Детективный роман "Одиночество в "Райских кущах"
Глава 2
Опомнившись, Дитмар бросился к девушке, но, к счастью, оказалось, та просто была без сознания. Взяв ее за руку, он почувствовал отчетливый ровный пульс и успокоившись присмотрелся: русые с рыжеватым отливом волнистые волосы были рассыпаны по спине, закрывая лицо, из-под кружевного подола светлого длинного платья выглядывали красные туфельки на небольшом каблучке, а рядом валялись тренога и рассыпавшийся переносной этюдник, очевидно используемый для пленэра. Краски разлились по полу, добавляя картине эпичности.
— Художница? Хм… — слегка опешил Дитмар, на мгновенье растерявшись, и пробормотал: — А Михаил говорил, что его сестра фотограф. — Он легонько потрепал ее по плечу: — Нина, очнитесь! Вы живы?!
Та пошевелилась и с трудом перевернувшись на спину, взглянула в склонившееся над ней незнакомое лицо.
— Нет, пожалуйста! Я не хочу умирать… — еле слышно проговорила она и вновь потеряла сознание.
Он уж было хотел похлопать ее по щекам, но вдруг услышал за спиной взволнованный голос:
— Ниночка Матвевна! Уже бегу!
Дитмар поднялся и удивленно уставился на невысокого сухонького старика, внезапно выскочившего из соседней двери, ведущей, вероятно, в столовую. В дрожащих руках тот нес стакан с водой, которая плескалась через край, но старик не обращал на это внимания, спеша на помощь. И тут, увидев незнакомца, замер.
— А вы кто?
— Гость Нины Матвеевны, только что приехал, а тут вот… Я Дитмар Зима, — представился Дитмар и с подозрением глянул на старика. — А вы кто? И что здесь случилось?
— Зима?
— Фамилия моя Зима. А вы кто? — с напором повторил вопрос Дитмар.
Старик сильно смутился, словно его застукали на месте преступления, и вдруг зачастил, заикаясь и плохо выговаривая букву «р»:
— Я-я-я… Сосед я. А зовут меня Яков Маркович Либерман, владелец местной аптеки, так что, я почти врач, если фармацевта так можно назвать, — пафосно заявил старикан. — А живу я в доме напротив. Мы с Ниночкиным отцом Матвеем Андреевичем… По-погодите! — наконец пришел он в себя и кинулся к лежащей на полу девушке. — Я вам все расскажу, сначала надо привести ее в чувство. Боже мой! Голубушка, ну сколько это может продолжаться?! Рыба вы моя!
Он приподнял ее голову и поднес к губам стакан с водой, та тяжко вздохнула и, сделав глоток, наигранно закашлялась.
Дитмар нахмурился, девица явно притворялась, кажется, все это время она была в сознании и просто лежала, слушая их разговор.
Он подошел и бесцеремонно схватив ее за руку, приказал:
— Вставайте, Нина, иначе придется вас окатить ледяной водой из бочки, что стоит во дворе.
Та испуганно уставилась на него и стала подниматься:
— А вы кто?
Он кинул взгляд на старика, затем рассмеялся:
— Нина, вы серьезно? Я Дитмар, Дитмар Зима, вы сами приглашали меня погостить.
— Я? Дитмар? Зима?
— Ну да, вот приехал… Я знаком с… вашим дядюшкой. М-м-м, Владимиром Васильевичем Любецким, он преподавал экономику в моем вузе. Разве он вам не позвонил? Ну? Что? Вспомнили? Мы с вами общались года два назад, когда он приезжал в Питер.
Нина нахмурилась, пытаясь что-то припомнить, но тут же, приложив руку к затылку, застонала.
— Ой, кажется, я здорово ударилась головой...
Дитмар хмыкнул, снова притворяется, удариться она могла только лбом, так как лежала лицом вниз.
— Это пройдет, голубушка, поверьте мне, старому фармацевту! Пойдемте в залу, прилягте на диване, отдохнёте, и всё вспомните, — снова засуетился аптекарь и, взяв девушку под руку, повел в соседнюю комнату.
