Вот как Радзивиловский, начальник УНКВД по Московской области, оценивал события, описанные в этой статье, в 1939 году.
Однако не человек на фотографии на обложке, а Ян Фабрициус, один из четырех командиров Красной Армии, награжденных четырьмя орденами Красного Знамени во время Гражданской войны, умер более чем достойной смертью.
По совпадению, он находился на борту самолета, разбившегося после взлета из аэропорта Сочи, выжил в катастрофе, катапультировался в открытое море и передал свой спасательный жилет женщине.
Женщина выжила благодаря возмутительному проявлению уважения со стороны Фабрициуса (как бы мы еще узнали, что он дал ей жилет), а Фабрициус - нет.
Но эта статья, как и большинство других, не о Фабрициусе, а о страшных годах, к которым мы все еще медленно, но, к сожалению для наших внуков и правнуков, постоянно возвращаемся.
Как известно, история не имеет подтекста, и я стараюсь не грешить необоснованными предположениями, но....
Если бы Фабрициус не погиб геройски в 1929 году, он, несомненно, был бы вовлечен в латышскую шпионско-фашистскую организацию.
Как говорится, "нет необходимости просить". Это не вариант.
Как я могу быть уверен в этом? Пожалуйста.
Решающим основанием для такого неумолимого утверждения являются показания Радзивиловского, бывшего начальника УНКВД по Московской области:
"...Я спросил Езова, как практически выполнить его директиву о разоблачении антисоветского подполья среди латышей. Он сказал мне, что при отсутствии конкретного материала нам нечего стыдиться, но необходимо выбрать несколько латышей из числа членов ВКП(б) и получить от них необходимые показания. Не умоляйте это общественное мнение, их дела будут рассматриваться в альбомном порядке. Должно быть доказано, что латыши, поляки и другие члены ВКП(б) являются шпионами и диверсантами...".
Выполняя это повеление Иешуа, Радзивилл сообщил,
"Я и все другие руководители НКВД совершили одно из самых мрачных дел, когда без разбора уничтожили всех латышей, поляков и представителей других национальностей, состоявших в ВКП(б). Как правило, все признания в их якобы антисоветской деятельности были получены в результате пыток арестованных, которые практиковались как в центральном, так и в периферийном аппарате НКВД."
То, как начальники НКВД на месте "совершили одно из самых темных дел", подробно описал в письме Сталину бывший начальник Особого отдела НКВД 78-й стрелковой дивизии в Томске лейтенант госбезопасности Егоров.
"При преследовании поляков, латышей и других, попавших под массовые аресты национальных меньшинств, применялись различные методы, обращались к спискам служащих по учреждениям, к спискам капитала в справочниках и т.д., и часто арестовывались люди, имевшие несчастье носить польские, литовские и подобные фамилии, но иногда не имевшие ничего общего с той или иной национальностью. Такие люди, согласно протоколам, оказывались участниками монархических повстанческих организаций, хотя в органах Тройки существовало устное распоряжение из Новосибирска не упоминать в таких случаях национальность. В прошлом лавочник или трактирщик оказывались крупными предпринимателями и помещиками, бухгалтеры - царскими чиновниками, провокаторами и так далее.
...Человек по фамилии Малозовский, работавший в отделе, который вел следствие по делам немцев, латышей и литовцев, писал в протоколах то, что было "необходимо" для следствия, и зачитывал из голов арестованных, что они преданы Родине, любят Советскую власть, что арестованы несправедливо и требуют их освобождения. Малозовский заканчивал эти "протоколы" лозунгами "Да здравствует Советская власть, да здравствует товарищ Сталин!".
Фабрицио не помогли бы ни его четыре ордена Красного Знамени, ни другие заслуги прошлого.
В деле латвийской шпионско-фашистской организации обвиняемыми были:
Командир 2-го класса Яков Иванович Алкснис, четырежды награжденный орденами (орденом Ленина и тремя орденами Красного Знамени) заместителя Народного комиссара обороны по авиации.
Там, у Черного колокола в Кремле, он "ссорится" с Ворошиловым.
