Вы говорили о том, что кого-то пугает растущая зависимость от Китая. Всё не так уж и пасмурно на этом небосводе, потому что и Китай зависит от наших энергоносителей. То есть, это взаимная зависимость.
Я говорил о том, что объективный анализ показывает, что сейчас на фоне затягивания российско-украинского конфликта, и Россия погружена в решение этой задачи, конечно влияние Китая будет нарастать. Чем больше китайских товаров нам придётся по этому поводу закупать, тем больше будет зависимость. И это объективно. Но при этом я не говорю, о том, что речь идёт о какой-то тотальной несвободе от Китая. Здесь такая штука: Китай помогает нам не потому, что он нас сильно любит, а потому, что он понимает, что от судьбы России зависит и его собственная судьба. Эта взаимозависимость здесь имеет жизненно важный характер. Это первое. А второе – это всевозможные взаимные экономические связи и поставки энергоносителей, и другого сырья и полуфабрикатов, транспортные пути и многое другое.
Взаимозависимость есть. Но, тем не менее, пока мы решаем военную задачу, Китай будет наращивать собственное влияние и авторитет в мире. Уже сейчас, после таких туманных мирных инициатив, которые конкретным содержанием не наполнены, а фактически представляют из себя декларацию неких принципов, Китай потихоньку становится неформальным лидером тех стран, которые не готовы открыто поддержать Россию, или открыто противостоять США. По сути, Китай становится неформальным лидером движения неприсоединения, хотя сам при этом конфликтует с американцами и находится в состоянии напряжённости. Это факт. Я не говорю, что Китай сейчас будет этим цинично пользоваться, но это факт, и этот факт надо учитывать когда вы анализируете ситуацию. Поэтому, чем быстрее и успешнее мы закончим этот военный конфликт с Украиной, тем больше будет наш вес на международной арене и в отношениях с Китаем.