Предыдущая часть
Он молчал, наверное, с минуту, рассматривая ее.
– У меня есть свободное время, Ан-на, – немного растягивая на удвоенной «н» ее имя, наконец, произнес Беркутов и дернув кистью, оголил левое запястье, на котором, Ну разумеется! – были дорогущие часы. Какой марки, Анна не разглядела с того места, где стояла. Массивные и это все, что удалось на глаз определить. Беркутов сверился со временем и снова посмотрел ей в глаза. Эта его манера – глядеть почти что, не моргая, прямо, молча, неотрывно…
Сейчас, присмотревшись к нему, Анна уже не находила его таким привлекательным, как в той комнате в солнечных лучах. Лицо его было, несомненно, породистым и худым, а нос прямым, небольшим и ровным. В общем, внешне, Беркутов был без видимых изъянов, но все портил взгляд, а еще плотно сжатые губы.
Просто когда он там обратился к ней, то улыбнулся и вполне приветливым голосом, назвал по имени, ну а сейчас… Эти его слова: «У меня есть свободное время, Анна…» Фу, бырр, оторопь берет. Представить только, что он наверняка начальник, хотя, вполне возможно, что и богатый бездельник, ей-то, что с того?!
Наверное, обычно он всегда такой – строгий, мрачный и недобрый.
Анна заперла дом, потом калитку.
– Мы поедем каждый на своей машине? – задал он вопрос, когда Анна подошла к своей. Рядом с ее хищной, приземистой японкой стоял высокий серебристый американский внедорожник. Именно его Анна видела у их офиса на огороженной парковке.
– Думаю, поедем на моей, – предложила Анна решительно. – Это будет удобно нам обоим. Я знаю дорогу.
– Как быть с моей машиной? – задал Беркутов вопрос. – Бросим ее прямо здесь? – он осмотрелся. Безлюдно. Только сосны, солнце, на небе облака…
– Машину оставим у охраны поселка, – заявила Анна тоном, не терпящим возражений, и словила еще один непонятный темный взгляд. Беркутов секунду размышлял и внезапно согласился:
– Хорошо, надеюсь, вы умеете водить.
В его словах послышалась издевка.
– Разумеется, умею. Сюда я доехала сама, – заявила Анна и получила на это его полуулыбку. Во всем его поведении сейчас чувствовалась какая-то подоплека, какой-то скрытый смысл. Она современная девушка, сейчас большинство ее ровесниц отлично справляются с необходимостью, да и просто с желанием водить. У нее стаж пять лет, она уверенный ответственный водитель.
– За свою безопасность я могу быть спокоен? – все же он задал ей очередной вопрос. Ей бы промолчать, ну или просто согласно кивнуть головой, но Анна не смолчала:
– Вы заехали в такую даль без личной охраны? Смелый поступок, – нагло глядя ему в самые зрачки, произнесла она серьезным, ровным голосом без малейшего намека на улыбку.
– Я предпочитаю сам сидеть за рулем, – пояснил Беркутов. – Не скрою, меня напрягает женская езда, – сообщил и дальше произнес: – Особенно напрягает уверенная женская езда.
– О, да я была права! – воскликнула Анна, на что Беркутов лишь согласно покачал головой, соглашаясь с ее мыслью, что он тот самый настоящий шовинист. Но вслух она ничего не уточнила, да ему это не нужно было. Они поняли друг друга без лишних слов. Снова, как в кабинете Власова, между ними как разряд молнии пронесся. Драки не случилось, впрочем, как и яркой вспышки тоже. Каждый из них остался при своих. Беркутов смолчал, и Анна сообщила: – Я также предпочитаю сама сидеть за рулем. К тому же повторяю, я знаю дорогу к двум ближайшим домам…
И тут Анна вспомнила, что у нее сломался телефон. Вздохнув и разом потухнув как-то взором, она произнесла внезапно:
– Прошу меня простить, господин Беркутов, но сегодня посмотреть два других дома не выйдет, – и сразу уточнила, предвосхищая готовый сорваться возглас с его губ: – У меня сломался телефон, похоже, что капитально, а в нем все контакты. Ехать наобум, – так она и сказала: наобум: – полнейшая глупость и напрасная растрата вашего драгоценного времени. Поэтому показать на практике, какой я уверенный водитель не получится. Мы прямо здесь расстанемся с вами. Каждый поедет по своим делам.
– Вы вернетесь в офис?
– Я поеду в мастерскую, а потом, скорее всего, куплю новый телефон, и потом уже поеду в офис.
Беркутов снова глянул на нее, ну очень странно, и тут губ его опять коснулась легкая почти невесомая полуулыбка, которая стремительно и так кардинально улучшала его внешний вид, делая в ее глазах привлекательным, красивым и, О, Боже, даже милым!
Дернув снова кистью, Беркутов выпростал левое запястье и глянул снова на него.
– Время близится к двум. Предлагаю пообедать вместе. – И опять, опережая возможные ее возражения, сказал: – Признаюсь, мне не понравился ваш коллега и предложенные им варианты. Этот, – и он кивнул на дом: – Даже лучше. Скажу вам больше, Анна: ваш коллега мне не понравился даже больше, чем не понравились сначала вы.
Продолжение