Его методы принудительной мобилизации в Красную армию в 1920 году казались неоправданно жестокими даже Троцкому.
Менее чем за полгода до своего ареста он был членом президиума Специального суда, приговорившего к смертной казни группу военных командиров во главе с Тухачевским.
Это не так.
Братья Мейлаук арестованы с разницей в два дня.
Их старший брат Мартын был активным участником революционных событий в Харькове и был арестован и казнен белогвардейцами после отмены советской власти в городе.
Межлаук Валерий Иванович, до ареста заместитель Председателя СНК СССР (Молотов), председатель Госплана СССР, "отец" индустриализации в СССР, главный составитель Первого, Второго и Третьего пятилетних планов.
Здесь Калинин передает ему совет Ленина.
Уже в тюрьме Межлаук подготовил документ о совершенствовании планирования в СССР, который остался похороненным в следственном деле.
Ничего не было спасено.
Межлаук Иван Иванович, с 1934 года - член Комиссии советского контроля при Совете Народных Комиссаров СССР и до ареста 1-й председатель Всесоюзного комитета по высшему образованию при Совете Народных Комиссаров СССР.
Это не так.
Ян Эрнестович Рудзутак был заместителем председателя Совета народных комиссаров СССР (Молотов) и Совета труда и обороны СССР (также Молотов) с 1926 по 1937 год.
На первой фотографии он с Ворошиловым, на второй - на сцене в сопровождении Сталина, Бухарина и Орджоникидзе.
На слушаниях он спросил:
"Обратить внимание ЦК Всеславянской Коммунистической партии (большевиков) на то, что в органах НКВД существует неукоренившийся гнойник, который искусственно создает дела, заставляя невинных людей признаваться. Что не проверяются обстоятельства обвинения и не предоставляется возможность доказать свою невиновность в тех преступлениях, которые выдвигаются на основании тех или иных показаний различных лиц. Что методы расследования таковы, что придумывают и осуждают невиновных людей, не говоря уже о самом подследственном.
Если бы я знал раньше, все могло бы получиться. Но нет, не получилось.
Берзин Ян Карлович, точнее Берзиньш, военный комиссар второй степени.
В октябре 1917 года был членом комитета партии Выборгского района и членом Петроградского комитета, участвовал в штурме Зимнего дворца. С декабря 1917 года - сотрудник чекистского аппарата РСФСР.
В декабре 1920 года он возглавил разведывательную службу Красной Армии.
Здесь уместно упомянуть, что до Берзина латыши также возглавляли разведывательную службу:
Янис Ленцманис и Арвид Зейботс.
Зейбоц не дожил до 1937 года. Он умер в 1934 году.
Янис Ленцманис был жив. Был ли он одним из латышских заговорщиков? Догадайтесь сами.
Берзин создал систему военной разведки СССР.
Советы в США не только получили документацию на новейший танк M1936 Джона Уолтера Кристи, но и сумели тайно ввезти его в СССР под видом трактора и демонтировать башню. Новый двухместный бомбардировщик Valti V-11 (БШ-1 в СССР) также был тайно ввезен в Советский Союз в качестве экспедиционного самолета, а Италия получила планы и протоколы испытаний новых бомбардировщиков, истребителей, подводных лодок, 37-мм пушки и другую военно-техническую информацию.
С октября 1936 года, в течение девяти месяцев, он был главным военным советником Республиканской армии во время гражданской войны в Испании под именем "генерал Гришин".
О том, как Сталин подорвал этот столп, на котором держалась сила и безопасность страны, я, пожалуй, расскажу отдельно. Не забудьте подписаться на канал.
Очень меткая оценка работы Берзина содержится в следующем высказывании.
"Редко какое государство 20-го века могло похвастаться такой надежной группой исполнителей, объединенных дисциплинированным идеализмом и уверенностью в том, что они работают, чтобы изменить мир".
Это не так.
Мезис Август Иванович, начальник политотдела Белорусского военного округа, член Военного совета НКО СССР, комиссар армии 2-й степени.
