Сцена 1. Эйемонд, Люцерис, Боррос Баратеон, Марис Брратеон
За день до смерти Люцериса Таргариена.
Эймонд летит на Вхагаре к Братеонам. Ясное солнечное утро. На горизонте позади Таргариена собираются тучи. Эймонд спускается на внутренний двор Штормового Предела, где его с почестями встречают Баратеоны всей семьей с слугами и рыцарями.
- Прощу прощения, мой принц, что не смог встретить вас как подобает. - Говорит Боррос Баратеон, поклонившись. - Нам сообщили о вашем прибытии как только увидели дракона на горизонте.
Эймонд снисходительно прощает Баратеона и с видимым интересом рассматривает четверых его дочерей. Троих из них самых миловидных он рассматривает с большим интересом, а на Марис Баратеон, едва взглянул.
- Я велел организовать большой пир в честь вашего прибытия, - говорит Боррос. - А для того, чтобы вы у нас не скучали, приглашаю вас завтра на охоту.
- Охотно соглашусь, милорд Баратеон, - отвечает Эймонд, соблюдая придворный этикет, но своим видом отнюдь не демонстрируя заинтересованность в грядущем мероприятии.
На пиру лорд Боррос велит слугам, чтобы его кубок был постоянно полон и часто прикладывается к нему. Слева от него сидит его жена с дочерьми, а справа Эймонд. Кубок принца полон.
- Я закачу турнир в вашу честь! - обещает лорд Штормового Придела, в очередной раз осушая свой кубок. - Народ уже затосковал по праздникам и зрелищам. И разве может быть лучше повод для праздника. чем прибытие будущего зятя?
Эймонд не отвечает, но кивает.
- Выбирай любую, мой принц. - Говорит Боррос Эймонду, поведя рукой в сторону своих дочерей. - У меня их четыре. Кэсс, расцветет первой. - Баратеон кивает в сторону страшней. - Но самая красивая из всех - Флорис. Сами видите, мой принц. А Марис самая умная.
Марис робко и с надеждой смотрит на Эймонда, но тот так и не удостоив ее своим вниманием, не отрывая взгляд от Флорис. Видно, что Морис это злит.
- Рейенира поймет, что ее дело пропащее, когда узнает, что потеряла Штормовой Предел. Я сам ей скажу, чтобы она покорилась брату, - говорит Боррос.
- Но ведь она ваша родня, лорд Баратеон. - Говорит Эймонд, глядя своим единственным глазом в глаза Баратеона поочередно. - Ваша тетка была женой нашего отца и ее матерью.
- Ну да, но так их обоих уже нет на свете. - Отвечает Боррос, нисколько не смущаясь и выпивая, словно после произнесённого тоста. - А Рейнира ведь не Рейенис, не сестра Завоевателя. Да и вы мне почти родня, дорогой принц. - Забывшись, Боррос с хохотом хочет дружески хлопнуть Эймонда по спине, но тот останавливает его взглядом. - А Рейнира ..., - продолжает Боррос, опуская руку, - она слишком долго считала нашу верность само собой разумеющейся. Но что мне с этого? У меня четыре дочери, которых я очень люблю. Но нет ни одного сына. Если бы у меня был сын, Штормовой Предел перешел бы к нему, а не к моим сестрам. Так почему с Железным Троном должно быть иначе? Да и чего таить - такую возможность породниться с королевской династией как эта нельзя упускать.
Пир продолжается. Боррос напивается, Эймонд не делает ни глотка. Следуя этикету, принц приглашает каждую из четырёх дочерей Борроса. С каждой, кроме Морис, за вечер он танцует не менее трёх танцев. Морис же удостаивается только одного, что не утаивается от сестер, посылающих "умной" сестре сочувствующие взгляды.
- У вас прекрасные дочери, лорд Баратеон. - Говорит Эймонд в конце пира изрядно набравшемуся Борросу. Взглядом же принц обводит только троих из них. Марис зло прищуривается, но никто не обращает на это внимание. - Завтра утром я сообщу вам о своем выборе.