— В залу?! Яков Маркович, так уже не говорят, — ворчливо поправила Нина, тем не менее послушно шагая рядом.
— Да как скажете, дорогая! Якову Марковичу в общем-то все равно, — не стал он возражать и усадил несчастную на диван, затем повернувшись к Дитмару, прошептал: — У нее в последнее время такое бывает: провалы в памяти, потери сознания. Я все вам расскажу, как на духу, но чуточку позже.
Спустя полчаса суетливый аптекарь оставил их и ушел домой, Нина уже пришла в себя и, подобрав с пола рассыпавшиеся краски и этюдник, сидела в кресле, с подозрением глядя на гостя.
— Так кто вы на самом деле?
Дитмар тем временем ходил по гостиной, заглядывая в каждый угол и выглядывая в окна.
— Я полицейский под прикрытием, — обернулся он. — Ваш… Ваш дядя попросил расследовать это дело.
— Послушайте, — вскинулась Нина рассердившись, — мы с дядей давно не общались. Как он узнал о том, что происходит в доме? Почему прислал полицию, да еще под прикрытием?! Вы же не думаете, что я поверю в басню о добром дядюшке, который прислал мне полицейского в помощь?
— Полагаю, он о вас беспокоится, — сделал еще одну попытку «полицейский под прикрытием».
Но Нина только усмехнулась:
— Не похоже на дядю, его никогда не интересовали проблемы нашей семьи. Лучше вам сказать правду, иначе я позову дядю Яшу, и он вас выставит.
Тот лишь рассмеялся, вспомнив безобидного сухонького старичка.
— Так кто же вы на самом деле? — сердито насупившись, настойчиво спросила Нина.
Дитмар усмехнулся, проницательная, однако, девица.
— Ладно. Я служу в полиции, только не здесь, в Риге. На днях мне позвонил знакомый из местной полиции, он заинтересовался вашим делом. Смерть ваших родных показалась ему странной, и он попросил меня…
— Почему именно вас?
— Я как раз оказался в Питере, — скроил правдивую мину Дитмар и добавил: — У меня отпуск, так вот, он обрисовал ситуацию и попросил…
— Почему меня полиция не предупредила? Я недавно говорила со следователем, который вел дело о смерти моего деда, и он ничего мне не сказал.
— С Григорием Осининым?
— Нет!
— А, с его подчиненным Колей Остапцом?
— Да, — удивленно посмотрела Нина.
— Николай работает под руководством моего друга. Полагаю, Григорий пришел к выводу, что смерти ваших близких были неслучайными, а поскольку дела уже закрыты за отсутствием состава преступления… Так ведь?
Она кивнула:
— Да, по результатам следствия это были несчастные случаи.
— …Вот поэтому он решил негласно провести дорасследование, в тайне от всех, потому и позвал меня на помощь. Вам ведь нужна помощь?
Нина подняла на него глаза и, поджав губы, кивнула:
— Признаться, да. Последние два месяца я живу в постоянном страхе.
Она достала из кармана платок и промокнула набежавшие слезы.
Дитмар подошел и сел напротив:
— Вот и отлично!
— Отлично??? — вскинула она на него изумленный взгляд.
Тот смутился, мгновенно попав в омут серо-зеленых с крапинками глаз, в которых отражалось вечернее заходящее солнце, беспрепятственно проникающее сквозь огромное французское окно.
Он тряхнул головой, прогоняя поэтическое наваждение и поправился:
— Я имею в виду, как хорошо, что мы уладили все вопросы.
Но Нина снова вспылила:
— Ничего мы не уладили, я вам по-прежнему не верю!
Он снова изумился, до чего же русские девушки вспыльчивы и недоверчивы!
— Нина, вы можете прямо сейчас позвонить следователю и убедиться, что я говорю правду, — сердито сказал Дитмар и тут же смягчился, рассориться с хозяйкой и провалить дело в первый же день не входило в его планы. — Я приехал к вам по доброй воле и предлагаю помощь, так давайте работать сообща. Только прошу никого не посвящать в наши планы, оставим это в тайне от всех.
— Ладно, — смилостивилась Нина. — Я позвоню следователю завтра, а сейчас расскажите мне, как вы собираетесь уличить убийцу.