В Испании также воевал главный маршал авиации А. И. Бергольц, который до ареста занимал должность старшего начальника Академии Генерального штаба РККА. I. Бергольц, который до своего ареста занимал должность старшего начальника Академии Генерального штаба РККА.
Это не так.
Фабриси не разрушит компанию.
В записке первого заместителя Генерального прокурора СССР Баранова в ЦК КПСС о реабилитации В. G. Кнорина, датированной 18 октября 1955 года, говорится.
"Постель, бывший сотрудник УНКВД Московской области, осужденный в 1939 году за фальсификацию следственных материалов, дал показания:
"Я несу полную ответственность за свои слова, я твердо убежден и могу доказать фактами, что баснословный, так называемый разоблаченный Вселатвийский контрреволюционный центр, за который были арестованы десятки тысяч латышей - видных партийных, советских и военных работников, рабочих, колхозников и других - был явно выдуман и в действительности не существовал."
Кстати, Кнорин был соавтором краткого курса по истории ВКП(б), подготовленного при самом Сталине, который впоследствии заслужил такую похвалу.
Новой библией" для пропагандистов стал "Краткий курс истории ВКП(б)", опубликованный в сентябре 1938 года. Он положил начало цитированию как основному методу пропаганды и агитации, направленному на "запоминание" провозглашаемых истин.
Это не так.
Одно из высказываний Кнорина, который до ареста был заместителем заведующего отделом партийной агитации и пропаганды ЦК ВКП(б), а также заведующим отделом информации и пропаганды Коминтерна, представляет сегодня интерес.
"...Время национальных государств прошло..... Мы убеждены, что белорусы не являются нацией и что те этнографические особенности, которые отделяют их от других русских, должны быть устранены. Наша задача - не создавать новые нации, а разрушать старые национальные практики. Белорусское движение и есть такое строительство национальных про- цессов..." (Вильгельм Кнорин в газете "Звязда", 6 октября 1918 года).
Если бы они прислушались к ним, возможно, не было бы необходимости в VVO.
Все упомянутые в статье личности были в списке арестованных, подлежащих суду военной коллегии, в первой категории из 139 имен.
На первом листе рукописная резолюция: "За расстрел всех 138 человек. I. Ст., В. Молотов".
Кто был 139-м человеком, чье имя Сталин вычеркнул из списка? Однажды я расскажу вам об этом. Подписывайтесь на канал. Читать его вам будет не скучно.
Иногда, читая заявления арестованных "врагов народа" или сводки таких заявлений, направляемые Главным управлением НКВД СССР руководству страны, поражаешься их вопиющей нереальности.
В контексте текста данной статьи поражает абсурдность, например, показаний Бергхольца, бывшего преподавателя Академии Генерального штаба РККА.
В сводке основных показаний лиц, арестованных Главным комитетом НКВД СССР 3 и 4 марта 1938 года, они начинаются с предложения:
"A. I. БЕРГОЛЬЦ, который ранее признался в участии в латышской шпионско-фашистской организации и в антисоветском военном заговоре, дополнительно доказал, что он с 1932 года был агентом немецкой разведки".
Я попытался представить, на что это могло быть похоже.
Хохоталкин медленно шел по коридору, прислушиваясь к неясным звукам, заглушаемым толстыми кирпичными стенами и массивными железными дверями камер, где враги советской власти ожидали своего справедливого наказания.
Внезапный грохот заставил его вздрогнуть. Хоталкин инстинктивно повернул голову и, заметив дверь, в которую кто-то безжалостно колотил, двинулся к ней.
Красноармеец отпер засов верхнего топора, и он с грохотом распахнулся. Из окна открытой двери раздался крик радости.
- Я вспомнил!
Шохталкин склонил голову и посмотрел через пространство "залпа" в камеру.
Он посмотрел на лицо авантюриста и, на мгновение, на петлицы его мундира, на которых были отпечатки двух бриллиантов.
- Я вспомнил!" - повторил бывший командир. Докладывая следователю, я вспомнил, что с 1932 года являлся агентом немецкой разведки. Враг народа, - пробормотал он, глаза его сияли от радости.
