На улице почти никого не было. Мартовским вечером в выходной день, да ещё и в такую погоду, все либо сидели дома, либо проводили время в кино, кафе или ресторане, на худой конец за городом. Там нет этой городской неприглядности. Капли мелкого дождя, моросящего с самого утра, смешивались с рыхлым, талым снегом, превращая его в воду и грязь.
На этом фоне девушка, сидящая на скамейке новенькой автобусной остановки, выглядела особенно одиноко. Вот только одинокой она не была. Юлька пила кофе, невзирая на вечер и плохую погоду, и разглядывала проезжающие мимо машины. Удивительно, но почти все они были машинами такси. Автобусы тоже ехали полупустыми, но ни в один из них она не села. Не было необходимости. Юля недавно получила права и приобрела собственное средство передвижения, одиноко стоящее на парковке в паре шагов от этой остановки.
Она просто не хотела ехать домой. Не было никакого желания, настроения. В последнее время она каждый день просыпалась с чувством усталости от своей жизни. Казалось, что серость за окном перекинулась на неё, окрасив в тусклый цвет всё её существование.
«Мне тридцать лет, а я чувствую себя гораздо старше, – с горькой иронией подумала Юля. – Кто бы мне сказал лет пятнадцать назад, что в тридцать я буду чувствовать себя на пятьдесят?»
Она часто копалась в себе в последнее время. Словно хотела найти отправную точку своему нынешнему состоянию. А покопаться было в чём. В пятнадцать Юлька была безбашенным подростком. Встречи с друзьями, первый алкоголь, первая любовь… Вот с первой любви всё и началось. Она словно торнадо подхватила её и понесла по жизни. Сейчас, оглядываясь назад, Юлька видела, как стремительно мимо пролетели годы, про которые все любят говорить: «лучшие».
В шестнадцать она с ужасом поняла, что беременна. До окончания школы оставалось полгода, сколько было планов, идей! Мечты об институте, вечеринках, весёлых студенческих годах! Правда, Юлька не знала, удалось бы ей поступить или нет. В старших классах она не особо хорошо училась.
- Рожать, – безапелляционно заявила мама, когда Юля со слезами на глазах прибежала к ней за советом. Она боялась, что мама будет кричать, критиковать её, и в глубине души знала, что она будет права. Но мама даже голоса на неё не повысила. Как и папа. Фыркнул только младший брат, но и тот ничего не сказал.
- Я даже школу ещё не окончила! – продолжала плакать Юля. В тот момент она ещё не понимала, что этот вопрос не решится по взмаху волшебной палочки или по слову родителей. Выхода было всего два, и оба пугали: аборт или рожать. Третьего просто не дано.
- Тебе нужно это принять, – обняла её мама. – Тебя я тоже рано родила…
- В двадцать! А мне шестнадцать!
- Когда придёт время рожать, тебе будет почти восемнадцать, – уточнила мама. – А что ты предлагаешь? Хочешь убить своего ребёнка?
Юля замотала головой. Её родители, в последнее время без конца выносившие ей мозг относительно поведения и оценок, вдруг стали друзьями. Поддержали, успокоили. Что важно, они на неё даже не прикрикнули! Не то что родители Андрея.
Сам он, конечно, был немного шокирован. Ну как немного? Потерял дар речи, словно не был к этой ситуации причастен. Или не знал, откуда берутся дети. Но потом пришёл в себя и даже был рад, хоть и с опаской. Оба ещё были так молоды, учились в одном классе, и не до конца понимали, что их ждёт. А вот его родители очень даже понимали и не стесняли в выражениях. Сколько гадостей Юля услышала про себя за полчаса! Она и «интриганка», сгубившая будущее их сына, и девочка лёгкого поведения, и вообще, нужно ещё проверить, их ли сына этот ребёнок. Юля слушала всё, краснея, то ли от смущения, то ли от обиды, то ли от злости. Эти люди принимали её в своём доме! Угощали, поили чаем, разговаривали с ней и смеялись! Можно подумать, в том, что Юля беременна, Андрей был совсем невиноват!
Странным образом сложилась и жизнь дальше: они тихо расписались, не устраивая шумную свадьбу, и переехали жить… к Андрею. Вариантов особо не было: Юля тогда жила с родителями и братом в двушке. Ну вот куда ещё Андрея с ребёнком девать? А у родителей новоиспечённого мужа была трёхкомнатная квартира. И жили они тоже в ней втроём. Своих денег на аренду квартиры у них не было. А после росписи жизнь стала совсем другой.
