Роберт Шварцман, на которого российские зрители возлагали особые надежды в Формуле-1, попал в сложную ситуацию, как и десятки других наших пилотов. Но вышел из нее фантастическим образом.
Мир уже никогда не будет таким, каким мы его знали — с этим фактом, кажется, смирились во всех уголках земного шара. Привычные для многих комфорт и ощущение спокойствия цинично испарились по щелчку, словно их никогда не было. Быть котом Леопольдом не получится — ты должен принимать решение здесь и сейчас. Иначе под угрозой весь тот фундамент, на котором твоя жизнь и находится. Конечно, уровень статуса обратно пропорционален потенциальным проблемам: представители нижних ступеней социальной лестницы могут тупо замерзнуть зимой в Европе, в РФ — получить внезапное приглашение на экскурсию в военкомат. Кумиры миллионов, герои развлекательного сегмента интернета понуро плетутся через бесконечную российскую границу вместе с «челядью», на которой они годами и зарабатывали рекламой выборов и бушменскими лохотронами.
Жизнь не щадит никого. Хотя, вы можете возразить, что спортсменов она все-таки щадит, потому что вопросы поставок газа, мобилизаций и бегства им совершенно побоку. Это правда, но у них есть другая глубокая личная драма — неправильно выбранный курс, любые неосторожные слова могут с грохотом уронить спортсмена на те самые нижние ступени социальной лестницы, от которых многие всю свои жизнь и бежали в ужасе. А есть вариант еще хуже — отречение от Родины в пользу карьеры. У кого-то в этом плане все тихо и спокойно, без претензий с «обеих» сторон (русские хоккеисты в НХЛ, футболист Головин), кто-то насолил лишь депутатам и демонам из ток-шоу, продолжая лелеять любовь к Родине поверхностной риторикой в духе «люблю свою страну, но не государство» (теннисисты). А еще…
А еще у нас есть гонщики
Отечественных мастеров скорости эта ситуация подкосила без каких-либо возможностей улизнуть, потому что ФИА поставила четкие условия: подписываешь бумажки, в которых солидарен с НАШИМ осуждением происходящего на твоей родине, становишься никем без флага, гимна, роду и имени — зато спокойно гоняешься дальше! Ах да, русские спонсоры тебе тоже больше помочь не смогут, но разве это проблема? Главное ведь — чтобы мечты не рухнули…
И упаси господь осуждать пилотов за те или иные их решения. Кто мы такие, в конце концов? Даже несмотря на то, что на первых порах после 24 февраля все выглядело не совсем радужно не с этической, а с юридической точки зрения. Из интервью с российским штурманом ралли-рейдов Константином Жильцовым:
— Теоретически письменная поддержка позиции ФИА — это практически уголовно наказуемое дело в России?
— Не практически, а ровно так и есть. Юристы сразу отметили, что эта бумага не гарантирует нам участия в чемпионате мира, но при этом с данной формулировкой мы попадаем под угрозу уголовного преследования. И со стороны Минспорта тоже была рекомендация такую бумагу не подписывать.
Представляете, насколько пилоты жить не могут без своей профессии, что даже в таких обстоятельствах без раздумий были согласны «проглотить» и эту бумажку! Если Даниил Квят, например, ушел в жесткий отказ как раз по политическим причинам, то Никита Мазепин после выкидывания из «Хааса» рассказал, что готов был подписать все, что угодно, но ему просто не дали этого сделать. Александр Смоляр, даже оставшись без поддержки от СМП Рейсинг, все равно где-то наковырял бюджет на участие в очередном бессмысленном (с карьерной точки зрения) сезоне Формулы-3, согласился со специальной директивой федерации и поехал!
Так что здесь никакой политикой и не пахнет — речь о судьбах парней, у которых кто-то сверху попытался отобрать все, ради чего они бились не год-два, а всю сознательную жизнь. Никакой пришибленный депутат или рот из телевизора никогда и не попытается понять, что это такое — ведь в ином случае рейтинги сделать не получится. Дошло до того, что популистов, которые пользуются риторикой предательства, приходится осаживать даже нашему министру спорта!
