Военные годы истощили страну. Работать в полях было некому — все взрослые мужчины ушли на фронт. Жителям империи не хватало жиров и сахара, а хлеба было вдоволь, но его было не доставить из регионов в столицы. Рубль падал, полки пустели, а цены у спекулянтов были заоблачные — и тогда женщины вышли на улицы, чтобы прекратить страдания народа.
Все началось за 60 лет до Февральской революции, в Нью-Йорке, с «Марша Пустых кастрюль». Нью-Йоркские текстильщицы, работницы фабрик, измученные нищенскими зарплатами и 16-часовым рабочим днем — а мужчины в те годы уже работали всего по 10 часов — вышли на главные улицы с пустыми кастрюлями и поварешками. Они устроили невообразимый шум, чтобы привлечь внимание к своим проблемам: ненормированному рабочему дню, неравенству в оплате труда, запрету голосовать.
Их услышали, и этот год стал годом рождения Международного женского движения. Каждый год 8 марта женщины выходили на улицы, чтобы напомнить о своем существовании и о своих проблемах. Нас лишали права голосовать, права распоряжаться собственными деньгами и собственным телом, нам до сих пор платят меньше, чем мужчинам и заставляют работать больше, если считать неоплачиваемый домашний труд. Но мы добились многого — и нам предстоит добиться еще большего.
Идея Международного женского дня, который мы отмечаем 8 марта, не сразу закрепилась в мировой практике. День женской борьбы за равные права отмечали в последнее воскресенье весны, в апреле и мае. Но в 1917 году этот день отмечали 8 марта. В тот весенний день, как и за 60 лет до этого, на улицы вышли голодные фабричные работницы, чьи мужья умирали на фронтах Первой Мировой. Они требовали «Хлеба и Мира», вернуть жизнь в нормальное русло, вернуть выживших домой, накормить голодных и утешить усталых. Работницы текстильных фабрик Выборгской стороны остановили работу и вышли на улицы.
Против них вывели конных городовых; мужчины наезжали на толпу протестующих конями; толпа расступалась, но снова смыкала ряды. Городовые лупили шашками — плашмя — но женщины оставались стоять. Толпа осыпала городовых угрозами и проклятьям, но не двигалась, — вспоминает Федор Раскольников, будущий советский дипломат. На Литейном мосту остановили и повалили набок трамвай; рабочие начали сооружать баррикады, и жандармы ничего не могли противопоставить разгневанной толпе.
«Я расспрашиваю Трепова о мерах, которые правительство намеревается принять для снабжения Петрограда продовольствием и без которых положение рискует скоро ухудшиться. В его ответах нет ничего успокоительного», — вспоминал французский дипломат Морис Палеолог. Пока элита обсуждала новые балеты и ужины, в городе начиналась всеобщая стачка, которая привела к революции, а затем — вооруженному восстанию.
В новой, Советской России, день 8 марта был назначен Международным Женским Днем. Его смысл, который завещала Клара Цеткин — напоминать о правах женщин — постепенно забылся, приобретя противоположный. Мы забыли про три цвета 8 марта: фиолетовый, обозначающий справедливость и достоинство, зеленый, обозначающий надежду, и белый, символизирующий чистоту. Сегодня 8 марта — день, когда женщинам желают быть «милыми и покорными» («женственными») и дарят цветы и губную помаду, а потом нам приходится мыть посуду за всеми коллегами или гостями. Пора вернуть этот праздник себе!