Когда я впервые увидел этот камин мне он тоже показался странноватым. Из чего он внутри выложен было непонятно, но сверху облицован мраморными кирпичиками в абсолютно плоский ящик. Мрамор даже не полированный и серый строительный раствор в швах больше смахивал на облицовку цоколя общественного туалета, чем на гламурный изыск крутого дома.
Наталья сама не знала, что нужно тут исправить и вся её просьба выражалось одной фразой:
— Что-нибудь можно с этим кошмаром придумать, чтобы он смотрелся? Жечь камин в бильярдной я всё равно не собираюсь, но коли уж купила дом с таким гробом, как бы ему вид человеческий придать?
— Давайте я швы расковыряю и затру посветлее, а там видно будет.
— Давай попробуем....
На следующий день я расчистил швы, угробив стамеску и принялся кумекать — а чем бы затереть, что бы было похоже на мрамор? В наличие были всякие смеси и выбор пал на английскую затирку для мозайки Диамант. Но абсолютно белая затирка, производила впечатление какой-то краски на швах. Она еще и в мрамор впитывалась и отковырять её было проблематично.
Добавил маленько сухого клея для плитки Монолит. Потемнела, но смесь стала грубовата и утратила пластичность. Чего бы еще набуторить.... Мозаичники с бассейна тонко намекнули выход
— У нас же есть пластификатор для растворов. Добавь и попробуй.
— Давай!
Набуторил свою смесь на пластификаторе, добавил еще немного серого цементного Монолита и принялся затирать швы на мраморе. Как аккуратно не затирай, а все равно смесь лезла вокруг. В надежде отмыть своё творчество позже, я убил весь день на затирку швов этого мраморного великолепия.
Понимая, что моей экстравагантной смеси нужно время на засохнуть как следует, я совершил вторую ошибку — выждал три дня!
А на утро четвертого дня, я понял свою ошибку! Вся моя каша впиталась в мрамор без единого шанса отмыть. Начал ковырять стамеской — дохлый номер! Достал железную щетку и попробовал оттереть ей — мартышкин труд. Во засада!
Взял у сварщиков железную корд-щетку и принялся шуровать дрелью. Через минуту моя смесь на мраморе начала темнеть на глазах. Я ничего не понял и начал разглядывать темные пятна. Блин! Щетка стачивается об эту "затирку" оставляя остатки металла на поверхности. И чего делать?
Остается одно — сесть заплакать, причитая о горькой судьбе! Позвал мозаичников. Те поковырялись и тоже признались, что видят такую фигню впервые. В духе пролетарского единства, с гнусными улыбками ушли, оставив меня наедине с этим изгаженным мраморным гробом.
Бросил я это дело и принялся думать. Думать дело хорошее, когда есть чем. А в 25 лет ума не бывает, как и опыта. Зато есть горячее сердце и бестолковые руки. Начал я вырубать свою смесь новой стамеской.
За час, я аккуратно обгрыз края двух кирпичиков и остался рваный край отчищенный от скверны англицко-советской смеси. Вместе с мрамором, разумеется выскочила и моя затирка. Пальцы устали, но руки-прутья, натренированные на плотницких забавах не признавали команды "сдаюсь".
За весь день удалось отчистить 16 кирпичей, но внешний вид камина начал приобретать какую-то осмысленность. Тесаный камень однозначно заиграл красиво, в отличие от переломанных ногтей и ободранных пальцев. Решил оставить как есть и дождаться Наталью. Одно порадовало и то временно. Наталья просто восхитилась работе юного бестолкового скульптора.
— Отлично смотрится! А можно побольше сколоть, чтобы грубее смотрелось?
— Можно, но даже боюсь считать, сколько времени уйдет на это действо...
— Я заплачу сколько скажешь, но сделай весь камин вот так. А зачем ты его перед этим весь измазал какой-то дрянью?
— Зачем, зачем! Дурак потому что! Но нет худа без добра и позвольте приступить...
Первым делом я посчитал количество кирпичиков на этом камине. Почти 5 м2 камина, были обляпаны кирпичами в количестве больше 200 штук. Даже скудного юношеского разумения хватило сообразить, что работать мне церетелей недели две.
Не сильно ошибся в расчетах ваш покорный слуга. Рубил я этот камин по песчинкам 10 дней. Как только получался слишком большой скол, приходилось остальное доравнивать до этого же состояния. "Безобразно, но однообразно" — принцип не только армейский.
Последние дни рука стала махать посмелее и к завершению этой нудной кропотливой работы, камин приобрел полное соответствие термину "ХендМейд". От "хенда" остались лоскуты с обломанными ногтями, а к подобному " мейду" выработалось четкое тошнотворное неприятие!
Но остался главный вопрос с чего всё начиналось! Что делать с серым раствором? Он обратно весь вылез напоминая о предыдущих колхозниках. Что, по новой затереть своей "хитрой" смесью и....по новой в скульпторы?! Аж передернуло от ощущений. Но на помощь пришли девчушки маляры, кинув всего одно слово, как Урфин Джюс в свое время услышал его от филина Гуамоколатакинта:
— Краска!
Точно! Надо тупо покрасить эти швы нужный цвет и будет все в ягодку! Но наученный горьким опытом, я не кинулся махать флейцевой кистью маляров. Заехал и купил художественные кисти из канцтоваров и аккуратно, с тряпочкой в исковерканных руках покрасил каждый шов.
Художник из меня некудышный, но с такой работой справился. Высохла краска, которую я два дня втирал в раствор и издалека камин выглядел как выложенный из мраморного дикого камня. Только в упор видно было, что это облицовка.
Наталье понравилось невероятно мое диковатое творчество и она умела быть благодарной. Но чтобы я еще раз связался с таким товаром!!! В гробу я видал это мрамор в белых тапочках под цвет. За две недели я лучше соберу две лестницы или наколочу паркета квадратов 40...
Кто умеет работать с мрамором — личный от меня респект и уважуха! Наш Драмтеатр тому живое подтверждение.
Лестницы! Ох уж эти лестницы и вот где иногда приходится голову поломать! Об одной из таких лестниц, на площади равной двум кроватям я и расскажу.
С позволения читателя — в следующий раз. Всех благ!)