Для нас вполне приемлемо то, что китайцы развиваются достаточно активно. И в условиях, когда им пути заблокированы со стороны Запада, для нас развитие Китая является положительным на данном этапе. Мы можем этим пользоваться, учитывая нашу собственную отсталость, которая базируется на саморазрушительных экономических реформах девяностых, нулевых годов. Нам надо чем-то пользоваться, и мы будем пользоваться китайским, в условиях, когда Запад нас отрезает, потому что Запад ставит политические условия.
Запад, давая доступ к каким-то своим благам, требует продать душу, по большому счёту. Это проблема, которая была у нас в отношениях с Западом испокон века. Как Александр Невский заключил некий пакт с Ордой, но не подчинился Ливонскому ордену. Потому что те требовали душу, изменения веры и так далее. То же самое было и в других эпизодах в нашей жизни с Западом. Запад требует передела человека. Китайцы не требуют переделки человека. Им этого не нужно, потому что они ощущают себя очень особенными: они китайцы, а мы с вами не можем стать китайцами, и не хотим. А вот условный европеец или американец требует от нас, чтобы мы стали какой-то репродукцией с американца или европейца. И многих из нас это устраивает, нас заражают этим. А китайцы понимают, что требовать от нас, русских, нерусских, чтобы мы стали китайцами - бессмысленно. И поэтому вот с этим они не лезут. В этой ситуации можно разговаривать об общих интересах, о ситуации купи-продай, о каких-то интересах безопасности, не рискуя тем, что ты пропадёшь окончательно, и от тебя вообще ничего не останется.