Родила Юля в октябре. Девочка, которую она воспроизвела на свет, сначала не вызвала у неё никаких чувств, кроме удивления и опаски. Зато потом, когда она пришла в себя после родов, немного поспала и отдохнула, эта девочка словно заполнила каждую клеточку изнутри. Сейчас она уже и представить не могла, что это чудо, можно было бы бездушно убить на ранних сроках. Совсем крошечные ручки, ножки, маленький, как кнопочка, носик… И огромный страх сделать что-то не так. Не так взять на руки, раздавить, что-нибудь сломать. Она даже спустя годы помнила это ощущение, словно вот-вот допустит ошибку.
Девочка, названная Василисой, не была спокойной. Много плакала, кричала, часто просыпалась по ночам. А за ней просыпались Андрей, поступивший в институт на очно-заочную форму, и параллельно устроившийся на работу курьером, и его родители. Впрочем, Пётр Васильевич, просыпаясь ночью, также спокойно засыпал дальше даже под крики. А вот Лариса Дмитриевна имела привычку заходить в комнату и отчитывать невестку:
- Ну как ты её качаешь? У тебя же брат на шесть лет младше! Неужели не запомнила, как это делать? Ты её покормила? А воду давала?
Не так было всё: и как Юля купает малышку, и как укладывает, и даже каким голосом читает сказку!
- Ты не сводку новостей зачитываешь! – возмущалась Лариса Дмитриевна. – С интонацией читай! А то где у тебя хороший герой, где плохой?
А Юлька мечтала только об одном: выспаться. Когда Ваське было три месяца, она одела её, уложила в коляску и, крикнув свекрови, что они пошли гулять, ушла. Но только не на прогулку, а домой к родителям.
Мама выслушала её, отправила отсыпаться, и сама осталась сидеть с внучкой. Она взяла двухнедельный отпуск за свой счёт. Удивительно, но Васька с ней почти не капризничала, и Юлька лила слёзы, думая, что она плохая мать.
«Ну какая я ещё могу быть в семнадцать лет? И пусть через неделю мне восемнадцать исполнится, пусть. Что я, от этого стану хорошей матерью?»
С Андреем она в те дни отказывалась говорить даже по телефону. Усталость от жизни в его доме, от бессонных ночей, почему-то отразилась и на нём. Юля не хотела его ни видеть, ни слышать, и уже даже на полном серьёзе подумывала о разводе. А через неделю сходила в ЗАГС и подала заявление. Это было первое заявление о разводе за их семейную жизнь. Но не последнее.
Всё наладилось к концу отпуска, взятого мамой. За это время Юля успокоилась, пришла в себя.
- Тебе просто нужен был отдых, – мягко сказала мама. – Я понимаю, что Лариса Дмитриевна может тебе казаться грубой или излишне придирчивой. Но ты пойми, что не всю жизнь вам с ней жить. Сейчас вы не можете позволить себе отдельное жильё, но так будет не всегда. Просто поверь мне: всё наладится.
Успокоившись окончательно, Юля помирилась с Андреем, который не мог понять, что вообще произошло. Но забирая жену и ребёнка обратно к себе, он с чувством произнёс:
- Спасибо вам, Варвара Витальевна. И вам, Олег Михайлович.
Казалось бы, кризис миновал, но следом за ним появился новый. Их друзья-одноклассники учились и отрывались, а приезжая домой на каникулы, собирались вместе и весело проводили время, делясь впечатлениями. Юлька тоже хотела бы ходить на эти встречи, но вырвавшись раз, потом целую ночь плакала в подушку. У всех жизнь весёлая, а у неё? Памперсы, пелёнки и у Васеньки режутся зубки. Да и выглядела она соответствующе: не выспавшаяся, помятая, дёрганная. После этого уныние захватило её на долгие месяцы.
Переломным моментом в жизни стал второй день рождения дочери. Собрались только бабушки, дедушки, они с Андреем и брат Юли – Игорь. Поднимая стакан с соком, свекровь торжественно заявила:
- Пусть Васенька всегда будет здоровой, счастливой девочкой! Вырастет настоящей красавицей, получит достойное образование, а не как… – на этом месте Лариса Дмитриевна запнулась, но Юля про себя закончила её речь: «а не как её мама».
К этому моменту она уже научилась принимать женщину, и даже была благодарна той за помощь. Юля понимала, что остро реагировала на свекровь только потому, что сама была ещё совсем ребёнком. Оставался ещё бунтарский дух, хотелось свободы. Но два года оказались хорошим сроком, чтобы повзрослеть ускоренными темпами.
И в тот же день Юля решила: нет, она не такую жизнь для себя хотела. Она принялась действовать, и в первую очередь отправила Васеньку в садик. Сама же Юля устроилась на работу продавцом в сетевой супермаркет. Больше её просто никуда не брали. Но цель была выше: подготовиться, сдать экзамены и поступить хотя бы на заочное. «Ещё не поздно, – подумала она, – получить образование и устроиться на хорошую работу».
