...На Белом море удивительными и поучительными были не только выездные приключения. Быт тоже был уникален и неповторим. Чего только стоил процесс приготовления еды в условиях весьма далёких от совершенства!
Как я уже говорила, я начала ездить на Белое море с 1982 года. Это было практически самое начало истории стационара. И ничего там пока не было. Только одна огромная старая изба, в прошлом, когда на острове был лесозавод и рабочий посёлок - островная пекарня, а после передачи казанцам жилой дом/лаборатория/сарай/склад/студенческое и преподавательское общежитие/столовая (когда погода на улице не позволяла трапезничать в основной столовой зале). Недалеко от неё, уже силами казанцев, был построен навес и обустроен очаг. Этакая импровизированная кухня. А рядом огромный, человек на 20–30, стол и лавки. Это была “столовая зала”. На костре, в огромных общепитовских баках, готовили завтрак, обед и ужин. А по ночам здесь же устраивали посиделки с гитарой у костра. Разумеется же, избы на всё хватало с трудом. И очень скоро началась стройка нового дома. Это была целая эпопея, растянувшаяся на несколько лет. В итоге дом стал излюбленным местом времяпрепровождения всех членов экспедиции. Он включал в себя столовую - нашу кают-компанию, комфортабельную кухню, баню и прихожую. На втором этаже были жилые комнаты. И всё это объединяла огромная печь, которая со стороны кухни выходила плитой и основной топкой, в столовой - камином, а в бане дополнительной обогревающей стеной. Второму этажу доставалось всё тепло от внушительных размеров трубы, которого было так много, что окна в комнатах часто были открыты настежь.
Огромный стол с улицы перекочевал на террасу этого дома и стал практически символом беломорского быта, где проходили основные грибные, ягодные и рыбные разборы. Всего этого на Белом море было в избытке! Ягоды можно было собирать вёдрами, не сходя с места. Рыбы было, хоть отбавляй, если знали, где ловить. Грибы же были таких размеров, что один гриб занимал полведра и им можно было накормить несколько человек! И были они крепкие, не червивые и вкусные. Я любила собирать там грибы - их было видно из далека. Да и девчонки-поварихи их вкусно готовили. Я же в кухню старалась не заходить - меня всегда пугала эта огромная, с четырьмя разного размера, да ещё и трансформирующимися, дырами-конфорками, плита, куда всегда нужно было как-то хитро подкладывать дрова, чтобы поддерживать нужную для готовки температуру. Но однажды мне всё-таки довелось на ней покулинарничать. И это был незабываемый опыт!
...Была пересменка и народу на стационаре было 1,5 человека - ни практикантов, ни студенток-поварих, ни каких-либо ещё чудесных человечков, которые умели бы готовить на печи. Я же была существом своеобразным - никакого непосредственного отношения к базе не имевшим, но при этом обладающим статусом “сторожила”. Весьма странная смесь, которая в глубине своей сути подразумевала мой обширный опыт во всём, что касалось жизни и быта на Белом, а соответственно, и возможность его своевременного применения. И вот эта “своевременность” настала... “О-хо-хо, хо-хо, хо-хо!..” - скажу я вам... Но, как говорится, “если смерти не избежать, то погибнуть надо постараться достойно!”
Боже! Я в то время на обычной-то плите готовить ещё толком не умела, кроме элементарных вещей, типа варёного яйца или яичницы. А тут такой монстр с четырьмя дырами, да ещё и на дровах!!! И народ, такой, ещё заказывает, мол, картошку нам жареную, да уху (так как рыба пропадает)! Ужас!!! Ну, я что ж, в грязь лицом что ли рухнуть должна?! Да ни за что! Ну, картошку я дома как-то пару раз видела, как папа и мама готовили, так что решила, что справлюсь (ох, душа наивная!..). А вот уху я только ела... И здесь меня ждало откровение: оказалось, что выловленная из воды и помещённая в таз рыба сильно отличается от рыбы в супе! К тому же в супе она не шевелится, а в тазу ещё и ртом шмакает. Ну, ладно добрые люди мне подсказали, что рыбу варить надо. Это было уже знакомое действие. Но вот как варить, сказать позабыли... Но готовить-то надо! И я к папе - единственному человеку, которому можно доверить такой позор. И, конечно же, папа помог! Но во всей этой кутерьме со спасением собственной чести я не учла, что папа мой был великий шутник и приколист и никогда не упускал возможности повеселиться самому и повеселить окружающих. Просто он считал, что смех - один из главных жизненных ресурсов, а чувство юмора просто необходимо для того, чтобы полноценно жить. Так что у нас состоялся вот такой короткий, но очень насыщенный, диалог:
- Папа! Как варить уху?
- Просто положи рыбу в кастрюлю с водой, поставь на огонь и вари до готовности.
- Хорошо. А как я узнаю, что она готова?
- А КАК ГЛАЗА ВЫЛЕЗУТ - ТАК И ГОТОВА!
Гомерический хохот полутора человек нашего стационара слышал весь остров! Последняя фраза диалога стала летучей и ещё долго радовала островных обитателей. Та уха получилась отменной! Вероятно, потому что была первой, а может потому, что “ГЛАЗА ВЫЛЕЗЛИ” правильно. Теперь это уже не важно, но одно я могу сказать с уверенностью - такой вкусной ухи у меня больше никогда не получалось!
