Вспомнила историю из своей юности и решила рассказать ее. Даже сейчас, спустя 25 лет, она кажется мне безумной и невероятной. Прошу не винить меня: в этой истории нет ни малейшего намека на вымысел.
В то время я с семьей, женой и сыном, жил в коммунальной квартире у метро "Беговая". Кроме нас, в двух комнатах жила еще одна семья: полковник, его домработница Юля и их сын Вова. Примерно через полгода после нашего переезда полковник умер от сердечного приступа. С этого момента стало происходить очевидное и невероятное.
На поминках отца моего мужа присутствовали его коллеги, а вдова не нашла ничего лучшего, как согрешить со своим другом на скамейке перед домом. Как она мне потом сказала: "Василий был бы рад, что его жена развлекается"..... Честно говоря, мне было неловко, но я пришла к выводу, что у меня с этой подругой наверняка что-то было раньше. Так что для себя я решила, что это его дело.
Но потом все стало еще хуже. Мой сын Вова (180 см) в свои 15 лет откровенно отрывался от жизни. И Юля решила отправить его в суворовское училище. Она обратилась к бывшим одноклассникам мужа и уговорила их стать его спонсорами.
Она не скрывала, как убеждала их. Ее девиз был: "Для моего сына нет ничего слишком сложного". Вовочка проучился в суворовском училище чуть больше года, а потом сбежал, потому что одноклассники избили его за стукачество. Потом появились его дурацкие идеи, как заработать деньги, например, "вырастить курицу в клетке в своей комнате и продать ее". Что, конечно, мне не нравилось, потому что вонь в квартире стояла ужасная. Его мать попыталась защитить его, но моя жена вмешалась, и мы прекратили это безобразие.
В какой-то момент моя жена пошла к Юле домой по женским делам и вернулась с квадратными глазами. "Что случилось", - спросил я ее совершенно серьезно. "Представляешь, мы с Юлей разговаривали, а она в это время красилась, чтобы идти на очередное свидание.
Заходит Вовочка и садится смотреть телевизор. Она уже закончила макияж и готовилась к выходу. Она просит сына отодвинуть стул от шкафа, отбрасывает полотенце и начинает надевать чулки и другие вещи. И все это происходило на глазах у моего сына, которому 16 лет. Ой... Я потерял дар речи, и у меня отпала челюсть.