И понеслось.
Все дни слились в один утомительно-бесконечный: работа, вечерняя зубрёжка за учебниками, больничные с Васькой, недосыпание. Андрей жил примерно в том же графике. Чтобы обеспечить жену и дочь, он уже работал на двух работах, учился. Оба стали нервные и дёрганные.
Юля поступила с первого раза, но выдохнуть или перевести дух не получилось. Она буквально расписывала день по минутам, пытаясь после двенадцатичасовой смены, ещё и учиться, и не забывать уделять время дочери. Продавцов не хватало, график вместо два через два, быстро превратился в ненормированный, с плавающими выходными. А через два года в ЗАГСе оказалось новое заявление на развод. Его написал Андрей.
- Не могу так больше жить, – просто сказал он. – Устал.
И снова выручили родители, в этот раз и те и другие. Они дружно настояли, чтобы дети взяли отпуск и съездили куда-нибудь вдвоём. После недолгих споров они так и сделали, а вернувшись, забрали заявление о разводе.
- На нас скоро косо смотреть будут, – смеялась тогда Юлька. Отдых пошёл им на пользу: и настроение изменилось, и выспались, и вспомнили, что они любят друг друга.
- Ничего, думаю, мы не одни такие, – ответил Андрей.
Кризис миновал и на много лет наступило затишье. Оба окончили учёбу, нашли работу, взяли квартиру в ипотеку, купили Андрею машину в кредит, расплатились и взяли вторую, для Юли. Васька выросла, и сегодня уже сама была в милом бунтарском возрасте, но, к счастью, не в такой форме, как это было у самой Юли. Она смотрела на дочь и поражалась, как у неё могла родиться такая замечательная девочка.
Казалось бы, жизнь наладилась, так почему же это молодая и сильная девушка, добившаяся к своим тридцати годам должности заместителя директора крупной клининговой компании, сидит в унынии на остановке и смотрит, как из-под колёс проезжающих мимо машин, на тротуары летят комья грязи? Почему не идёт домой, где её ждут муж и дочь? Почему этот праздничный день – 8 Марта, чувствует себя уставшей от жизни?
Юля вздохнула. Она сразу согласилась поработать в выходной день, потому что последние месяцы её терзало только одно: успеха-то она добилась, а мужа, кажется, потеряла. Они ещё так молоды! Но в душе каждый из них уже переживает кризис среднего возраста. Чувства, если и не угасли, то уснули. Ей безумно хотелось романтики, прогулок, свиданий. Всего того, что было у её незамужних, не обременённых детьми подруг. Казалось, что она наверстала упущенное, когда вопреки собственной усталости, получила образование, когда устроилась на работу и стремительно зашагала по карьерной лестнице.
Но нет.
Одна часть жизни, как оборвалась в шестнадцать лет, так и там и осталась.
«Вот приду домой, – размышляла Юля, отпивая глоток кофе, – а там Андрей и Васька голодные. Васька-то точно сегодня весь день бездельничала: в школу ей не нужно, уроки она всегда сразу делает. Может, зависла с подружками в интернете. А Андрей? Он вроде собирался резину поменять. Может, заехал, поздравил маму и тёщу… Точно! Он говорил, что обязательно к обеим заедет. Вот приду, и какой у меня праздник? Сначала ужин готовить буду, а потом в душ схожу и лягу спать. Я просто пенсионерка!»
И тут же себя одёрнула. Лариса Дмитриевна недавно вышла на пенсию и проводила дни гораздо продуктивнее: она выращивала цветы в горшках, публиковала объявления в интернете и продавала их. Кроме того, ходила в бассейн и тренажёрный зал. А Юля? В тренажёрный зал они с Андреем тоже ходили, два раза в неделю. И только потому, что он располагался в соседнем доме. Да и разве это можно назвать совместным досугом? Они больше сожительствуют на одной территории, чем являются мужем и женой.
«Когда мы говорили по душам в последний раз? – снова стала терзать себя Юля. – Когда выходили куда-нибудь вдвоём, без Васьки? Она уже достаточно взрослая, чтобы мы могли оставить её одну. Нет, мы как два винтика, крутимся в одном механизме, вертимся рядом, но такие бездушные».
Кофе в стаканчике кончился. Юля снова вздохнула. Вставать с этой скамейки не хотелось.
С шумом и громким смехом под крышу остановки набилась большая компания молодых людей и девушек. Они нарушили её уединение, и Юле пришлось встать, выкинуть пустой стакан в урну и медленно побрести в сторону парковки.
Сев в машину, она ещё минут пятнадцать не могла заставить себя поехать домой. Но потом пересилила душевную апатию, и всё же медленно тронулась в путь.
