Когда женщина знакомится с мужчиной, она к нему сперва обычно присматривается.
При условии, конечно, что ей не 14 лет. В 14 лет ей не до этого, ей так важно хоть кому-нибудь всучить свое сердце, что любой сгодится.
А если ей чуть побольше, то она да, присматривается к его поведению. Внешне это похоже на то, как у заводчика выбирают щенка - не агрессивен ли, устойчив ли морально, не меланхолик ли, не дай бог, торчком ли уши, ну и прочие важные признаки породы. Но это только так кажется. Женщина присматривается к мужчине не как к щенку в помете и не как к говядине на прилавке. Все гораздо хуже - она ждет пароля.
Если мужчина угадает пароль и правильно его произнесет - дело сделано, женское сердце он получил.
Пароля два. "Я на все готов" и "я все могу". Вот два ключа, открывающих эти двери, причем первый на самом деле паролем не является, это логин. Настоящим паролем является только второй.
Проблема в том, что женщина эти два ключа не различает. Она думает, что это один пароль, просто из двух частей. Поэтому, услышавши первую часть, она ставит чуваку зачет и бросается его любить, причитая "наконец-то ты нашелся, а то это ж невозможно". Дослушать до конца ей, во-первых, некогда, надо бежать любить. Во-вторых, поскольку для нее оба мессиджа составляют единое целое, то из первого автоматически следует второе, раз уж чувак открыл рот для исполнения этого произведения. А в третьих, первая часть этой речевки для нее имеет смысл только в качестве прелюдии и орнаментального дополнения ко второй.
То, что чувак на все готов, подразумевается само собой и никакой информативной ценности не содержит. Точка G в женском организме все-таки одна, и это точка называется "я все могу". А "я на все готов" - это такая факультативная стимуляция, примерно как в процессе теребить, скажем, мочку уха. Приятно, конечно, но основные события происходят все-таки немного не там.
Если мужчине все это надо до такой степени, что он даже согласен включить мозг, то включенный мозг этот пароль угадает. Мозг, находящийся преимущественно в простое, рад поразмяться и демонстрирует порой чудеса эвристики.
Мужчина смекает, что от него требуется дерзость, а также натиск и размах, и берется за дело. Он мчится к своей зазнобе за тридевять земель, бросает к ее ногам новый картридж для принтера и наполняет для нее ванну зернистой икрой. Зазноба думает сперва - ого! Потом она думает - ах. А дальше она уже ничего не думает, ее судьба решена, весь этот перформанс сложился для нее в огненные буквы "я все могу", и чувак отныне повелитель ее сердца.
Между тем чувак произнес только первую часть пароля. Вторую часть он не произносил. Вообще-то для него это два совершенно разных пароля, и вторая часть в данном случае даже не подразумевалась. Она ее додумала. И теперь она ждет, что за этой заявкой последует то, что в заявке содержалось.
И когда вскоре оказывается, что никто никуда не мчится, что больше не дадут ни икры, ни даже картриджа - бедная тетка плачет, что ее обманули. Сказал же, что все может, а у самого то денег нет, то жена, то еще какие-то глупости, и ни хрена он не может. Вот о чем он, подлец, думал, когда говорил "я все могу"?
Надо было лучше слушать. Он не говорил "я все могу". Он говорил - "я на все готов". И это было правдой. А больше он ничего не говорил.
Это был не трейлер к фильму, это был весь фестиваль.
Из книги "Гипноз и наркоз"