Найти в Дзене

"В редакцию не вернулся..."

Так называлась заметка в "Тагильском рабочем", опубликованная 2 сентября 1981 года. В ней рассказывалось о Павле Алексеевиче Елпидине – журналисте, сотруднике «Тагильского рабочего», погибшем на фронте в годы Великой Отечественной войны. Тогда, лет 40 - 50 назад, имя Павла Елпидина в Нижнем Тагиле было хорошо известно: о журналистах-тагильчанах, погибших в годы войны неизменно вспоминали в связи с Днем Победы, в здании редакции "Тагильского рабочего" висела мемориальная доска с именами пятерых погибших коллег; с женой и дочерью Павла Елпидина, жившими в те годы в Ленинграде переписывались местные краеведы и школьники... Но пророческими оказались слова другого известного журналиста, младшего современника П. Елпидина Александра Галича, сказанные от лица их поколения в адрес поколений более молодых: "Наши прошлые святыни для них пустые имена". Действительно, за десятилетия "критического переосмысления" и пересмотра собственной истории мы, если не вычеркнули намеренно, то по меньшей мере

Так называлась заметка в "Тагильском рабочем", опубликованная 2 сентября 1981 года. В ней рассказывалось о Павле Алексеевиче Елпидине – журналисте, сотруднике «Тагильского рабочего», погибшем на фронте в годы Великой Отечественной войны.

Тогда, лет 40 - 50 назад, имя Павла Елпидина в Нижнем Тагиле было хорошо известно: о журналистах-тагильчанах, погибших в годы войны неизменно вспоминали в связи с Днем Победы, в здании редакции "Тагильского рабочего" висела мемориальная доска с именами пятерых погибших коллег; с женой и дочерью Павла Елпидина, жившими в те годы в Ленинграде переписывались местные краеведы и школьники... Но пророческими оказались слова другого известного журналиста, младшего современника П. Елпидина Александра Галича, сказанные от лица их поколения в адрес поколений более молодых: "Наши прошлые святыни для них пустые имена".

Действительно, за десятилетия "критического переосмысления" и пересмотра собственной истории мы, если не вычеркнули намеренно, то по меньшей мере забыли, и порой совершенно незаслуженно, многих "героев былых времен".

Павел Алексеевич Елпидин родился 5 (18) декабря 1909 года в городе Симбирске (ныне – Ульяновске) в семье служащего банка Алексея Семеновича Елпидина. Его отец происходил из семьи священнослужителей, сам служил диаконом. Однако, овдовев, вступил во второй брак (с матерью Павла Алексеевича), что было возможно только в случае снятия духовного сана. Мать Павла Рахиль Павловна – урожденная Ахматова, дочь служившего в Симбирске протоиерея Павла Ивановича Ахматова. Родословная священнослужителей Ахматовых до конца не проработана, однако есть все основания утверждать, что они происходили из той же семьи, что и предки Анны Андреевны Ахматовой (как известно, Ахматова – девичья фамилия ее прабабки) и обер-прокурор Священного Синода в 1860-х гг. Алексей Петрович Ахматов.

Брак родителей Павла распался, когда он и его брат (вскоре умерший) были детьми. После развода мать работала воспитательницей в Симбирском доме ребенка. После смерти матери в 1922 г. некоторое время Павел жил в детском доме, затем был на попечении опекуна – одного из братьев матери.

О братьях Ахматовых стоит сказать несколько слов. Из пяти сыновей Павла Ивановича Ахматова трое были священниками. Священнослужителями были также мужья дочерей: о муже Рахили (отце Павла Елпидина) было сказано выше, ее сестры Ольга и Лидия были замужем за священниками. Трое из них – священники Иван (Иоанн) Павлович и Дмитрий Павлович Ахматовы и Александр Тресвятский (муж Лидии Павловны) были расстреляны в Ульяновске в 1938 году.

На фото (слева направо): Петр Павлович Ахматов, свящ. Александр Венедиктович Тресвятский, прот. Дмитрий Павлович Ахматов, свящ. Иоанн Павлович Ахматов, прот. Александр Павлович Ахматов (фотография из архива о. Владимира Дмитриева)
На фото (слева направо): Петр Павлович Ахматов, свящ. Александр Венедиктович Тресвятский, прот. Дмитрий Павлович Ахматов, свящ. Иоанн Павлович Ахматов, прот. Александр Павлович Ахматов (фотография из архива о. Владимира Дмитриева)

В 1927 г. Павел Елпидин окончил школу в гор. Ульяновске. Учился в индустриальном институте и театральном институте, но ни один из них не закончил по причине их реорганизации.

Профессионально начал работать в печати с марта 1925 года. Его первая работа – фельетон «Ау, ау, милиция!» – был опубликована в марте 1925 года в ульяновской газете «Пролетарский путь». По его собственным словам, «прошел всю газетную школу: сначала был хроникером, потом репортером, литправщиком, выпускающим, заведующим отделами, ответственным секретарем редакции». Работал в Ульяновске, Кузнецке (Пензенская обл.), Сарапуле.