В их квартире свет горел только на кухне, и то был каким-то тусклым. Обычно в это время, все три окна, выходящие во двор, ярко светились. А у Васьки в комнате на окне ещё и круглый год мерцала гирлянда. Она любила разноцветные огоньки, поэтому всегда по вечерам её зажигала. У Юльки ёкнуло сердце: всё ли в порядке? Она посмотрела на телефон, валяющийся на соседнем сиденье. Пропущенных звонков не было. Среди сообщений от друзей с поздравлениями не было ни мужа, ни дочери. Юля поспешила домой.
Пока лифт медленно полз на пятый этаж, она успела накрутить себя всякими ужасами. Юля открыла дверь и влетела в квартиру. Почти тут же остановилась. Действительно, что-то было не так. В доме пахло чем-то вкусным, ненавязчивым. Но тишина давила на уши. Скинув куртку и ботинки, она влетела на кухню и остолбенела: стол, всегда стоявший у стены, был отодвинут и накрыт скатертью. На нём горели две свечи и ещё десяток свечей были расставлены по кухне, освещая её мягким светом.
На столе был сервирован ужин на двоих, а Андрей, одетый в костюм, стоял рядом, держа в руках большой букет роз.
- Что? – выдавила из себя Юля, сама не зная, что хочет сказать или спросить.
- Это тебе, – протянул муж цветы. – С 8 Марта!
- Спасибо…
- Я подумал, что мы с тобой совсем отдалились друг от друга. И мне как-то не хочется совершить в третий раз одну и ту же ошибку.
- Какую? – не поняла Юля.
- Отнести в ЗАГС заявление о разводе, – засмеялся Андрей. – У нас же очередной виток нашего романа начинается сразу после этого? А я решил, что мы можем обойтись без этой бюрократии. Пропустить этот ненужный шаг. Что скажешь?
А Юля и не знала, что и сказать. В голове, словно в водовороте закрутились мысли, и воспоминания о том, как она буквально только что сидела на остановке. Она почувствовала укол прямо в сердце, осознав, что они с мужем всё ещё на одной волне. Даже думают об одном и том же.
- А где Васька? – спросила она.
- У твоих родителей. Игорь сегодня тоже там. Они надарили ей кучу подарков, так что не переживай, ей с ними хорошо. И завтра она прямо оттуда пойдёт в школу. И вообще, поживёт у них две недели.
- А мы?
- Мы поедем отдыхать, – снова улыбнулся Андрей и протянул ей конверт. – С твоей Людмилой Григорьевной я договорился, отпуск ты получишь. У меня тоже с этим всё в порядке. От тебя нужно только согласие и готовность броситься в новые отношения. Со мной, разумеется.
- Таиланд! – ахнула Юлька, вскрыв конверт.
- Да. Мы с тобой женаты почти четырнадцать лет. Вместе прошли такой путь! Помнишь, как мы спали по 3-4 часа в день, как работали, стараясь обеспечить Ваську всем необходимым? Как копили на первый взнос по ипотеке? Наша с тобой семейная жизнь никогда не была спокойной. Но сейчас, когда мы достигли определённой стабильности, не пора ли нам вспомнить, что мы не просто друзья со школы, а муж и жена? Разве мы не можем позволить себе отдых? Медовый месяц? Как думаешь, нам ещё не поздно реанимировать наши чувства?
- Никогда не поздно, – ответила Юля, чувствуя, как быстро внутри, на смену унынию снова приходит решительность. – Я полчаса назад думала, что мы с тобой старше, чем говорит нам возраст в паспорте. Думала, что мы упустили важный момент. Но нет. Мы ничего не упустили. У нас есть дочь, мы молоды, образованы, успешны. И вся жизнь ещё впереди! А трудности…
- Трудности будут всегда, – закончил за неё Андрей. – Одни заканчиваются, другие начинаются. Мы многому научились, пора нам научиться и не забывать друг о друге даже в самые сложные времена. Садись скорее, ужин уже почти остыл.
Юля села. Весь вечер они провели так, словно пришли на третье свидание. Когда знаешь друг друга достаточно, чтобы не чувствовать себя не в своей тарелке, но ещё очень о многом нужно поговорить, обсудить.
И вроде бы 8 Марта никогда не выделялось в их календаре, как и 23 Февраля, но именно этот день стал началом нового витка их семейных отношений.
Потому что никогда не поздно вырваться хотя бы на несколько дней из рутины и влюбиться в друг друга заново. Никогда.
Было бы желание.
Дорогие читательницы! Поздравляю вас с 8 Марта! Любите и будьте любимыми! Никогда не унывайте! Радуйте родных и близких своими улыбками! И всегда верьте в чудо! 🌷🌷🌷
Если вам нравятся мои рассказы, вы можете поддержать (или поблагодарить) меня донатом на карту 5599 0020 0897 2392 (Юмоней).