- Всенепременно, мой принц! - Весело восклицает Боррос.
Когда Эйемонд покидает пиршественный зал, а Борроса отводит в его покои, три их дочери тут же начинают перешёптываться, оставив Марис не у дел.
- Нет никаких сомнений, что будущей королевой должна стать я, - говорит самая старшая Кассандра. - Принц непременно разглядит мой ум и красоту.
- Как он ее разглядит, если рядом будет симпотяжка Эллин да моя грудь вкупе с моей красотой, - со смешком спрашивает Флорис, красноречиво посмотрев на вырез своего платья. - У тебя нет ни малейших шансов, сестренка. Хотя... - она косится на Марис, - их всё же больше, чем у нашей бедняжки.
- У Марис тоже есть шансы, - вступается за сестру самая младшая Эллин, - если принцу нужна умная, он выберет её.
- Он едва взглянул на нее, - отмахивается Флорис. - Марис нам не соперница. Что так надулась сестра? Так и быть, я возьму тебя ко двору в качестве советницы королевы. Королевская Гавань битком набита умными мужьями. Может и найдется для тебя какой-нибудь умный слепой старичок.
Три сестры прыскают от смеха, но Эллин тут же одергивает их.
- Сёстры, - говорит она, - давайте дадим друг другу обещание, что, если кто-то из нас станет королевой, она не забудет про остальных и непременно пригласит их ко двору.
- И найдет им достойных мужей, - поддерживает Кассандра.
- И поможет не захлебнуться слюной, - смеясь, добавляет Флорис. - Пустые мечтания, сёстры. Королевой буду я. Это моя судьба. Но так и быть. Ради смеха я поучаствую в вашем договоре.
- Не задирай нос, Фло, - говорит Эллин. - Посмотрим, как ты запоешь, когда завтра принц назовёт моё имя или Кассандры. Разве не видела, как он смотрел на них?
- Он смотрел так на всех, кроме Морис, - весело захохотав, говорит Флорис. - Но моей груди он уделил особое внимание.
Эллин снова смотрит на свою грудь и сестры начинают хохотать. Марис встаёт и первой молча покидает зал.
- Бедняжка, - сочувственно качает головой Эллин. - В наши времена красота и молодость ценится намного больше, чем ум.
- Я довольна нашими временами, - довольно улыбается Флорис.
- Я тоже, - поддакивает Кассандра.
- Если бы времена требовали от женщин ум в первую очередь, а потом красоту, вы бы запели по другому, - отвечает Эллин, - но, чего таить, я тоже довольна этим временем.
Три сестры начинают хохотать.
На утро льёт дождь. В ожидании принца к завтраку, три дочери Баратеона перешептываются друг с другом.
- Смотрите на отца, - шепчет улыбаясь Флорис, - на нём лица нет.
- Пожалела бы его, - укоризненно качает головой Эллин. - Он мучается головной болью.
- Не мудрено, - хмыкает Кассандра. - Столько то выпить!
- А ты, Марис, случаем не выпивала вчера, после того как нас покинула? - с гадкой ухмылочкой спрашивает сестру Флорис. - Я смотрю, на тебе тоже лица нет.
Кассандра и Флорис прыскают со смеху. Эллин только укоризненно покачивает головой.
- О чем вы это тут секретничают мои Четыре Шторма? - улыбаясь, спрашивает их мать леди Эленда Баратеон.
- Не четыре, а три, мама, - говорит Флорис. - Марис не интересны наши темы. С утра она и слова не сказала.
Морис не отвечает.
- Когда принц войдёт, он попросит одну из вас занять место рядом с ним, - наставляет дочерей мать. - Та, кого он позовёт должна встать и сеть рядом. Она же и станет его женой.
Девушки взволнованно косятся друг на друга. От их весёлости не остаётся и следа.