- Фамилия? - сурово сказал Хокоталкин.
- Бергхольц. - Ответил заключенный.
- Кто этот следователь? - Красноармеец продолжил допрос.
- Кривошеев и Ладатко.
- Я дам вам знать", - сказал он. Хоталкин захлопнул волчок и продолжил свой путь, прерванный Бергхольцем.
В конце этого длинного коридора, прежде чем повернуть и пойти в обратном направлении, красноармеец Хокоталкин приостановился у стоявшей там тумбочки, на которой лежал дневник событий. Свинцов развернул тетрадь на странице, исписанной шариковой ручкой. Хокоталкин успел пробежаться глазами по последним записям, сделанным в дневнике, когда его слюна сошлась на конце этой каракули.
"Лопатин" - зачитал он красноармейцам и вспомнил, что так звали командира авиабригады Московского округа. Содержание "инцидента" было таково: "Он вспомнил о предательской работе, которую проделал в Испании в бытность свою командующим тамошней авиацией.
"Кокадеев - вспоминал, что по заданию германской разведки он создал в Москве шпионскую резидентуру, которая под его руководством добывала для немцев подробную информацию о секретных изобретениях и новейших образцах в области вооружения Красной Армии радиосвязью."
"СЕУЛ - Мы напоминаем, что по прямому указанию Гамарника они умышленно сорвали публикацию произведений товарища Сталина о военном времени".
Имя шефа было обведено и подчеркнуто несколько раз заглавными буквами.
Вот сука. Со стороны не разберешь, подумал Чокоталкин. Дальше читать не хотелось.
Краснорукий перестал пускать слюни на карандаш, посмотрел на кончик, убедился, что он достаточно влажный, и написал "Behr" под фамилией Шниттманн. Позже в тексте возникла заминка. Хохоталкин оказался перед дилеммой, не зная, писать ли "ж" один или два раза.
- Какая на хрен разница! Пусть об этом позаботится похоронная команда. Он добавил к своему имени "Хольц", а к "содержанию мероприятия" "напомнил, что он также был агентом немецкой разведки".
Солдат не успел вернуть журнал на место, как над монотонным гулом внутриклеточной жизни раздался еще один стук.
По-видимому, это выглядит следующим образом.
Хотя последнее, наверное, ближе к истине, где меня поразила внезапная ассоциация с эпизодом популярного российского новогоднего "бестселлера" "Ирония судьбы".
Я называю эту возможность "железной логикой".
Ладатко как раз ставил кипящий котелок с примулой, когда дверь в кабинет открылась. Он бросил взгляд на стекло, в котором отразился силуэт вошедшего, хотя никто, кроме Кривошеева, войти в комнату не мог.
Сотрудник КГБ налил кипяток в два заранее подготовленных стакана и вернул чайник на уже погасший примус. Поправляя рукав мундира, за который он держался ручкой чайника, чтобы не обжечься, Ладатко положил на стаканы папку с уголовным делом, на лицевой стороне которой было написано "Бергольц Август Иванович". Чайники, взбудораженные кипятком, стали опускаться на дно стаканов, а жидкость в них стала наливаться приятным коричневым цветом.
Полюбовавшись фотографией секунду-другую, Ладатко повернулся к нему. Кривошев стоял спиной к нему у раковины для мытья рук в кабинете. Засов дребезжал. Капля воды брызнула из тазика на руки Кривошева. Она упала на металлическую раковину и приобрела красноватый оттенок.
- Как дела, - спросил Ладатко, все еще стесняясь.
- Бригадир с ума сошел, подписал, - сказал Кривошев, вытирая руки о полотенце, - у нас таких развалов больше было. И моду взяли - я не один, дом не мой.
В голосе чекиста звучало удовлетворение, даже гордость.
-Так что на сегодня работа была сделана. Можно сказать, в стахановском стиле. - На этот образ Кривошева навела лежащая на подоконнике пожелтевшая от времени газета, на первой странице которой была статья "Мой метод" с изображением улыбающегося барабанщика с ударной установкой на плече. - Давай подождем с чаем, Юрок. Оставим его на десерт. Давай достанем беленькую из сейфа. Смоем, так сказать, наши профессиональные достижения.
