Американский политолог Дуг Бэндоу заявил в своей статье для The American Conservative, что Россия не представляет для США глобальной угрозы. По его мнению, политика США и Европы должна быть направлена на прекращение, а не на разжигание конфликта. Экстравагантные утверждения о глобальном значении Украины, о том, что будущее мира зависит от исхода нынешнего конфликта, - банальная чепуха, подчеркнул Бэндоу.
Он отметил, что чем больше военной мощи накапливают американские политики, тем сильнее их паранойя по поводу России. Владимир Путин и его правящий круг - это не то же самое, что Советский Союз Иосифа Сталина, подчеркнул эксперт. Он считает, что в военном отношении Москва не представляет для США никакой другой угрозы, кроме ядерной, что является аргументом в пользу предотвращения, а не инициирования конфликта. Более того, у Америки и России нет заслуживающих внимания территориальных споров, и нет никаких доказательств того, что Путин «или любой другой серьезный человек» в Москве желает войны с США. При этом перманентная изоляция России, превращение ее в гигантскую Северную Корею, только гораздо лучше вооруженную, может иметь пугающие последствия.
Бывший мэр объяснил «падение Мариуполя»
Бывший мэр Мариуполя Вадим Бойченко заявил испанской газете El Pais, что украинские власти не смогли предугадать наступление России со стороны Крыма и поэтому потеряли Мариуполь.
По его мнению, отсутствие дальновидности и избыток самоуверенности обнаружился и при взятии Херсона. Это «большой вопрос», который предстоит прояснить в будущем, подчеркнул Бойченко. Он отметил, что вся оборона ВСУ была сосредоточена на востоке от Мариуполя, откуда ожидалось наступление российских сил. Экс-мэр подчеркнул, что сам он не знал, что границы с Крымом больше не существует.
«Изменил ли украинский кризис лицо России»
Иранское агентство Akharin Khabar рассказало, как украинский кризис «изменил облик России». Агентство отмечает, что хотя на первый взгляд и экономика, и политические усилия, и общество настроены на службу «военным интересам» РФ, в Москве и Петербурге жизнь почти не изменилась: цены выросли не так сильно, как предсказывали на Западе, а западные товары продолжают привозить в обход санкций.