ПЕРЕВЕДИ МЕНЯ ЧЕРЕЗ МАЙДАН
Я хотела писать о чудесном четверге. Который случился вчера. Я, родившись в четверг, всегда радуюсь приходу этого дня недели, а мысль о том, что в этот день все можно решить, как нужно именно тебе, всегда освещает день с самого раннего утра. Вот и вчера все получилось: и рабочий день, и додаренные подарки женского весеннего праздника, и дневное солнышко, и ранний уход с работы, чтобы заправить картриджи. Я успела даже в спортзал. Это было - новое, я была впервые в тренажерном зале именно в такого уровня. При оформлении абонемента меня подкупило, что два раза в неделю там сауна, есть постоянная вода и человеческий душ, а не плескалки из тазика, как мы в Донецке практикуем второй год. "Спортмакс" сделал скважину, и вода - в необходимом количестве моет всех. Вот и я попала туда, потренировалась на современных тренажерах с тренером и пошла в сауну. Домой шла не просто довольная собой, а как ни в сказке сказать ни пером описать. Над головой привычно грохотало. В любом месте города ни разу не забываешь - где ты. Звуки войны стали такими привычным делом, что я уже и не понимаю, как жить в Донецке по-другому. А в рассказах дончанок в парилке - как они ездили в выходные осенью в грибные места по осени, и пытались собирать грибы, очень внимательно глядя себе под ноги, потому что минами лепестками закидано прилично территории Донбасса. Дача моего брата тоже - больше минное поле, чем огород. Мы живем здесь так жестко, будто на нас надели какой-то смирительный корсет, одновременно не дающий нам - ни право выбора, ни право передвижения. На работе у сотрудницы соседнего со мной отдела пропал муж. Взрослый самодостаточный отец двух сыновей и шахтер пошел воевать не по призванию, а потому что иного выхода ему не было предоставлено. Наших донецких мужчин по призванию брали добровольцами с весны 2014, тогда под аэропортом погибли те, кто принял удар на себя сразу, не дожидаясь никаких повесток. В феврале в ДНР была объявлена всеобщая мобилизация, и с рабочих мест забрали всех, кто жил и трудился, не давая пропасть ни семье, ни родному городу. Никого не спрашивали о желании воевать. Есть строка "долг родине", и с этим ничего не поделаешь. Я знаю, как это звучит непатриотично, только для многих диванных патриотов, смотрящих по телевизору сюжеты о "войне", "нацистах", "прилетах" - это просто кино. Посмотрел, посопереживал и выключил телевизор. Ах, ну да - еще посражался в сетях. Только здесь этот телевизор никак не получается выключить. Начиная с осени 2013 мы смотрим его, не прекращая. И постепенно он стал - нашей реальной жизнью. А жизнь нельзя ни поставить на паузу, ни на перемотку, ни промотать вперед, чтобы хоть краешком взгляда увидеть тот наш такой ожидаемый финал. Когда, как говорил Александр Захарченко, наш первый руководитель Донецкой Народной Республики - мы накроем стол через весь наш город, чтобы все могли выпить за Победу.
Я не знаю, когда это случится. Буду ли жива и здорова я, чтобы присесть к этому столу, буду ли жить здесь, или мое ожидание того прекрасного времени жизни в городе роз не выдержит и сломается. Со смертью родителей и их упокоением на исторической родине в Кутейниково Донецкой области ушла необходимость обязательного проживания в Донецке. Долг отдан, вектор жизни можно направлять в любую точку. Вокруг меня живет почти миллион людей и каждый из них имеет право решать, что, когда и как делать. Только все это - лишь иллюзия. Тот самый жесткий металлический корсет с привкусом горелого металла и разлетающейся пыли от попаданий в жилые дома уж сильно сдавил наши ребра. Он уже даже не корсет, он больше наручники: чем больше мы пытаемся освободится, тем жестче они сжимают нам запястья.
Есть люди, которые никогда отсюда не уедут. Без пояснений. Есть те, кто уезжали и вернулись. Есть те, кто жалеют, что не уехали, а есть жалеющие, что уехали. Мы все - всегда разные. Только думаю, что перемотку в самое начало поющих на майдане за "незалежність" включили бы многие. При чем - по обе стороны баррикад. Потому что и без того короткая наша жизнь проходит в войне, которая теперь и в "настоящей" Украине. И если кто-то тогда сомневался, то сейчас многим давно понятно: война это не для людей, не за людей. Это огромное зло, которое вошло в нашу дверь, не спрашивая разрешения. Для простого человека, живущего по Божьим законам, не ворочающего миллионами и не имеющими сбережений на то, чтобы легко подняться и уехать было бы неплохо - перейти тот майдан обратно, вернуть невинно погибших, вернуть - тот мир, в котором мы жили до. И я прекрасно понимаю - перевести нас через майдан некому. Да и назад вернуть ничего не возможно. Мы все на этом майдане – заложники центров принятия решений. И как уже всем понятно - решения они принимали и принимают, меняя тактику, подходы, методы, вооружение, договариваясь и перечеркивая достигнутые договоренности. Что делать всем нам - заложникам этого непрекращающегося действа? За эти годы убито и покалечено огромное количество очень разных людей, которые думали по-разному о происходящем, а беда просто снесла их в этот кровавый список, объединив. Выросло целое поколение детей войны, которые другой жизни здесь в Донбассе не знают. Сломано огромное количество человеческих судеб, которые сопричастностью к этой территории проживания не сумели увернуться ни от прилетов, ни от повесток. Я все понимаю о Родине. Только патриоты давно закопаны в землю, четырнадцатый и пятнадцатый год хорошо порешетил тех, кто не побоялся встать за свою землю, за свой край.
Кому преподается этот урок ненависти и жестокости? Как мы могли открыть ту самую дверь, куда война стучала ногой костлявой смерти? Как мы могли так в одночасье стать такими разными украинцами, желающими друг другу плохого…
Милосердный Господи, дела твои велики и неоспоримы. Переведи нас наконец и через этот майдан, чтобы жить и созидать, а не слушать звуки войны и читать сводки с количеством погибших мирных граждан города…