Так что с этической точки зрения абсолютно все российские пилоты были заведомо защищены — у зрителей не было никаких вопросов ни к одному нашему гонщику, хотя поступки и позиции у многих отличались кардинально. То есть, то, что в обычной жизни могло бы вызвать вопросы, просто опускалось в виду обстоятельств непреодолимой силы. А что, если их не опускать и посмотреть на все с человеческой точки зрения? Можно ли остаться собой, не прогнуться под изменчивый мир, не дистанцироваться от своей страны и при этом остаться в большом автоспорте?
Роберт Шварцман, дамы и господа. Наш главный талант, который с этой самой человеческой точки зрения очень сильно разочаровал, а этого никто и не заметил. Давайте разбираться.
Сначала обо всех остальных
Этот текст был начат еще в 2022 году, когда судьба отечественных мастеров гонок была в гораздо более подвешенном состоянии. Слава богу, что он был отложен и дожил до 2023, потому что сейчас можно уверенно констатировать: российские пилоты все-таки ломанулись и в глобальном смысле прорубили себе окно в большой автоспорт! И в этом смысле Роберт Шварцман ничем на их фоне не выделяется. Он просто один из. Но что-то здесь не так… И еще раз, на всякий случай подчеркнем — речь идет не о страшных событиях, которые происходят в мире. Речь об автоспорте.
Даниил Квят, например, — еще до того, как анонсировал свои выступления в WEC, четко обозначил свою позицию по любым бумажкам от ФИА: он против всего происходящего в мире, но ничего подписывать не будет, потому что это идет вразрез с принципами спорта. Он совершенно точно мог ничего этого не говорить, поскольку является самым умелым и востребованным русским гонщиком на Западе, который никогда не скрывал, что его первый дом — как раз Запад. Наши зрители уже давно это поняли и никаких вопросов по части оголтелого патриотизма к Дане не имели. Но он это сделал!
Роман Русинов, например, — «Ради своих болельщиков, ради своих напарников и спортивной чести ставить свою подпись под этим документом я не буду. Лучше совсем не садиться за руль». Это сказал человек, который в гонках провел всю жизнь.
Ищете здесь, на чьей мы стороне? Да ни на чьей. Мы на стороне четкой позиции. Вот Никита Мазепин, например:
«Я планировал и намеревался выступать в «Формуле-1» в статусе нейтрального спортсмена. Именно такое разрешение изначально дала ФИА — и я бы без каких-либо проблем согласился на эти условия.
Однако, буквально за ночь до того, как мой контракт был разорван, от ФИА пришло дополнительное письмо. И мы как раз занимались изучением этого письма, потому что условий в нем было очень много. А на следующее утро я получил извещение о разрыве контракта.
У меня даже не было времени на то, чтобы согласиться на условия второго письма ФИА, меня просто уволили. И узнал я об этом в тот же самый момент, когда был выпущен официальный пресс-релиз».
Твердо и четко, будто Илья Давыдов. Вообще никаких вопросов. Все наши гонщики оказались в непростой ситуации, но пытались выбраться из нее так, чтобы потом не было стыдно. Чтобы совесть не мучала перед собой, соотечественниками, фанатами, экспертами. И вот на фоне этого колоссального психологического труда нечто немыслимое отчебучил наш главный талант в гонках со времен Даниила Квята. Который имел потенциал по всем параметрам этого самого Квята обойти.
Гайдай какой-то!
Теперь о Роберте Шварцмане
Мир поделился на до и после, когда в интервью итальянскому Motorsport молодой российский талант поведал, что перестал быть российским. Теперь он — юное израильское дарование:
«Если возвращаться к вопросу, у меня всегда был израильский паспорт, и поэтому, когда произошло обострение ситуации между Россией и Украиной, я решил получить гоночную лицензию Израиля. В конце концов, я хочу быть пилотом. Моя цель — добраться до Формулы 1, и наблюдая за реакцией автоспортивных властей, мы сразу приняли решение сделать все необходимое, чтобы я был доступен и готов использовать любую возможность, которую Ferrari мне предоставит».
