Майков Аполлон Николаевич, самый известный представитель «фамилии талантов». Трагедию «Два мира», он называл -«делом почти всей своей жизни».ИЖЗ.
Судьба подарила Аполлону Николаевичу ровный и светлый жизненный путь. Ни борьбы, ни страсти, ни бури, ни врагов, ни гонений. Путешествия, книги, памятники древности, рыбная ловля, стихи, мирные семейные радости, и долговечная слава – такая счастливая доля достается немногим баловням судьбы.
Любовь к искусству издавна жила в старинном дворянском роду Майковых, передаваясь из поколения в поколение. Уже в 15 веке их предок Нил Сорский, был известен, как просветитель русской земли. В восемнадцатом веке, Иван Степанович Майков, выйдя в отставку, поселился в своем имении вблизи Ярославля, где вместе с ярославским воеводой Мусиным-Пушкиным покровительствовал театральным затеям знаменитого Ф.Г.Волкова. Его сын, Василий Иванович Майков (1728-1778), прославился как оригинальный поэт. С тех пор представители этого талантливого рода встречаются на разных ступенях артистической лестницы.
Представитель «фамилии талантов» - Аполлон Николаевич Майков, достиг наибольшей известности и славы. Он унаследовал свои дарования от родителей; его дед был директором Императорских театров, отец – замечательный живописец, мать писала повести и стихи, братья – известные писатели.
Майков Аполлон Николаевич
1821-1897
Немного о биографии:
Аполлон Николаевич родился 23 мая 1821 года в Москве, все детство провел в имение отца Николая Аполлоновича Майкова, в селе Никольское, вблизи Троице Сергиевой лавры, а также в имении бабушки в Клинском уезде. Майков так вспоминал ранние годы жизни:
(«Рыбная ловля»)
Себя я помнить стал в деревне под Москвой:
Бывало в вечеру поудить карасей
Отец пойдет на пруд, а двое нас, детей,
Сидим на берегу под елкою густою,
Добычу из ведра руками достаем
И шепотом о ней друг с другом речь ведем….
С летами за отцом по ручейкам пустынным
Мы стали странствовать…Теперь то время мне
Является всегда каким то утром длинным,
Особым уголком в безвестной стороне,
Где вечная заря над головой струится,
Где в поле по росе мой след еще хранится…»
В 1833 году семья Майковых переезжает в Петербург. В их богатом доме в изобилии были собраны и книги, и картины, и изваяния, - «все, что возвышает ум и чувство, радует глаз, дает высокое наслаждение». В их доме часто собирались музыканты, живописцы и литераторы, исполняли музыкальные пьесы, читали новые литературные произведения, мирно беседовали об искусстве.
Вспоминая дом Николая Аполлоновича Майкова, А.И.Гончаров писал: «Он, отец А.Н., жил, как живут или, если теперь уже не живут так, то как живали артисты, думая больше всего об искусстве, любя его, занимаясь им, и почти ничем другим».
Под руководством В.А.Солоницына молодежь в доме Майковых издавала журнал «Подснежник», а позднее «Лунные ночи» , в издании журналов принимали участия братья Майковы, А.И.Гончаров, В.Г.Бенедиктов, И.П. Борозда , П.П. Свиньин и мать Аполлона Николаевича, Евгения Петровна Майкова (1803-1880).
«Подснежник» и «Лунные ночи»:
Аполлон Николаевич вырос в семье, в которой литературные и художественные интересы всегда стояли высоко. Отец занимался его художественным воспитанием, а близкий друг семьи, Владимир Андреевич Солоницын, руководил литературным образованием старших сыновей. Для развития любви к литературе у молодых Майковых, Солоницын организовал издание рукописного журнала. Такой журнал появлялся отдельными, красиво переписанными тетрадями, в 1836-1838 годах, под заглавием «Подснежник», в нем были помещены статьи, написанные молодыми Майковыми, самим В.А.Солоницыным, В.Г.Бенедиктовым, И.П.Борозды, П.П.Свиньиным и И.А.Гончаровым.
В 1839 году вместо «Подснежника» начинают издавать, в том же тесном семейном кругу, изящный рукописный альманах – «Лунные ночи. Собрание сочинений в стихах и прозе 1839 г.», - большой том в 352 страницы. Альманах был написан красивым почерком, каждая страница обведена рамкой и украшена множеством изящно исполненных рисунков. Рисунки и заглавные буквы были выполнены Николаем Аполлоновичем Майковым. Главные авторы альманаха - молодые Майковы. Многие из стихотворений Аполлона Николаевича, помещенные в «Лунных ночах», позднее были напечатаны в первом сборнике его стихотворений в 1842 году. Несколько стихотворений в альманахе принадлежали матери поэта, Евгении Петровне Майковой (некоторые ее пьесы в стихах и прозе, появились в 1840-х годах в «Библиотеке для Чтения»).
