Да, я люблю фламенко. Я его обожаю. Но посредством тырнета. И когда к нам в город приехали живые испанские ребята, лауреаты чего-то там в Европе, я бросил всё и мы пошли на их концерт в ДКЖ. Мы,-это я и хороший врач, со своими жёнами. Я ни разу в своей жизни не был в Испании, и уж тем более на фламенко, в природном виде его не наблюдал, но мне посчастливилось прочитать все четыре книги о приключениях Макса Отто фон Штирлица, штурмбаннфюрера СД, и там, в третьей книге, Ю. Семенов посвящает испанским женщинам и их фламенко, порядка ста страниц. Это незабываемые страницы, с такой любовью говорить о испанцах, и о их фламенко, может только человек понявший и принявший эту великую культуру, и сделавший её своей.
По приходу в зал действа, моя предусмотрительная жена увлекла наших друзей подальше от меня, и они расселись метрах в двадцати. Она, человек опытный, так как на концерты со мной уже ходила. Как любитель искусства и раскрепощенный агитбригадой артист, я могу благодарно и самозабвенно свистеть на любом балете, и надрывая связки, орать браво по самому пустяшному танцевальному поводу. Свистеть я умею, и делаю это режуще-сверлящим способом. Страшный концертный человек, одним словом. Напугал я её окончательно во время совместного посещения концерта «Машины времени». После него я начал говорить нормально только дня через два, потому что голоса у меня не стало, сорвал напрочь. И они отсели от меня подальше, наивно полагая, что это им поможет.
И вот испанцы вышли на сцену. Три гитары, контрабас, скрипка, и мужик в пестрой бандане с барабанами. Три женщины сбоку, бэк вокал видимо, и видный испанский мужчина, лет сорока, за главного. Исполнили первый номер, Предводитель иностранного коллектива пел, одна из женщин танцевала. Все у них получилось хорошо, но в зале гробовое молчание.
Все вы были в зале ДКЖ. Сидит полный зал, 1200 человек и молчат. Смотрю, артисты немного растерялись. Пришла куча народу, а про фламенко ничего не знают! У нас, в агитбригаде, тоже были такие эпизоды, когда публика не проявляет себя никак, сидят, глазками хлопают и молчат. Это любому артисту очень тяжело, обратная связь не налажена, энергетики общения нет. Но этим испанцам круто повезло, на их первом концерте был я, читавший Ю. Семенова, подкованный, раскрепощенный парень, засунутый комсомолом в разнообразные закоулки Родины и вернувшийся оттуда живым, ветеран НИИЖТовской самоделки!
Чтобы испанцам стало понятно, что у них в зале есть зарука, по окончании второго номера ввожу коррективы в общую атмосферу праздника, и громко, на пределе возможностей, кричу артистам:
Олееее!
Это для испанцев означает: Давай еще! Хлопаю, отбивая руки, вдогонку посылаю свой не самый мощный свист, для затравки. Зал вздрагивает, и смотрит на меня, видимо ожидая, что сейчас наглеца выведут. Но мы и не такие виды видали, охраны нет как нет, и действо продолжается, а артисты подбодрились, а я уже вношу свою лепту после каждого номера, с моей галерки несутся крики Оле! Оле!, Браво, грохот моих рукоплесканий и все это в сопровождении жуткого свиста. Потихоньку, видя благожелательную реакцию артистов на моё буйство, зал раскрепостился, начал хлопать в конце каждого номера, и реагировать более адекватно, то есть шумно. У испанцев душа развернулась, расслабились, и их девчонки, чуть ли не в присядку пустились. Так вот и поддерживал потомков конкистадоров все полтора часа нашего совместного выступления, а напоследок их старшой, мне лично поясной поклон отвесил. Протянул в мою сторону руку, потом прижал её к сердцу и низко поклонился. А я молча поклонился ему в ответ, так вот мы друг другу спасибо сказали.
А когда мы вышли из зала на улицу, наш врач пустился в пляс, воодушевленный пережитым. «Кабриоли»-поставила диагноз моя жена, специалист в области классического и народного танца. Впоследствии врач интересовался у моей жены, всегда ли я себя так веду, и когда у меня следующее культурное мероприятие.
Так вот, к чему это я? К тому, что книжки бывают очень полезны, но над ними размышлять надо, а не просто читать. Это как курсовую работу писать без болванки. Тяжело, но честно. И эффект потрясающий!