Галина Лаптинова ищет своего сына уже много месяцев и не может добиться признания его погибшим - ДНК тесты отказываются проводить, поскольку «останки обуглились до озоления».
В 2020 году Галина Лапинова из Новосибирска проводила своего сына Николая (имя изменено по юридическим причинам) на военную службу. Через 6 месяцев Николай подписал контракт с Министерством обороны Российской Федерации, который позже был продлен в связи с частичной мобилизацией. Галина надеялась, что Николай сможет приехать домой на Новый год, но вместо этого месяц назад получила трагическое известие о том, что он скончался. Несмотря на ее попытки получить официальные документы, подтверждающие его смерть, она потерпела неудачу и прибегла к сдаче теста ДНК.
Женщина сдала кровь и слюну 24 ноября 2022 года. Тесты были проведены четыре дня спустя, но показали небольшой процент и не подтвердили ДНК. В результате военная прокуратура проведет расследование и направит материалы в суд, чтобы определить, мертв ли сын Галины или пропал без вести - так указано в официальном письме, которое получила женщина.
Галина считает, что у военных нет доказательств смерти ее сына и нет материалов, по которым можно было бы провести качественный ДНК-тест. Однако она видела фотографию, на которой подразделение прощалось с погибшими, в том числе с ее сыном Николаем - его фото было среди прочих портретов погибших. Она сбита с толку тем, почему военные не поделились с ней никакой информацией, и отчаянно нуждается в ответах на вопросы о местонахождении ее сына.
Мать военнослужащего все еще пытается добиться от военной прокуратуры получения официальных документов о признании ее сына погибшим в ходе спецоперации. Однако, несмотря на то, что 1 марта она получила документ из Центра судебно-медицинской экспертизы Минобороны РФ, в котором говорится, что идентифицировать ДНК невозможно из-за тотального сжигания, Галине все еще неясно, в какой суд обращаться или где получить дополнительную информацию.
В документе указывается, что останки ее сына обгорели до стадии озоления, что делает невозможным определение причины смерти и идентификацию тела. Несмотря на то, что в январе Галина обратилась в военную прокуратуру Восточного военного округа, также она написала и в военную прокуратуру Новосибирской области с просьбой сообщить ей о судьбе ее сына - в первом случае ответ так и не был получен.
«Я пришла к нам в прокуратуру, чтобы военный прокурор помог мне подать в суд исковое заявление о признании сына погибшим. Они мне отказали. Меня спросили, кто занимается моим делом там, а я не знаю. Я все полтора месяца не могла ни с кем оттуда связаться, то майор занят, то на совещании, то на выезде. Сейчас наша прокуратура связалась с ним. Что он точно сказал, я не знаю, но мне после этого сказали, что недостаточно доказательств и что военная прокуратура НСО не может как-то повлиять на прокуратуру того округа. Куда я только ни приходила - и в военкомат, и в мэрию. Как глухая стена, такое ощущение, как будто и не было у меня сына, один пепел остался.» - делится Галина.
Теперь мать погибшего подала новые обращения как в 32-ю прокуратуру, так и в Главную военную прокуратуру Российской Федерации с просьбой направить заявление об официальном признании смерти ее сына 16 ноября 2022 года.
Источник: Курьер.Среда