В Университете:
Пройдя за три года под руководством В.А.Солоницына и И.А.Гончарова полный семилетний курс гимназии, Майков в 1837 году, в шестнадцать лет, поступает на юридический факультет Петербургского Университета, в эти года Солоницын по-прежнему продолжает руководить занятиями Аполлона Николаевич. В университете Майков усердно посещает любимые лекции: В.В.Шнейдера – римское право, и П.Д.Калмыкова – энциклопедия законоведения. Изучение римского права заставило Майкова выучить латинский язык, чтобы читать классиков в оригинале, а лекции Калмыкова привили ему любовь к философии. Изучает русскую историю по лекциям Н.Г.Устрялова, всеобщую историю у М.С.Куторги, русскую словесность у А.В.Никитенко. В эти года он изучил Библию в славянском переводе.
Живопись:
В Университете Аполлон Николаевич продолжал заниматься живописью но, к сожалению, его близорукость стала помехой, он не любил мелкой детальной работы, близорукость ставила преграды на каждом шагу, это его раздражало, заставляло роптать на судьбу. Еще 15-тилетним юношей он выразил эту скорбь в своем первом стихотворении: «Разочарование»:
«Когда в святом небесном вдохновенье,
Я возношусь в подоблачный эфир
И создаю в своем воображенье
Особенный, прекрасный, новый мир, -
Зачем тогда прекрасное созданье
Я не могу изобразить
И перелить в него мое очарованье
И прелестью небесной оживить».
Аполлон Николаевич несколько раз разочаровался и бросал кисти, и снова брался за палитру. Однажды Николай Первый, увидев в мастерской Майкова-отца картину работы сына, изображавшую Распятие, предложил купить ее для католической капеллы, устраивавшейся по случаю бракосочетания Великой княгини Марии Николаевны с герцогом Лейхтербергским. Аполлон Николаевич отказался от вознаграждения, тогда Император подарил ему брильянтовый перстень. Такой успех чуть было не заставил его вновь возвратиться к живописи, но в эти года на его стихи уже начинают обращать внимание.
По окончании Университета Майков получает степень кандидата и поступает на службу в Департамент Государственного Казначейства. Через год после окончания Университета, Майков издает первый сборник своих стихотворений; критика отмечает в авторе большой талант, общество приветствует молодого поэта, как достойного преемника великого А.С. Пушкина. От Императора Майков получает разрешение на поездку заграницу и 1000 рублей.
После блистательного дебюта на литературном поприще в счастливом настроении молодой поэт в сопровождении отца едет в 1842 году заграницу. Проводит год в Италии, где знакомится с мировыми сокровищами искусства, продолжает свои занятия наукой и окончательно решает посвятить свой талант поэзии. В апреле 1843 года к нему приезжает брат Валериан Майков с Солоницыным, и все вместе они отправляются в Париж. Париж не произвел на молодого поэта особенного впечатления, Италия и в особенности Рим напротив, оставили в нем неизгладимые воспоминания, воспроизведенные в «Очерках Рима» и отозвавшиеся во многих более поздних его произведениях. Позднее он еще не раз посещал Италию.
Поездка в Италию побудила Аполлона Николаевича написать два прозаических рассказа: «Прогулка по Риму с моими знакомыми» и «Пикник во Флоренции».
Весной 1844 года Аполлон Николаевич возвращается в Россию, получает новую должность – помощник библиотекаря в Румянцевском музее. В 1852 году Майков переходит на службу в Комитет иностранной цензуры, где в течение 45 лет занимает разные должности, выходит в отставку в должности председателя Комитета.
Последние дни жизни поэта:
26 февраля 1897 года, на торжественном собрании «Общества ревнителей русского исторического просвещения в память Императора Александра Третьего» Аполлон Николаевич прочитал свое стихотворение «20 октября 1894 года», это было последнее публичное выступление поэта. Через два дня Майков заболел крупозным воспалением легких и уже больше не вставал с постели. 8 марта 1897 года он скончался.
11 марта в Новодевичьем монастыре настоятель Исаакиевского собора с шестью священниками совершил отпевание Майкова. На церемонии присутствовал Великий Князь Константин Константинович, в эти года президент Академии Наук.