...
-Так ты сказал, Яша, что мы закончили по-стахановски - я не буду единственным, кто прилип, - сказал он немного неровным голосом после первых двух таймов.
-Кривошев посмотрел на своего коллегу по выпивке, явно не понимая, к чему клонит другой.
- Как Стахановски? - Юрок начал развивать свою идею. Ухмыляясь, он провел предплечьем по краю газеты, которая в начале субботы перекочевала с подоконника на стол, очищая образ Стахановского - Он имел в виду "сверх нормы". Что такое "сверх нормы"? Вам приказали распутать участие Бергольца в латвийской шпионско-фашистской организации - вы распутали. Вы справились. Вы справились. Но сверх нормы. Это, брат, не так.
Кривошеву не на что было жаловаться, и такое положение дел ему не нравилось.
- Гринберг и Селезнев - наши знаменосцы здесь.
-Да. -Да. Я еще не слышал. - Кривошев поощрил своего собеседника продолжать говорить.
-У нас есть заместитель начальника военного издательства, - начал рассказывать Ладатко. - Ну, скажите, как можно такого человека подвергать расстрелу? - Вопрос был риторическим, но Юрок сделал паузу, а затем продолжил. - Он не знает никаких секретов и никогда не был за границей. Но они изображают его как диверсанта. Якобы он по прямому указанию Гамарника специально сорвал публикацию военных трудов товарища Сталина и биографии наркома обороны товарища Ворошилова. Что-то уже есть, но... - Ладатко потупил взор и махнул рукой: - Вы понимаете. Нашли ведомость, по которой платили гонорар, и в этой ведомости стояла фамилия Тухачевского. Ну, вы знаете, что этот "теоретик" почти каждый год что-то публиковал, то о классовой борьбе, то о борьбе с контрреволюционными восстаниями, то еще что-то. Кроме Тухачевского, в докладе фигурировали имена и других врагов. Так вот, в докладе это сформулировано, помнится, следующим образом: "Накормить врагов народа и разрушить финансовую мощь Военного института Народного военного комиссариата". Замечательно, согласен. Но на расстрел это тоже не похоже.
-Кривошеев ткнул пальцем в своего собеседника.
-Мы пошли сюда. Издательство принадлежит Народному комиссариату обороны. Справа. Имеет ли право народный комиссар посещать их? Имеет. Об этом мы и говорим. А ребята создали в военном издательстве террористическую организацию и планировали покушение на Ворошилова.
На лице Кривошеева появилась гримаса, которую любой, кто ее видел, истолковал бы как знак уважения к работе его коллег.
После небольшой паузы, вызванной мозговым штурмом, он сказал.
-Бергольц? - Кривошеев указал на портфель, в котором все еще стояли чашки с уже остывшим чаем.
-Бергольц, - я хотел бы подтвердить.
-Дайте мне. -Дайте мне.
Ладатко передал своему собеседнику папку.
-Так точно, - сказал Кривошев, перебирая примерно половину документов, - в 1932 году он ездил в Германию в составе комиссии по контролю за промышленностью. Вот его отчет, в котором он описывает подробности встречи с неким полковником Гартманом. Теперь вопрос. Мог ли этот Гартман быть немецким шпионом? Вполне мог. Мог ли разведчик Гартман завербовать командира бригады? Мог. А чем он командовал? - спросил себя Кривошев. - Да, с 1935 года по Испанию он был командующим ВВС Московского военного округа, - протянул Кривошев, думая, как наиболее эффективно использовать эту информацию.
Следователь не торопился. Он просмотрел еще несколько документов и остановился на представлении Бергхольца к правительственной награде за успешные испытания самолетов И-15 и И-16 в авиабригаде "Либратор".
-Мог ли Бергольц предоставить разведчику Гартману информацию о Люберецкой авиабригаде и результатах испытаний военных самолетов И-15 и И-16? Мог. Давайте вспомним об этом.