— Убийцу. Уличить, — с сарказмом повторил за ней Дитмар.
— Да.
— Вы уверены, что во всех случаях действовал один человек.
— Да. Я даже знаю, как его зовут. Это…
— Погодите! — прервал Дитмар, прекрасно понимая, кого имеет в виду Нина — брата. — То, что вы сейчас скажете, лишь ваше предположение и совершенно бездоказательно. Верно? Так что, думаю, лучше предоставить профессионалу выдвигать предположения и строить версии.
Нина пожала плечами то ли соглашаясь, то ли возражая, но Дитмару не терпелось составить собственное впечатление о происходящем в этом доме, поэтому он не стал ждать ответа и продолжил:
— Ну вот и… хорошо, — чуть не сказал он «отлично», но вовремя поправился, — тогда давайте начнем с самого начала. Расскажите мне всё, что посчитаете нужным, а потом мы вместе подумаем, как вам помочь. И помните, для всех остальных я всего лишь знакомый вашего дяди, приехал погостить по вашему приглашению. А теперь рассказывайте.
Нина помолчала, всхлипнула пару раз, видимо, что-то вспомнив, и, часто-часто заморгав ресницами, начала:
— Когда-то у нас была большая дружная семья. Мы все очень любили друг друга, по праздникам собирались за большим праздничным столом... — Девушка теребила в руках кружевной, но уже довольно застиранный платок с красивым именным вензелем «M.Z.» в уголке. — А еще играли в настольные игры. Теперь это совсем не модно, а еще пять лет назад… — Она подняла глаза на гостя и вдруг спросила будто с надеждой: — Вы любите играть в нарды?
Дитмар внимательно осматривал дом, расхаживая по гостиной и невнимательно слушая девушку. Вдруг он очнулся и повернувшись уставился на хозяйку дома. Она была не то, чтобы красива, но довольно мила, смотрела прямо в глаза и, к счастью, не истерила и не заламывала руки, как любят делать женщины в подобной ситуации. А ситуация, в которой она оказалась, надо признать, была не из приятных. Впрочем, чрезмерная бледность и подрагивающие пальцы все-таки выдавали нервозность и волнение. Или она действительно больна?
Дитмар вспомнил разговор со стариком Либерманом, который состоялся десять минут назад на крыльце дома, когда он вышел его проводить.
— Это началось пару месяцев назад, — ответил Яков Маркович на вопрос Дитмара об обмороке Нины. — После кончины Андрея Андреевича, деда Ниночки, она сделалась сама не своя.
— Что с ней? Она больна?
— Не думаю… — Аптекарь почесал жиденький седой затылок. — Вот моя Ванда Феликсовна, царствие ей небесное, заподозрила бы, что девица беременна, но это не про Ниночку. У нее есть молодой человек, как его… Сергей, очень порядочный, он тоже фотограф, и они такая милая пара…
— А по существу? — нетерпеливо перебил Дитмар.
— Дорогой мой! — вдруг вскипел тот. — Девочка имела столько горя! За короткий срок потеряла столько родных людей! Я был знаком со всеми из ушедших в мир иной…
— Ну а если без пафоса? — теряя терпение, оборвал Дитмар, понимая, что старику здесь скучно и он просто нашел свободные уши.
— Непохоже, что это болезнь, — внезапно посуровел аптекарь, — скорее, нервное истощение, нехватка витаминов или банально низкое давление. Сколько раз я просил ее посетить врача! Но она такая упертая!.. Ой, что я говорю! Нина чудесная, но иногда бывает, простите, твердолоба.
— Ясно. Спасибо и всего хорошего. Еще увидимся, — с некоторой угрозой пообещал Дитмар прощаясь.
— Да-да, вы заходите в гости, молодой человек. Мне есть, что вам сказать. Много чего, — хитро прищурился Яков Маркович и посеменил через дорогу.
Дитмар смотрел вслед старику и думал: здесь не так уж много подозреваемых, и если убийца один из них, то он чертовски умен и осторожен. Даже этот, казалось бы, добродушный и заботливый аптекарь вызывал подозрение какой-то наигранной заботой о соседке, но выводы делать было рано, Дитмар знал это по опыту. Девица и сама вполне годилась на роль первой подозреваемой, вспомнив ее притворный обморок, заключил он.
