Внешний долг капитулировавшей во Второй мировой войне Германии был наполовину списан, а оставшаяся часть была реструктуризирована на максимально льготных условиях. Других подобных примеров послевоенная история не знает. Россия, например, расплатилась за СССР в полном объеме. Почему так произошло, в колонке для HSE Daily размышляет Николай Берзон, заслуженный профессор НИУ ВШЭ.
Долги бывшего СССР нужно разделять на две части: государственный долг и долги частных банков. Погашение шло по двум каналам — через Парижский клуб и через Лондонский клуб соответственно. Членами Парижского клуба являются 19 развитых стран, Лондонский клуб объединяет порядка тысячи банков и инвестфондов со всего мира, он создавался для того, чтобы они могли вести консолидированные переговоры о реструктуризации и погашении долгов.
Россия, принимая на себя долговые обязательства Советского Союза, как бы в качестве компенсации получила активы СССР, считалось, что сумма долга примерно соответствовала стоимости этих активов. Формально это так. Сумма задолженности СССР на середину 1990-х составила 110 млрд долларов, а активы оценивались в 140 млрд долларов. С бухгалтерской точки зрения вроде бы все прекрасно, но содержательно все было совсем не так хорошо. В состав активов вошли не только зарубежная недвижимость и алмазный фонд, но и кредиты, которые Советский Союз выдавал другим странам. Из них 80% займов были из разряда безнадежных. Это долги таких государств, как Судан, Эфиопия, Мозамбик и др. В результате реально нам вернули всего 8 млрд долларов, в то время как принятые на себя советские долги нам пришлось обслуживать и погашать в полном объеме.
Стоит отметить, что Германия по итогам Второй мировой войны была разгромлена, после капитуляции на нее наложили репарации за нанесенный ущерб Европе и Советскому Союзу. Несмотря на то что Германию бомбили, там оставалась хорошая, современная на тот момент промышленная база. В частности, из страны вывозили станки и другое оборудование. В том числе это делал Советский Союз. Мне пришлось в свое время поездить в командировки по заводам, и я еще в 70-х годах видел немецкое оборудование вполне в рабочем состоянии.
Обложить неподъемными долгами страну, которая находится в такой ситуации, — дело безнадежное и опасное. Достаточно вспомнить Первую мировую войну и заключенный по ее итогам Версальский мир. Тогда для расчетов суммы репараций была создана комиссия, куда в том числе пригласили работать великого экономиста Джона Мейнарда Кейнса. Он предложил свой план послевоенного восстановления европейской экономики, который не был принят. На основе этого отвергнутого плана он написал прекрасную работу «Экономические последствия мира». Кейнс предлагал отказаться от наложения огромных контрибуций на Германию, считая, что притеснение Германии может привести к усилению реваншистских настроений и следующей мировой войне. В этой работе Кейнс, по сути, предсказал начало Второй мировой войны. Пафос книги состоял в том, что, если проигравшую в войне страну унизить еще больше, обложив непосильными долгами, эта страна сразу начнет готовиться к следующей войне. Что и случилось. По моему мнению, страны — победители во Второй мировой войне учли этот опыт. К тому же вставал вопрос, за счет чего Германия будет расплачиваться по долгам, чтобы не лишиться ресурсов для восстановления и развития. И, на мой взгляд, то, что часть долгов была списана, остальные реструктуризированы, это было правильное решение.
России после распада СССР достались богатейшие запасы полезных ископаемых, и многие экономисты тогда говорили, что вместе с рыночными реформами это позволит расплатиться по всем долгам. Так в итоге и произошло. Переговоры по советской государственной задолженности велись длительное время — с начала 1990-х по 1996 год. Ее удалось реструктуризировать, всю сумму поделили на две части, погашение одной из них было продлено до 2015 года, второй — до 2020 года. Но нам не списали ни 50%, как Германии, ни сколько-нибудь вообще.
Переговоры с Лондонским клубом кредиторов по урегулированию негосударственной задолженности были более успешными, в результате чего были списаны 36,5% долгов, а остальные были реструктуризированы на льготных условиях.
Жесткий подход по урегулированию государственной задолженности был выгоден западным кредиторам, большинство из которых несколько десятилетий находилось в состоянии холодной войны с Россией. Но для нашей страны, в 90-е погрузившейся в глубочайший экономический кризис, который сопровождался низкими ценами на нефть, лучше был бы германский вариант реструктуризации долгов. Он дал бы нам дополнительные ресурсы для развития. Впрочем, долги уже выплачены, и сожалеть об этом в нынешней ситуации не имеет смысла.