Павел Алексеевич Елпидин с семьей. 1938 г.
Павел Алексеевич Елпидин с семьей. 1938 г.

С 1932 г. Павел Елпидин работал в Нижнем Тагиле, где был корреспондентом РОСТА-ТАСС, сотрудником газеты «Тагильский рабочий» и корреспондентом «Последних известий» Областного Радиокомитета. Это были годы бурного роста города, развития промышленности. И это все нашло свое отражение в его творчестве Елпидина как журналиста и краеведа. Павел Алексеевич мечтал составить справочник о Нижнем Тагиле и написать роман о самом городе, о его людях, о работе металлургов: о знаменитых плавках, проходивших в марте 1933 г. под руководством профессора Н.А. Павлова. Увы, этим планам не было суждено осуществиться.

В годы Великой Отечественной войны П.А. Елпидин был корреспондентом ТАСС в действующей армии. Работал в газете «Во славу Родины» 111-й стрелковой дивизии. Погиб при освобождении Харькова 6 марта 1943 года. Похоронен в с. Ракитное Харьковской области.

В первой половине 1970-х гг. с семьей П.А. Елпидина переписывались учащиеся школы №48 на улице Радищева. Сохранились несколько конвертов их писем и черновики ответов. Вероятно, в школьном музее была какая-то экспозиция: в письмах речь идет об отсылке фотографий и материалов биографии.

В мае 1981 г. ко Дню печати и 75-летию «Тагильского рабочего» вышел номер стенной газеты «Луначарец» клуба поэзии при городском Доме учителя (№4, май 1981 г.). Почти весь номер был посвящен П.А. Елпидину.

На здании ГТРК «Урал» в Екатеринбурге (ул. Луначарского, д. 212) установлена мемориальная доска с именами работников Свердловского областного Радиокомитета, погибших в годы войны. Первым в списке указано имя Павла Елпидина. В здании редакции «Тагильского рабочего» также когда-то была мемориальная доска с именами погибших сотрудников газеты. Насколько мне известно, она не сохранилась.

В Нижнем Тагиле П.А. Елпидин с семьей проживал по адресу ул. Красноармейская, д.45, кв.14; затем – в построенном им доме по адресу ул. Ветеринарная, д.14.

Вторая часть данной заметки тесно перекликается с названием моего блога – "В поисках утраченного". Дело в том, что Павел Елпидин в середине 30-х годов собирал и записывал воспоминания о Д.Н. Мамине-Сибиряке. Один из его очерков был опубликован в сборнике «Воспоминания о Д.Н. Мамине-Сибиряке», вышедшем в 1936 г. к 25-летию со дня смерти писателя и переиздававшемся в 1962 г. Будучи патриотом Нижнего Тагила, П. Елпидин, в предвоенные годы активно ратовал за создание при тагильском краеведческом музее отдела, посвященного Мамину-Сибиряку и сооружение в Тагиле памятника писателю. В Российской Государственной библиотеке в Москве в архиве семьи Удинцевых сохранились письма П.А. Елпидина Борису Дмитриевичу Удинцеву – племяннику и исследователю творчества писателя. Журналист сообщает, что записал воспоминания около 50 человек, лично знавших Д.Н. Мамина-Сибиряка, жителей Н. Тагила и Н. Салды. Большинство этих воспоминаний никогда не публиковалось.

Из сохранившихся в РГБ писем можно сделать вывод, что П.А. Елпидин передал собранные материалы (кроме записанных им воспоминаний речь идет также о фотографиях) в Нижне-Тагильский музей. Есть информация о том, что в начале 2000-х годов папку с материалами П.А. Елпидина о Мамине-Сибиряке Татьяна Константиновна Гуськова, известный тагильский историк и краевед, показывала Глебу Борисовичу Удинцеву, внучатому племяннику писателя.

К сожалению, мои неоднократные обращения к администрации Нижне-Тагильского музея-заповедника ни к чему не привели – здесь очень хочется, по выражению Владимира Маяковского, выразиться "просто и резко". Но все-таки попробую использовать "дипломатическую вежливость товарища Чичерина": в соответствии с полученным мною ответом от директора музея, материалы Павла Елпидина о Мамине-Сибиряке в собрании музея не обнаружены. Как нет там якобы теперь и никаких других материалов Павла Алексеевича, кроме "двух фотографий не очень хорошего качества".

Полагаю, что находка и публикация материалов, собранных П. А. Елпидиным, представляла бы несомненный интерес для исследователей жизни и творчества Д.Н. Мамина-Сибиряка. Очень жаль, что идея поиска этих материалов – увы – не получила никакой поддержки со стороны музейщиков Нижнего Тагила, города, патриотом которого был Павел Елпидин...