В отрыве от контекста интервью данная цитата выглядит не слишком-то и зловещей, но есть проблема. Всего двумя абзацами до нее Роб пересказал журналисту весь свой путь становления, начиная с рождения. И вот Шварцман на голубом глазу заявляет, что родился в Тель-Авиве, жил там три года и даже после этого регулярно ездил назад, к родственникам. Я могу ошибаться, но есть несколько моментов:
- Роберт за всю свою карьеру вообще ни слова не говорил про Израиль, просто ноль упоминаний. Даже в его статье Википедии местом рождения у него был указан Санкт-Петербург, а Тель-Авив появился уже после того самого интервью. Я нашел лишь одну заметочку на каком-то задрипанном сайте бог знает в каком году — и там наш герой действительно обронил пару фраз о рождении в Израиле. Но никто этой заметки не видел никогда в жизни.
- Параллельно с пунктом выше — Россия в интервью как будто упоминается в проброс, нехотя: «Когда я начал заниматься картингом, мой отец решил, что мы получим российскую лицензию, поскольку мы жили там». И это ВСЕ, что он сказал про единственную страну, с которой ассоциировался все годы карьеры.
Изящный проход по головам
После такого отпали последние сомнения — Роберт больше эксплуатировал финансовые и медийные ресурсы России, чем действительно представлял ее по зову сердца. И в этом не было бы ничего плохого, если бы не удивительная скользкость Шварцмана и искреннее непонимание простых вещей. Просто объяснись перед нами. Почему?
Да потому что годами получал безграничное и стабильное финансирование от СМП Рейсинг Бориса Ротенберга. Потому что истязал глаза болельщиков тиктоками под Моргенштерна и русский ютуб-канал с пошлейшими видео от молодого мажора для русских же зрителей. Потому что никому, кроме наших поклонников гонок глобально Шварцман не был нужен — по всем параметрам это было наше достояние. Алексей Попов недавно заявил, что российские фанаты своим же гонщикам никогда не дают спуску. В этой ситуации возникает обратный вопрос: а гонщик дал спуску тем, кто переживал за него все эти годы? Да, переживания эти порой могут быть очень специфическими, но вниманием простого отечественного зрителя гонщик Роберт Шварцман не был обделен ни разу. И что в итоге?
Кстати, Попов тоже сыграл во всем этом важную роль: все эти годы Львович бегал по паддоку за Робертом, как сумасшедший, и активно промоутировал молодое дарование своим зрителям. Он буквально не отлипал от Роба! Показывал суперталантливого гонщика из России зрителям из России. А тот одобрительно кивал и рассказывал о своих успехах. Ну и где это все?
Пара дежурных фраз о ситуации в мире и пара предложений в интервью о смене лицензии. И с тех пор тишина. Роберт Шварцман открестился от тех, кто поддерживал его, переживал, финансировал. И что самое обидное — сделал это очень коряво, глупо, унизительно. Не было никакой России. Он абсолютно точно — израильский пилот, а не гонщик под израильской лицензией.
Ну что же, удачи.
Только божья роса
Последняя часть этого текста наглядно продемонстрирует вам всю сущность спортивных СМИ России, отдельных ее представителей, а также НУ КОНЕЧНО ЖЕ многих фанатов автоспорта. Знаете, что произошло в их сознании после того, что было описано выше? Ничего. Они продолжают, но теперь уже в одностороннем порядке, следить за каждым шагом Роберта, как будто вообще никаких изменений не было в природе! Как будто Роберт Шварцман до сих пор прославляет отечественный автоспорт, как будто он до сих пор россиянин. Он же сам прямо заявил, что это не так.
Ау, господа, вы вообще в порядке?!
Вы печатаете чуть ли не каждый вдох Роберта, но при этом полностью проигнорировали фактически его программное заявление! Это никак не вяжется с чувством собственного достоинства. Это никак не вяжется с объективностью. Это вяжется лишь со стремлением считаться официальным лицом, причастным к большому миру Формулы-1. В то время, как сама Формула-1 плевать на вас всех хотела.
Мир парадоксов: талант, который Россия пестовала во всех смыслах, оказался настолько недальновидным, что вышел из ситуации максимально некрасиво и обидно по отношению ко всем нам. Но мы этого просто не заметили. Или предпочли не заметить. Запомните раз и навсегда: Роберт Шварцман — обычный израильский пилот, который пыхтит себе во второсортных чемпионатах, как и сотни других работяг. Он сам от нас дистанцировался.
И никакой политической подоплеки в этом нет.