Некоторые историки нередко приводят самые нелицеприятные выдержки из характеристики, которую дал Константин Рокоссовский Георгию Жукову. Однако на самом деле Рокоссовский отзывался о Жукове объективно, поэтому в документе перечислил немало и положительных качеств тогда еще будущего маршала.
Рокоссовский и Жуков
Историки не зря часто сравнивают этих военачальников. Многие отмечают, что Константин Константинович Рокоссовский и Георгий Константинович Жуков не только имели одинаковые отчества, но и родились в 1896 году с разницей в несколько месяцев. Почти с такой же разницей во времени Рокоссовский и Жуков оказались в армии. Как указано в издании «Маршалы Победы» (составитель Михаил Молюков), первый в 1914 году добровольцем вступил в 6-й эскадрон 5-го Каргопольского драгунского полка 5-й кавалерийской дивизии 12-й армии. Второй был призван на службу в 1915 году. Таким образом, оба будущих маршала воевали в царской армии, отличились на фронтах Первой мировой войны, были удостоены наград.
Сразу после Октябрьской революции Константин Рокоссовский, снова добровольно, вступил в ряды Красной гвардии. Георгий Жуков поступил так же, но уже в 1918 году. Оба сражались в Гражданскую войну, однако познакомились уже после нее. Случилось это, как пишет Борис Соколов в своей книге «Рокоссовский», в 1924 году на кавалерийских курсах в Ленинграде. Рокоссовский вспоминал, что Жуков полностью отдавался военной науке. «Заглянем в его комнату – все ползает по карте на полу. Уже тогда долг, дело были для него превыше всего. У него всего было через край – и таланта, и энергии, и уверенности в своих силах» — рассказывал Константин Константинович.
Характеристика на подчиненного
Однако не все было так радужно. Отношения между Константином Рокоссовским и Георгием Жуковым складывались непростые. Это было обусловлено тем, что сначала Жуков был в подчинении у Рокоссовского, а после они поменялись местами. Получается, что Константин Константинович сперва поднимался по карьерной лестнице быстрее Георгия Константиновича. Так, Александр Печенкин, автор издания «Высший командный состав Красной Армии в годы Второй Мировой войны», утверждает, что в 1930 году Рокоссовский командовал 7-й Самарской имени английского пролетариата кавалерийской дивизией, а Жуков, находясь у него в подчинении, был командиром 2-й бригады этой дивизии.
В том же году, если верить Михаилу Жевалову, автору книги «Маршал Победы Жуков», была проведена аттестация военнослужащих, и Константину Рокоссовскому пришлось написать характеристику на своего подчиненного. Некоторые историки приводят лишь негативные выдержки из этого документа вроде: «Болезненно самолюбив», «Обладает значительной долей упрямства», «По характеру суховат и недостаточно чуток». Но на самом деле Рокоссовский отметил и положительные черты Жукова. Так, Константин Константинович охарактеризовал Жукова как решительного, инициативного, дисциплинированного и требовательного человека, написал, что Жуков имеет большой опыт, любит военное дело и постоянно совершенствуется, а потому соответствует занимаемой должности.
Такой, какой есть
Вообще, до нападения Германии на Советский Союз на Георгия Жукова было написано немало подобных характеристик. Так, Виктор Устинов на страницах своей книги «Жуков. Портрет великого полководца» приводит характеристику, данную Жукову Семеном Буденным в 1931 году, во время аттестации помощника инспектора кавалерии РККА. Именно эту должность занимал в тот момент будущий маршал. По мнению Буденного, Георгий Константинович обладал сильными волевыми качествами, был требователен не только к подчиненным, но и к себе. Правда, как считал Буденный, в отношении подчиненных со стороны Жукова наблюдалась излишняя жестокость и грубоватость.
Однако сам Георгий Жуков почему-то запомнил именно характеристику, которую дал ему Константин Рокоссовский. Об этом свидетельствует тот факт, что во время Великой Отечественной войны, а именно после победы под Сталинградом, Жуков в беседе с Рокоссовским обмолвился об аттестации 1930 года. Если верить Жану Лопезу и Лаше Отхмезури, авторам издания «Жуков. Портрет на фоне эпохи», Рокоссовский тогда спросил у Жукова: «А разве я не прав?». «Ты такой и есть!» — добавил военачальник. Георгий Константинович спорить не стал, а просто сказал: «Верно, прав».