнул, и к ужасу Гоши, который не мог уснуть от бабушкиных стонов, из ноги вылезли два белых длинных червя. Бабушка немедля придавила их рукояткой кухонного ножа.
– Ну, гадина! Я тебе этого не забуду. Кардан тебе в ухо… – пообещала она Вальке.
Рассказ из жизни героев мистического романа Анны Прониной "Будет страшно. Колыбельная для монстра"