Александр Легков рассказал о том, как воспринял обвинения в допинге в 2017-м.
– Что у тебя творилось в душе, когда победу в Сочи-2014 попытались отобрать? Помню, ты пришел на пресс-конференцию с огромной папкой допинг-тестов чуть не за всю твою карьеру.
– Поначалу мне казалось, что это первоапрельский розыгрыш. Какие-то «дюшесы», «чивасы», я вообще не понимал, о чем речь. Постепенно это переросло в очень тяжелую для меня историю.
Переживал сильно, был постоянно на связи с адвокатом, старался вникать во все документы. Телефон разряжался от звонков за полтора часа, даже если я не брал трубки. Постепенно на незнакомые номера отвечать перестал, но при этом не стал менять номер. Наверное, это была какая-то форма мазохизма.
Чтобы хоть как-то отвлекаться, я выходил бегать. В час-два ночи, раньше не получалось. Это было как в игре: город засыпает, просыпается мафия... С тех пор я полюбил ночные пробежки. Сейчас тоже запросто могу ночью после работы выйти потренироваться. Сразу голова свежая, и спишь потом как младенец.
– Если бы не эта история, ты бы взял медаль на Играх-2018 в Пхенчхане?
– Готов я был хорошо. Весной, после слушаний в Спортивном арбитражном суде взял себя в руки и стал тренироваться по полной. По всем тестам мои показатели были даже выше, чем перед Сочи.
Но когда в ноябре нас уже конкретно закрыли, у меня руки опустились. Смысл себя заставлять и на что-то надеяться, если раз за разом тебя обламывают? – отметил Легков.
На Sports.ru – выборы 100 лучших спортсменов в истории России. Вы за кого?