Исторические труды А.Н.Майкова, воплощенные в поэтические произведения:
Русская история в произведениях Майкова А.Н.:
Аполлон Николаевич серьезно изучал русскую историю, знакомился с особенностями прошлого.
Перевод А.Н.Майкова «Слова о полку Игоревом»:
Благодаря его постоянным занятиям русской историей, мы имеем превосходный перевод древнейшего памятника русской письменности - «Слово о полку Игореве».
Четыре года Аполлон Николаевич занимался переводом его на стихотворный современный язык, к изданию им было написано введение. По оценке критиков «Майков всего ближе передал поэзию подлинника».
«Емшан»:
«Степной травы пучок сухой –
Он и сухой благоухает!
И разом степи надо мной
Все обаянье воскрешает.
Когда в степях, за станом стан,
Бродили орды кочевые,
Был хан Отрок и хан Сырчан,
Два брата, батыри лихие».
Пьеса написана в 1874 году, в основу положен текст, заимствованный из летописи. Во времена Мономаха, два половецких хана Отрок и Сырчан, два брата, лихие богатыри, должны были бросить свои степи и уехать на чужбину. Отрок, скрылся далеко в Кавказских горах. Это была пора, когда Мономах совершал походы на половцев, заставил многих ханов смириться и перестать набегами тревожил русскую землю. И вот Мономах умирает, на Руси наступают « другие - худшие времена: туча и горе». Тогда один из братьев, Сырчан, скрывавшийся в донских полях, шлет гонца к брату на Кавказ, приглашая возобновить набеги на Русь: «умер враг, и спали теперь половцев цепи». Гонцу дается наказ: «Спой сначала брату нашу песню, а не отзовется на нее и не пойдет на Русь – свяжи в пучок емшан степной (емшан – степная трава) и дай ему – тогда вернется». Песня не подействовала, но подействовал пучок степной травы, который гонец вручил Отроку.
«И смотрит хан и сам не свой, почуя в сердце рану, схватил за грудь, пучок травы целуя, плачет». Отрок идет в поход «и только ждет, когда начнется степь родная. Все в даль глядит, травы пучок из рук не выпуская».
«Рассказы из Русской Истории»:
Изучая русскую историю, Майков делился своими знаниями и взглядами, выражая их в произведениях. «Рассказы из Русской Истории» - цикл из трех рассказов. Первый рассказ: «о святых Московских митрополитах, Петре и Алексее и о славном Мамаевом побоище»; второй - «взятие турками Константинополя, Москва»; третий - «Рим, Царь Иван Васильевич Грозный, Покорение Казани, Астрахани, Сибири». В этих рассказах он объясняет читателю значение возвышения Москвы, как для России, так и для всего православного Востока.
«Три смерти» - лирическая драма:
«Три смерти» критики называли ее лучшем произведением Аполлона Николаевича. Лирическая драма «Три смерти» стоит особняком не только среди его произведения, но и в русской поэзии. Это драма – самая классическая из его произведений, и вместе с тем самая современная. Поэт извлек из античного мира все, что в нем есть общечеловеческого, понятного всем. Великая тема произведения – борьба человеческого духа с ужасом смерти, борьба страшная и героическая. Эпикуреец Люций, философ Сенека и поэт Лукан – борются лицом к лицу со смертью, опираясь только на силу собственного духа, не прибегая к защите религиозных верований. После мучительной агонии все трое выходят победителями: эпикуреец побеждает смерть насмешкой, философ – мудростью, поэт – вдохновением.
«Вот жизнь моя! И что ж? ужель
Вдруг умереть? И это – цель
Трудов, великих начинаний!...
Победный лавр, венец желаний!
О, боги! Нет! Не может быть
Нет! Жить, я чувствую, я буду
Хоть чудом – о, я верю чуду
Но должен я и –буду жить».
Как ни различны по своим миросозерцаниям эпикуреец, философ и поэт, как ни противоположны их отношения к смерти, - одна характерная черта, одно чувство соединяет их. Все трое умирают, утешенные торжеством своего «я», своей личности.
Трагедия «Два мира»:
Сам автор называл эту поэму «делом почти всей своей жизни». Первые семена зарождения этого труда были положены в душу молодого поэта еще на студенческой скамье. Под влиянием оживленных лекций профессора римского права Шнейдера, он пристрастился к миру древних римлян, читал в подлиннике и упражнялся в переводах . Изучая историю древнего мира, Майков старался понять, как этот мир стал разрушаться и почему на его развалинах возник и разросся новый мир, в основу которого легло учение Христа. Распущенность нравов, беззакония, притеснения провинций, проникновение в правящие классы всяких проходимцев, неверие в богов, отрицание всяких правил чести и нравственности, все это послужило падению древнего Рима. Лучшие из римлян, сохранившие в себе еще древний дух и доблесть, предпочитали добровольно умереть, чем быть свидетелями разрушения того, что веками созидали их предки. И когда отживший мир рушится, возникает новая жизнь. Картину падения древнего языческого мира и первую зарю христианства и дает Майков в своей трагедии «Два мира».