— Что? — очнулся он от мысленного анализа, пытаясь припомнить, о чем его спросила Нина. — Нет, я никогда не играл в настольные игры. Мне больше по душе баскетбол, футбол… — Дитмар вдруг понял, что ни слова не услышал из того, что она тут говорила. Впрочем, если бы она сказала что-то стоящее, он бы запомнил. Обязательно! — Нина, пожалуйста, расскажите все с самого начала.
— Так я и рассказываю, — вскинулась та и настороженно посмотрела на гостя: долговязый, с несколько длинноватыми русыми волосами, с прямым аристократическим носом и такой же прямой спиной. Безупречный внешний вид: костюм с иголочки, белоснежная рубашка (хоть и без галстука) все еще вызывали сомнение, что этот человек полицейский. Он медленно ходил по комнате, всматриваясь в каждую мелочь, в каждую деталь некогда богатого, а теперь обветшавшего интерьера. Он не внушал ей доверия.
— А здесь что? — спросил гость, качнув пальцем маленький навесной замочек с торчащим ключиком, запирающий одну из дверей, выходящих из гостиной.
Нина подошла и, откинув незакрытый, как оказалось, замок, пояснила:
— Здесь моя студия. Я пишу пейзажи, вернее пытаюсь. — Она снова приложила платок к глазам.
— Это платок вашей сестры? — снова отметив инициалы M.Z., спросил Дитмар.
Нина удивленно подняла на него удивленный взгляд:
— Да. А откуда вы…
— Расскажите что-нибудь существенное, — перебил он, глянув на нее таким пронзительным взглядом, словно она была первой подозреваемой.
Нину это настолько задело, что она, вернувшись в кресло, тут же отвернулась к окну, чтобы не встречаться с ним глазами.
Но он обошел кресло и снова в упор уставился на нее.
— Как случилось, что вы с братом остались совсем одни?
Она вдруг растерялась и пожала плечами.
— С братом? Я не помню. Теперь мне кажется, что у меня никогда не было семьи.
— Ну как же, Нина, у вас и сейчас все еще есть брат, если не ошибаюсь, Михаил Зацепин. Верно? Разве не он вся ваша семья?
Она испуганно посмотрела на мужчину.
— Нет, он не моя семья. Это он убил всех!
Нина встала и стремительно подошла к Дитмару.
— Вот, посмотрите, видите шрам? – Она протянула руку, через все запястье проходил широкий, уродливый рубец.
— Это он сделал? – удивился мужчина и взял девушку за руку.
Но она выдернула ее и испуганно посмотрела на мужчину.
— Погодите, — ее вдруг осенило, — это мой брат вас прислал? И вы вовсе не полицейский!
Она заметалась по комнате, пытаясь понять, что происходит, и кто этот человек.
Дитмар понял, что его легенда на грани провала.
— Нина, успокойтесь, пожалуйста, я здесь для того, чтобы вам помочь. Я же сказал, я полицейский под прикрытием, смерть вашего деда, м-м-м… Андрея Андреевича показалась странной…
Но она замотала головой и в отчаянии выкрикнула:
— Я знаю, вы пришли убить меня! Это он вас прислал!
Она вскочила и кинулась к входной двери, дернула ручку, но оказалось, что дверь заперта.
Девушка обернулась — прямо за ее спиной стоял мужчина и грозно смотрел на нее.
— Я же сказал, что помогу вам!
Нина хотела закричать, но он быстро приложил два пальца к яремной впадине и, подхватив мгновенно обмякшее тело, отнес в студию, уложил на диван и закрыл дверь, накинув замок.
— Вот так. Отдохни, милая, я же сказал, что помогу тебе, — поворачивая в замочке ключ, тихо сказал он и, опустив его в карман, добавил: — Нет, ошибся, все-таки, истеричка…
Следующая глава
НАЧАЛО
Канал "РОЗА ПИТЕР"/ ЛитРес/ ВК