Спектакль «В рыбачьей лодке» режиссера Романа Габриа – это история о простых людях, которые пошли за незнакомцем и поверили ему. Библейское здесь насыщается конкретным, «земным» содержанием. Нимбы, например, превращаются в позолоченные тарелки.
В битве сталкиваются два мира с разными правдами. Одни хотят добра и братства, другие – подчинения и истребления. В структуре их лежит дуальность. Как такового зла или его первичной формы нет ни у кого. Желание сохранить жизнь порождает желание сохранить империю. Второе подавляет первое – тогда и льется кровь.
Понтий Пилат (Алескей Ведерников) решительно взбирается на нос деревянной лодки в центре сцены. Облаченный в золотую броню с рельефами человеческого тела он с диким ревом призывает свой народ. Ангел (Марина Даминева) в это время бодро скачет с маленьким, тоненьким деревцем, которому, возможно, и не суждено вырасти. Рыбаки разгуливают с ружьями, сомневаются о правильности выбранного пути. Но все равно идут за Иисусом (Владимир Карпов).
Режиссера, в первую очередь, интересуют человеческие взаимоотношения и чувства в их полном объеме и развитии. Например, какова была реакция Иосифа (Игорь Клычков) на известие о беременности своей жены (Юлия Нижельская). В спектакле его непонимание и гнев нарастали постепенно. Иосифу едва ли хотелось кричать, но он просто не мог говорить по-другому. Все напряжение будто выпускал в ремесленный стол, за который он крепко схватился. Мария неодобрительно относилась к проповедям своего сына, считала, что он просто сошел с ума. Иуда (Илья Борисов) с возмущением произносит фразу: «Ведь мы не евнухи, мы все-таки мужчины», стирая с апостолов воображаемый нимб.
Музыка, восточные песни, особый стихотворный текст поднимают действие над бытом и открывают некое мифологическое окно. Белое окно с белой занавеской воистину воплотилось в спектакле. Оно-то и дает связь прошлого и будущего. Ангел возвещает новый мир, центр которого – есть лодка. Плывите же по реке!
Автор: Серафима Чеснокова