Вскоре в Круглый Чертог входит Эймонд. Он смотрит на девушек, те не отрывают от него взволнованного взгляда. Из всех Кассандра кажется более всех уверенной в том, что принц выберет ее. Она даже едва привстаёт со стула, когда Эймонд открывает рот, чтобы озвучить свой выбор.
- Флори Баратеон, - говорит он, и занимает своё место.
Боррос кивает дочери, и та счастливая перепархивает на стул рядом с Эймондом. Заняв своё новое место, она с превосходством смотрит на сестёр.
- Мой принц, - с кислой миной обращается Боррос к Эймонду, - погода не благоволит запланированной охоте. Нно, думаю, Флорис скрасит ваш досуг.
В то время, когда Эймонд и Флорис обсуждают день свадьбы, прибывает Люцерис на Арраксе. Дочери Баратеона наблюдают за разговором принца Люцериса и их отца с нескрываемым волнением. Лишь Марис не взволнованна. Она внимательно следит за тем, как Эймонд требует глаз Люцериса в качестве платы за свой и как тот уходит, оставив принца ни с чем. Она едва усмехается, когда за юным Веларионом закрывается дверь, и сладким голосом произносит:
- Счастье, милорд, что вы не меня выбрали, а сестру. - Все внимательно смотрят на ее, и Эймонд в том числе. Довольная, она продолжает: - Я хочу мужа с яйцами, а вас ваших, видимо, лишил этот смелый мальчик, когда выколол вам глаз.
До этого довольный произведенным на Люцериса эффектом, Эймонд меняется в лице.
- Позвольте вас покинуть, - сквозь зубы цедит он Борросу и, не дожидаясь позволения, покидает зал.
- Что ты натворила, дитя... - сокрушенно произносит лорд .
Марис лишь вздергивает подбородок, хмыкает и отходит в сторону от сестёр, которые накидываются на нее.
- Что ты натворила, дура? - яростней всех кричит Флорис.
- Зря ты так сказала, - качает головой Эллин.
- Я считала тебя умнее всех нас, - разочарованно говорит Кассандра.
Вдруг раздаётся рёв дракона, и три сестры бросаются к окнам.
- Проклятые тучи, - взволнованно ругается Флорис. - Ничего не видно из-за них.
Испуганная леди Баратеон, сидящая с закрытым руками ртом, не одёргивает дочь за брань. Лорд Баратеон застыл на своём троне - не жив ни мёртв.
- Я видела вспышку! - кричит Эллин.
- Я тоже! - подхватывает Флорис.
- Они дерутся? - взволнованно спрашивает Кассандра.
Марис же со спокойным видом принимается за вышивание, но ее волнение выдаёт замечает дрожь в руках, которые она тут же прячет под стол.
Спустя какое-то время, когда в небе уже долгое время не было видно вспышек, девушки возвращаются к столу и принимаются обсуждать, успел ли Люцерис сбежать и выжил ли он.
Вдруг двери в Круглый Чертог распахиваются и входит мокрый Эйемонд а за ним слуга, который держит в руках накрытое крышкой блюдо. Все затихают, наблюдая за принцем. Эйемонд подходит к Марис. Слуга ставит блюдо перед ней, кланяется и выходит.
- Это для вас, - говорит Эйемонд холодным голосом, намеренно опуская вежливое обращение "миледи".
Когда принц снимает с блюда крышку, все дочери Баратеона, кроме Марис, с криками отбегают от стола, а оставшаяся девушка с ужасом смотрит на два карих глаза на блюде, украшенных водорослями.
- Вернемся же к нашему разговору, лорд Баратеон. - Как ни в чем не бывало говорит Эйемонд.
Читайте следующую сцену (сцена 2/18) по ссылке
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые сцены и серии. Новая сцена каждый день в 19:30.
#дом дракона #2 сезон 1 серия #игра престолов #сценарий #сюжет