Что же касается картошки, то это отдельная, грустная и печальная, тема! Вдаряться в подробности не буду - они слишком трагичны... Скажу только то, что получилась просто классика жанра - внутри сырая и холодная, снаружи чистый уголёк! Хотя вкус жареной картошки всё же присутствовал, что вызвало немало удивления и одобрения у народа.
Одежду, в которой я готовила, пришлось долго стирать, а сажу с лица и рук отчищать песком в проливе, так как мыло просто не справлялось с таким слоем позорного трофея!
Вообще, тот обед вошёл в анналы местного кулинарного искусства! Его уникальность ещё долгие годы преследовала меня, обеспечив тем самым полную свободу от готовки еды на Белом море, что, наверное, помогло уберечь от расстройства не один желудок. Одним словом: “И СМЕХ, И ГРЕХ!”
...Что и говорить, а приключений на Белом море хватало! Некоторые были настолько удивительные и невероятные, что запросто могли бы лечь в основу какого-нибудь блокбастера! И, знаете, есть некоторые подозрения, и, по всей видимости, не безосновательные, думать, что так оно однажды и стало...
Конечно же, вы помните фильм “Особенности национальной охоты”, вышедший на экраны в середине 90-х годов прошлого столетия. Тогда этот фильм покорил многих своей добродушной безбашенностью, куражом и немножечко бредом. От многих я слышала такие слова, как например “...и как только они смогли придумать всё это?!”, или “...насколько же нужно быть крезанутым на всю голову, чтобы такое выдумать!” И так далее, и тому подобное. А меня всё время не отпускало ощущение, что я это уже где-то видела и даже сама это всё проживала... Да и персонажи были какими-то до боли знакомыми... Знаете, как после какого-то чудного сна. Со временем эти мысли превратились в навязчивую идею, но разбираться дотошно тогда у меня не было возможности - я уже была молодая мама и все мысли и время у меня занимал мой сын. Но тем не менее, Белое море из моей жизни вычеркнуто никогда не было, и мы с папой иногда с удовольствием о нём вспоминали. И вот однажды, как-то само-собой, зашёл разговор об этом фильме. Я с пылом рассказывала папе свои впечатления, делилась мыслями и соображениями. Мы оба смеялись и проводили какие-то аналогии. И тут из моих уст вырвался вопрос: “А тебе не кажется, что всё это уже с нами было?” Папа тогда как-то хитро на меня посмотрел, помолчал и ответил: “С ТОБОЙ - нет! Но...”
...Как я уже говорила, на остров частенько приезжали разнообразные гости. Были это люди, ну, очень интересные и неординарные. Приезжали по большей части к ленинградцам, но без казанцев не обходились никак - очень нас там любили и уважали, потому что так, как казанцы, работая на износ наслаждаться жизнью в полной мере и с полной отдачей, не умел никто!
И вот случилось как-то заехать в гости на остров некой группе сотоварищей, причастных к российской киноиндустрии. Ну, и конечно же, приём по всем правилам островного гостеприимства — это ж север! В итоге много пили, много пели, в моря ходили, рассветы встречали. Рыба, ягоды, грибы - само собой. Ну, и конечно же, ПРИКЛЮЧЕНИЯ! Куда ж без них?! Одним словом - остров ГУДЕЛ! И всегда это проходило как-то очень естественно и само-собой (сразу оговорюсь: все подобные “показательные выступления” проходили в свободное от студентов время. Обычно в конце августа - начале сентября, когда уже даже стройотряды уезжали и оставались только бывалые экспедиционщики).
Так вот гуляли тогда знатно! Остров на ушах стоял круглосуточно. Моторы катеров и лодок не смолкали. Те, кто присутствовал на этом празднике жизни, с удовольствием и смехом вспоминают это до сих пор. Правда, исключительно в компании посвящённых, так как “то, что происходило на острове - на острове же и оставалось!” Нет-нет, никакого криминала и ничего предосудительного!!! Всё в абсолютно допустимых пределах разумного. Просто, когда мы становимся взрослыми, строим карьеру и нарабатываем себе репутацию, своего любимого ребятёнка в душе мы стараемся спрятать подальше от посторонних глаз, чтобы выглядеть солидными и серьёзными. Но он всё равно никуда не исчезает. И иногда мы с большим удовольствием выпускаем его порезвиться, получая от этого огромный жизненный заряд, дающий нам возможность жить дальше, дыша полной грудью. Но, как и всех детей, мы бережём его, не подпуская к нему чужих. Поэтому то, как резвится наш ребятёнок-душа, мы показываем только самым близким и доверенным людям. Так что “...то, что происходило на острове - на острове же и оставалось!”
...Тогда папа ничего больше не сказал. А я решила не настаивать. Но мысль осталась. И вот, через много лет, совершенно случайно, я узнала, что в основу этого фильма действительно легли события того самого, весёлого посещения и некоторые известные островные истории. И сразу стало всё понятно: и с кого именно были списаны персонажи, и почему они всё время казались мне такими знакомыми!
Конец.
(Алёна Герасимова)