Майков размышлял о столкновение христианства с язычеством в течение всей своей сознательной жизни: от начала сороковых годов, когда были написаны первые наброски его лирической драмы «Три смерти», и до 1881 года которым помечена последняя окончательная редакция его трагедии «Два мира».
Время действия трагедии – первый век после рождения Христа, правление жестокого, развратного римского императора Нерона, при котором начались первые гонения на христиан. Нерон, не терпевший никаких противоречий, видевший личного врага в любом человеке, который хотел жить и думать самостоятельно, и в особенности, если он хранил в себе древний дух римлянина, свободного и гордого. Нерон мнил себя великим поэтом и актером, однажды, он читал свои стихотворения в обществе нескольких знатных римлян:
«Ему на чтении три лица
Своим присутствием уж в зале
Помпоний, Руф и я – мешали,
И крикнул он – три мертвеца!
И вышел, в нас швырнувши свиток.
Что ж, слово Кесаря – закон!
В нем Рим!... Я тут же на прощанье
На пир все пригласил собранье». - так рассказывает Деций, главное действующее лицо трагедии.
Деций, этот герой, по собственному признанию автора, должен был соединять в себе все, что древний мир произвел великого и прекрасного, это великий римский патриот, могучий духом.
Деций исполнен веры в величие Рима:
«Рим все собой объединил
Как в человеке разум; миру
Законы дал и мир скрепил.
Находят временные тучи,
Но разум бодрствует, могучий
Не умирает дух ….»
Он исполнен пренебрежения к жизни тех тысяч, которые образуют фундамент этого величия.
«Если есть душа вселенной,
Есть божество – оно во мне!
И если, чтоб ему вполне
Раскрыться, нужно непременно,
Чтоб гибли тысячи тупых
Существ, немыслящих, слепых,
Пусть гибнут! Такова их доля;
Им даже счастие неволя.
Лишь с дня, когда он в рабство впал,
Для мира раб хоть нечто стал…»
Деций не умеет и не желает льстить Нерону, получив от него приказ умереть, ему становиться обидно, что он «доставил кесарю честь» напомнить ему об этом, потому что он давно собирался это сделать и сам.
Деций собирает на прощальный пир все римское высшее общество. В ярко освещенном зале, за богато убранными столами возлежат гости, их слух услаждают хоры певиц и музыкантов. Здесь же и распутный молодой римский патриций, и старик сенатор, и великий жрец, и адвокат. Сенаторы, философы, ученые, римляне и иноземные пришельцы, придворные временщики, женщины легкого поведения, все пришли на зов Деция, чтобы сладко поесть, напиться; им нет никакого дела, что хозяин должен умереть, что перед ним стоит чаша яда! Яства и танцовщиц сменяет другая забава – в зал входят гладиаторы, которые для удовольствия зрителей вступают в смертный бой. Гости с жадностью следят за поединком.
Деций приказывает рабам отворить все свои кладовые для гостей, все как стадо зверей бросаются на богатства хозяина. Что им до хозяина, умирающего как римлянин, показывающего пример истинного мужества.
«Нужна, не сила воли нам,
Чтоб жизнь порвать, а отвращенье,
Да, отвращенье к жизни!» - восклицает Деций.
Действительно, нельзя жить среди такой толпы, если нет веры в добро, в другую жизнь, основанную на других началах.
Другой мир:
Но в трагедии «Два мира» есть и другой мир, другие люди, смиренно творящие дела любви по заповедям Христовым. В этой любви залог настоящей и будущей жизни.
В тот день, когда Деций дает свой предсмертный пир, Нерон издает приказ: явиться всем христианам и поклониться его изображению, как божеству. Христиане собираются в катакомбы (подземные коридоры, где скрывались христиане во времена гонений), чтобы обсудить как поступить.
У входа в катакомбы сидит слепая девочка Дидима и раздает входящим свечи, чтобы идти по темным коридорам. Этой девочке не нужен «светоч земной».
«Все озаряет мне
Света небесного
Искорка малая
В сердце моем» - говорит она.
