С того дня, как я полностью изменил свой педагогический подход к процессу преподавания, у меня накопились некоторые интересные наблюдения за современным студенчеством провинции. Наблюдения, как обычно, вызывают массу вопросов и практически не дают ответов, от того мне, непременно, хочется ими поделиться с вами.
Как малые дети
Шесть, ну максимум семь лет существования в этом мире отличают меня от моих подопечных. Невероятно маленький срок для возраста, когда, по заверениям психологов, сформированные личности сглаживают акцентные углы своего характера. Однако этот срок, словно пропасть, делает нас невероятно разными, от чего и мир мы видим по-разному.
При этом уже лет пять, нет-нет да из какого-нибудь “утюга” можно услышать неприятный спич о том, что современное поколение невероятно инфантильное: вроде бы взрослые дяди и тети, а ведут себя как малые дети.
Тут я не могу не вспомнить прекрасную Екатерину Михайловну Шульман.
Она, как то сказала:
[Молодежь] правильно себя ведет, им жить долго. Им не надо срочно до двадцати одного года получить профессию на всю жизнь и дальше работать на одном производстве, пока их оттуда не похоронят.
Мысль золото. Только вот что теперь с этим золотом делать никто не знает.
Преподавать или учить?
Тут и вылазит наружу основной затык современного студенчества. Многие молодые люди, получив школьный аттестат, отправили в забвение тот факт, что в народе этот документ раньше носил гордое имя - аттестат зрелости. И, сменив школьные парты на аудитории университетского кампуса, вчерашние старшеклассники напрочь забыли сменить школьный менталитет на студенческий. Вот тут-то и нашла коса на камень.
Я педагог, как и моя мама (только она в сто раз круче), и мне хорошо понятен формат ее работы в начальной школе, а также хорошо видна разница между школьным учебным процессом и учебным процессом ВУЗа. Собственно, потому, как педагогу, мне сегодня не ясно, куда должен сдвинуться акцент преподавания в современной высшей школе.
Нужно ли смириться с тенденцией к ювенилизации подрастающего поколения и встроить в нее педагогический процесс (став, тем самым, бесшовным продолжением школы), или же высшее образование должно быть для молодежи бескомпромиссным вызовом встраивающим личность “ребенка” в мир взрослых.
Вызываю ответственность на себя
Когда мы раскладываем поведение человека на его принципиальные ролевые структуры, кроме традиционного треугольника Карпмана, мы можем обратиться к модели коммуникации Эрика Берне “Ребенок-родитель-взрослый”.
Если отбросить все сложные перипетии данной модели, можно четко обозначить отличительные особенности самого устойчивого компонента - “взрослый”
Взрослая личность - это тип личности, который ориентирован на решение проблем и понимание логики взаимодействия. Взрослый:
- рассматривает ситуацию объективно
- учитывает все факты и логические выводы
- старается найти наилучшее решение проблемы
Крайне важно в современных реалиях проложить для студента путь от ребенка до взрослого. И, вероятнее всего, без возложения на студентов ответственности (за собственное образование, здоровье или будущее) и безоценочного контроля ситуации сделать это будет невозможно.
Итог
Современное академическое образование оттягивает столкновение молодого человека с суровой реальностью жизни, погружая его в студенчество (демо-версию взрослости). При этом максимально быстрое осознание факта личной ответственности за свое будущее - это важный фактор успешного преодоления мучительного перехода во взрослую жизнь.
Должна ли современная педагогика высшей школы быть защитником и опорой на данном этапе или, напротив, как можно более часто сталкивать студента с реалиями бытия? Ответ как всегда где-то посередине.
Секунов А.В.