В гимназии №8 был еще один интересный преподаватель, о котором стоит рассказать. Звали его Христофор Устинович Йохансон. Это был пожилой мужчина, который раньше был профессором в ВУЗе, но по неизвестной причине перешел в гимназию. Годы преподавания в высшем учебном заведении сказались на его личности – этот человек не видел ничего дальше собственного носа. В переносном смысле. А в прямом – когда был без очков. Но внешне он хорошо сохранился – зачесанные назад русые волосы были нисколько не тронуты сединой. Из отличительных черт – его постоянным атрибутом были небольшие круглые очки, нацепленные на крючковатый нос.
В гимназии он был учителем математики, ворчливым и бубнящим материал себе под нос так, что отличники вытягивали шеи, чтобы расслышать, а прочие мирно занимались своими делами, и даже дремали, если повезет. Как и следовало ожидать, он являлся другом Андрея Егоровича, и, как и он, недолюбливал директора с физиком за их привычки.
Его уроки ученики полюбили только после одного курьезного случая.
Дело было во времена дистанционного обучения по причине коронавирус. Уроки проводились через онлайн-конференции. Христофор Устинович всегда вел уроки со включенной фронтальной камерой на своем ноутбуке, так что школьникам было отлично видно его новый костюм с галстуком. Правда, костюм этот висел на заднем плане, а сам Христофор Устинович, похоже, не знал, что ученики его видят – он сидел чаще всего в пижаме с котятами и иногда закуривал сигару прямо на уроке. Никто так и не удосужился сказать ему, что его видно – так уроки были явно интереснее. Особенно когда в комнату заходил его голый малолетний внук лет трех. Он то пытался скормить деду резиновую утку, то прыгал на заднем плане, то подходил к ноутбуку и что-то высматривал.
Один раз урок начался без видео – очевидно, какая-то крыса все же раскрыла учителю великую тайну. Несмотря на это, раздался взрыв хохота ребят.
— Да чего вы смеетесь? Угомонитесь!
— Христофор Устинович, — выдавила из себя какая-то девочка, — наденьте очки.
Математик послушно нацепил очки на нос и всмотрелся в экран.
На экране значилось «Профессор Х. У. Й»
Опустим же завесу милосердия над этой сценой и оставим Христофора истошно орать на смеющихся учеников.
