Часть вторая.
Начало здесь
Проснулась Василиса по привычке, с первыми петухами. Лежит, глаза в потолок, и спать не хочет и встать не может. Квартира у тетки большая, целых две комнаты, но спать её тетка положила в комнату вместе с собой. Вторая была завалена всяким хламьем, какими-то мешками, старой мебелью и еще не пойми чем.
Так и пролежала с открытыми глазами до восьми часов. Тетка все еще сладко посапывала, отвернувшись лицом к стене. Осторожно, чтобы не разбудить старуху, Василиса выскользнула из-под одеяла и на цыпочках прошмыгнула на кухню, тихонько прикрыв за собой дверь. Огляделась. В углу урчал, как будто переваривал содержимое, пузатый холодильник Зил. Прямо как грузовик. Такой же кругломордый.
Напротив стояла газовая плита, Она видела такую в деревенской столовой. На плите стоял чайник. Во рту пересохло, а в животе бурчало. Но как пользоваться плитой она не знала. Налила в кружку воды, поискала хлеб, Не нашла. Выпила не останавливаясь воду. Села на табурет и заплакала.
Ей вспомнилась деревня. Её кухня, с огромной русской печью посередине, душистый домашний хлеб из печи, и молоко, теплое, только что из-под коровки. Она заплакала еще горше, как там её Зорька. Отдала ли молоко соседке, сыта ли. Сзади, тихо как приведение, подкралась тетка.
- Чё воешь, нюни распустила, обидел кто, или так от нечего делать слезы льешь? Смотри, соседей зальешь, платить за ремонт придется.
Старуха засмеялась своему остроумию.
Потом она зажгла газ, поставила на плиту чайник. Открыла холодильник, из него как из погреба пахнуло холодом. Василиса поежилась. Тетка достала колбасу, сыр и масло. Из шкафчика, висевшего на стене, достала хлеб. Подала нож племяшке и сказала.
- Ну что ты сидишь, как в гостях, привыкай к городской жизни, обживайся.
Василиса сделала бутерброды, заварила чай и разлила его по кружкам. Завтракали молча. Каждый думал о своем. Старуха сердилась на непутёвую племяшку, как только живет то одна, неумёха. А Василиса не знала как сказать тетке, что собирается её перевезти жить в деревню. После завтрака Василиса спросила разрешения позвонить. У тетки в прихожей красовался телефонный аппарат.
Она вынула из кармана обрывок бумаги и набрала цифры. Максим сразу поднял трубку. Они договорились встретиться возле дома тетки через час.
- Ты куда это лыжи навострила.
- Мне надо, по делам.
- Какие у тебя могут быть дела в городе, ты ведь тут никого не знаешь.
Василиса не знала что ответить. Стояла переминаясь с ноги на ногу. Тетка сменила гнев на милость, сунула племяшке в руку рубль со словами.
- Ладно, иди по своим делам, а заодно купи нам к обеду молока и хлеба. Гастроном за углом.
Василиса вышла на улицу и вдохнула полной грудью воздуха, после теткиной квартиры воздух на улице казался необыкновенно чистым. Пахло медом. Она оглянулась и увидела дерево липы. Прямо под деревом стоял Максим. Он был одет в гражданскую одежду, от чего выглядел еще красивее чем вчера.
- Привет!
Максим протянул Василисе букетик цветов. Та смущаясь поднесла его к лицу, как будто хотела спрятать в букетике свою неловкость.
- Ну как, познакомилась с тетей.
- Познакомилась.
Василиса тяжело вздохнула.
- Только не знаю, как ей сказать о переезде.
- А может не надо переезжать, в городе то и жить легче и работы больше.
- Так у меня в деревне дом, огород. Корова наконец, на кого я все это оставлю.
Максим на минуту задумался.
- Корову можно продать, а дом пока, временно закрыть.
Василиса посмотрела на Максима с упреком.
- Корову, продать, да как ты можешь такое говорить.
Дальше они шли молча. Каждый думал о своем. Василиса сердилась на Максима, он же не мог понять, почему нельзя продать корову. Так они дошли до городского парка. Был выходной день. В парке было много гуляющих людей. Детвора каталась на велосипедах. Взрослые чинно прохаживались парами, молодежь сбивалась в стайки как воробьи, шумно о чем то спорили.
Василиса на все это смотрела с непониманием.
- Им что, заняться нечем? Почему никто не работает.
Максим удивленно посмотрел на Василису.
- Так сегодня воскресенье, выходной!
Василиса все рано не поняла, ну воскресенье и что работы полно, а все гуляют. В деревне гулять некогда. Лето самая пора. Работы хватает и по воскресеньям, огород не знает выходных. Что летом потопаешь, то зимой и полопаешь. Вспомнила она поговорку, которую часто повторяла бабушка.
Нет, Василиса не хотела переезжать в город. Странные люди, странные обычаи. Все тут ей было чуждо и странно. Она вдруг спохватилась, вспомнив о тетке.
- Максим, мне домой пора. Надо еще хлеба купить и молока.
Перед домом они немного постояли в тени липы. Максим взял ладони Василисы свои руки.
- Мне так не хочется с тобой расставаться.
- Мне тоже.
Сказала Василиса и покраснела. Она подняла глаза вверх, на окна теткиной квартиры, занавески колыхнулись. Подглядывает, поняла Василиса.
- Мне пора.
Она освободила руки и побежала к подъезду.
- Позвони мне вечером, давай сходим в кино.
- Я подумаю.
И Василиса скрылась в подъезде.
Когда она вошла в квартиру, тетка смотрела на неё с интересом. Но ничего не сказала, про себя же подумала.
- Смотри прыткая какая.
Продолжение здесь
Не забываете подписаться на канал, чтобы не пропустить следующие публикации.
Оставляйте свои комментарии, мне очень интересно ваше мнение о прочитанном. Жду вас завтра в это же время. Постараюсь опубликовать следующую часть ровно в восемь утра.
Часть вторая.
Начало здесь
Проснулась Василиса по привычке, с первыми петухами. Лежит, глаза в потолок, и спать не хочет и встать не может. Квартира у тетки большая, целых две комнаты, но спать её тетка положила в комнату вместе с собой. Вторая была завалена всяким хламьем, какими-то мешками, старой мебелью и еще не пойми чем.
Так и пролежала с открытыми глазами до восьми часов. Тетка все еще сладко посапывала, отвернувшись лицом к стене. Осторожно, чтобы не разбудить старуху, Василиса выскользнула из-под одеяла и на цыпочках прошмыгнула на кухню, тихонько прикрыв за собой дверь. Огляделась. В углу урчал, как будто переваривал содержимое, пузатый холодильник Зил. Прямо как грузовик. Такой же кругломордый.
Напротив стояла газовая плита, Она видела такую в деревенской столовой. На плите стоял чайник. Во рту пересохло, а в животе бурчало. Но как пользоваться плитой она не знала. Налила в кружку воды, поискала хлеб, Не нашла. Выпила не останавливаясь воду. Села на табурет и заплакала.