Друзья, проследим дальше полет «Осенних журавлей». На гражданский плач Алексея Жемчужникова о горестном положении народа на своей далекой родине, творческие собратья по дворянскому сословию не откликнулись музыкой. Не стало тогда стихотворение «Осенние журавли» песней (романсом), видимо не хотелось про это петь. Это, так сказать, творческая сторона вопроса. Но главная беда в том, что и другие его соотечественники, власть предержащие, ничего не сделали по существу затронутой поэтом проблемы. А это в дальнейшем имело уже очень печальные последствия. Прошло тридцать лет, погода настолько ухудшилась, что все забыли о несчастных журавлях поэта Алексея Жемчужникова, рыдающих «под небом стемневшим». В воздухе запахло настоящей грозой, приближалась буря. И это уже подметил другой человек - пролетарский писатель Максим Горький. В его короткой романтической поэме, написанной прозой, появилась другая птица, которая повлияла на дальнейшую судьбу «Осенних журавлей». В 1901 году в журнале «Жизнь» была напечатана его знаменитая «Песнь о буревестнике»: « Буря! Скоро грянет буря! Это смелый Буревестник гордо реет между молний, над ревущим гневно морем; то кричит пророк победы: Пусть сильнее грянет буря!..». И буря действительно грянула, но не потому, что к ней призывали, а потому что ничего не сделали, те к кому обращался еще пятьдесят лет тому назад Алексей Жемчужников. И вот теперь, осенью 1920 года из осеннего Крыма потянулись на юг караваны ,
но не журавлей, а кораблей, с соотечественниками, увозивших с собой томики стихов золотого века русской поэзии, как напоминание о своей былой жизни. ( Это кадры из советского фильма «Бег» снятого 1970 году по мотивам произведения русского и советского писателя Михаила Булгакова «Бег», «Белая гвардия» о тех драматических событиях). А потом, осознав трагичность своего положения, глядя в сторону родных берегов в окружении бродячих константинопольских собак
кто-то вспомнил о журавлях Жемчужникова. Неизвестным автором, были внесены в первоначальный текст изменения:
Здесь под небом чужим, я как гость нежеланный.
Слышу крик журавлей, улетающих вдаль.
Сердцу стало больней, видя птиц караваны,
И в родные края провожаю их я.
Вот все ближе они, и как будто рыдают
Словно скорбную весть мне они принесли.
Из какого же вы, из далёкого края,
Прилетели сюда на ночлег, журавли?
Холод, ветер и дождь, непогода и слякоть
Вид угрюмых людей и холодной земли.
Ах, как больно душе, сердцу хочется плакать…
Перестаньте рыдать надо мной, журавли.
Как видите, из осенних , журавли превратились в весенних. Теперь они летят уже в родные края, куда многие тогда мучительно хотели бы вернуться, но не всем это удалось. Опять же неизвестным автором была написана музыка и журавли полетели дальше по свету. Где-то по всей видимости в 30х годах попали в СССР. Затем продолжали свой полет по континентам и странам. В зависимости от исторического контекста журавли пролетали в небе над Колымой и Афганом, Израилем и Германией, в исполнении профессиональных и самодеятельных певцов. Менялись, на усмотрение народных исполнителей, отдельные слова, строчки и целые куплеты. Все это многообразие вы сможете найти на ютубе, теперь есть и такое актуальное направление "Журавли летят в Китай". В завершении предлагаю послушать вариант в исполнении Николая Никитского (1921-1995) советского актера и певца. Возможно именно этот вариант «Журавлей» слушал Владимир Высоцкий и упомянул в своей песне «Городской романс».