В катакомбах, поэт показывает читателям ряд лиц, разных возрастов и состояний, которые пришли к истинному свету, постигли учение Христово:
Старец Иов прежде был вождем племен Арамейских, разбитый римскими войсками, был продан в рабство. И теперь он раб Деция, днем как собака сидит у входа в его дворец на цепи.
«Что бытия познал он радость
Лишь тут, по благости Творца,
Что тут вкусил и понял радость
Он вдруг прозревшего слепца.
Что лишь в цепях, на жестком ложе
Обрел он то, что нам дороже,
Земного скипетра и венца,
И всех сокровищ мира – Бога
И путь к Нему»….
Главк – другой раб, происходит из знатной семьи, прекрасно образован, такими рабами римляне очень дорожили, держали их в роскоши. Этот раб, еще язычником, пленился замужней женщиной – христианкой. Обманом пробрался к ней в дом и вдруг видит:
«На густых коврах
Она; ребенок на руках,
Другой целует шею, третий
Из за плеча, с боков, в ногах,
Кругом смеющиеся дети…
И улыбается она,
Живым венком окружена
Из детских лиц».
И перед этой картиной чистой и христианской материнской любви к детям исчезают все нечистые помыслы Главка. Теперь этот Главк христианин, он полагает, что и все придут ко Христу.
« К Нему придут, и зло и ложь
Падут. Богатый и убогий,
Простой и мудрый – все придут!
Со всех концов земных, дороги
Всех ко Христу их приведут…
Людское горе и страданья
Все духа жажды и терзанья,
Источники горючих слез –
Все примет в сердце их Христос,
Все канут в этом море!...»
Еще один герой - Марцелль, знатного рода, бывший военачальник. Он настоящий римлянин. Его обращение в Христианство свершилось после личной беседы с апостолом Павлом.
Здесь же Камилла – мать с детьми, она приходит поклониться праху своего мужа, замученного в цирке и похороненного в нише стены коридора катакомбов. Она говорит своему сыну:
«Там помни же в этой нише
Прах твоего отца. Он львами
Разорван был, и в небесах
Теперь душа его и нами
Любуется, когда творим
Мы доброе и Бога чтим…
Может статься,
У вас и маму Бог возьмет:
С ним вместе с голубых высот
Мы будем вами любоваться.
Смотри же, помни этот ход,
А подле крест и надпись….»
Среди всех женщин возвышается образ Лиды, знатной девушки, вкусившей в свое время все удовольствия роскошной римской жизни. Как и большая часть обращенных в христианство она постигла новый для нее смысл жизни и отдалась добрым делам и утешению страждущих. Из всего прошлого у Лиды осталась одна привязанность – Деций, к нему влечет ее любовь, ради которой можно все выстрадать, чтобы спасти любимого человека. Лида проникает в дома Деция. Ему известно ученье христиан, но для него, верящего только в силу и разум, чужды и непонятны истины Христова учения.
Страстная проповедь Лиды не может поколебать гордости римлянина, но его приводит в ужас провидение Лиды.
Перед Децием проходят с пением гимна толпы христиан, осужденные на смерть за неисполнение указа императора, повелевавшего поклоняться ему, как божеству.
В этом новом учении, в этой нравственной силе людей, идущих за свою веру на смерть и прославляющих Бога, Деций видит опасность для своего Рима:
«Я б вас гнал
Когда бы жил еще! Терзал
Зверьми б, живого б не оставил!» – восклицает Деций.
Но Лида ему возражает:
«Ты б гнал, покуда не узнал,
Покуда б не прозрел как Павел,
И больше нас тогда б Христа
Великим разумом прославил!...
Прозрев, отдался б в искупленье
Всех зол, что сотворил!..Прощать
Ты б научился ..да!..прощать!
Ведь христианство, все ученье,
Нет, не ученье, - жизнь –прощенье
Ежеминутное прощенье,
Прощенье вечное!...»
В великом столкновении между этими представителями обоих миров примирение невозможно. Отвергнув утешения друзей-христиан, Деций выпивает чашу яда, и умирает:
«На посту своем за Рим,
За вечный Рим!»
А позже – над могилой Деция совершилось примирение. Поэт его не касается; он заключает свою трагедию смертью героя, оставляя открытым столкновение обоих миров.
Старец Иов приветствует наступающий день словами: «Слава, Тебе , показавшему нам свет!»
Два мира сопоставлены в трагедии в самые торжественные минуты: одни толпой пирую вокруг человека, идущего на последнее, оставшееся ему геройство – самоубийство; другие толпой идут на казнь, чтобы засвидетельствовать свою верность Христу.