Какая версия кажется вам более вероятной, пишите в комментариях.
Кстати, это было не последнее, что запомнилось Бергхольцу.
Спустя всего несколько дней Бергхольц "дополнительно продемонстрировал", что.
"Руководящая тройка латышской фашистской организации в Московском военном округе поддерживает контакты с руководителями латышской организации в Харькове, лично с бывшим заместителем командующего войсками округа Латышом (арестован) и другими."
Вы обратили внимание на слово "другими"? Следователи осторожны, они не закрывают тему полностью, но оговаривают, что Бергхольц может отозвать кого-то другого, если это понадобится Родине.
Берггольц лечился от частичной амнезии у чекиста Якова Андреевича Кривошеева.
Я не знаю, было ли это совпадением или блестящим кадровым решением, но....
Согласно рассказу "Судьба чекиста"| Дмитрия Ермакова | Дзен, Кривошев, сотрудник Особого отдела НКВД, был приемным сыном в латышской семье. Его детство не казалось счастливым.
Впервые он убежал из дома, когда ему было одиннадцать лет, но полиция поймала его и вернула приемному отцу. В четырнадцать лет он схватил полено, лежавшее у печки, и ударил ненавистного воспитателя по голове. На этот раз его побег удался.
Интересно, что Яков стал Кривошевым, взяв фамилию начальника грузчиков на Финляндском вокзале, у которого он работал после приезда в Санкт-Петербург.
После весового бизнеса следующим шагом в карьере Кривошева стал Путиловский завод, который привел его к революции. К 1905 году Яков Кривошев уже был одним из ее активных участников. Затем последовали тяжелая работа, бегство и эмиграция.
В ночь октябрьского переворота Яков возглавил отряд красногвардейцев, захвативших памятный с юности Финляндский вокзал.
Известно, что в Череповце Кривошев руководил операцией по изъятию продовольственных запасов и церковных ценностей в Горицком монастыре.
С 1937 по 1939 год он работал в центральном аппарате Особого отдела НКВД. В феврале 1937 года Кривошев был награжден орденом Красной Звезды, а в январе следующего, 1939 года, его назначили капитаном госбезопасности, и НКВД доверил ему свой участок работы.
Он стал начальником 3-го специального отряда на советской военно-морской базе на полуострове Ханко (ныне в Финляндии).
Война началась.
Что сделал Кривошев, неизвестно, но...
Командир базы попросил Особый отдел Балтийского флота в Таллине вызвать Кривошева "на службу". Главный "спец" базы был арестован на борту гидросамолета из Ханки, и 17 августа 1941 года трибунал флота приговорил его к высшей мере социальной защиты по статье 193-17б УК РСФСР.
Злоупотребление властью, превышение власти, пренебрежение к командованию, а равно халатное отношение к обязанностям со стороны лица, командовавшего Красной Рабоче-Крестьянской Армией, если эти действия совершались систематически или из корыстной или иной личной заинтересованности, а равно если они повлекли за собой дезорганизацию вверенных им войск или имущества, или разглашение военной тайны, или иные тяжкие последствия, или даже если они не повлекли этих последствий, но было известно, что они наступят, или были совершены в военное время или в боевых условиях, - наказываются лишением свободы на срок не ниже шести месяцев.
(b) к тем же деяниям применяются высшие меры социальной защиты при наличии особо отягчающих обстоятельств.
Судьба была милостива к Кривошееву.
Решение суда не было исполнено в срок.
Во время пребывания в тюрьме НКВД Эстонской ССР в Таллине Кривошев был схвачен немцами 28 августа 1941 года.
Он был освобожден из плена 12 апреля 1945 года.
На одном форуме я прочитал, что Кривошев скрыл информацию о своей службе в НКВД и решении трибунала, когда его освободили из плена.
Кстати, как вы считаете, уместно ли вспоминать такие аспекты нашей истории сейчас, во времена ЮЗР, когда "прибалты" и поляки в коалиции антироссийских государств копируют русофобию?