Понятно, что в спектакле с куклами смотрят на кукол, но здесь есть сцены с артистами, которые все в чёрном, кроме двух антагонистов де Тревиля и кардинала Ришелье. Потому о сочетании французской романтики и чёрного цвета невольно задумался корреспондент omsk.aif.ru.
Закономерный вопрос
Оказывается, вполне всё соотносится, если черную униформу сделать в стилистике Средневековья, а в интерьере добавить контраст – белое кресло против чёрного. Если собрать классическую и современную музыку и наполнить обстановку палитрой света – фонарями с мерцающем огоньком, свечами, ярко отражающей лентой для очертаний Лувра, люстрами-канделябрами... Удивительный шарм! Погружаешься в атмосферу парижских балов и дуэлей. Это – к закономерному вопросу о том, чем может удивить новое сценическое обращение к очень старому и известному роману Александра Дюма «Три мушкетера».
А по ходу спектакля... Яркие куклы как одно целое со своими чёрными кукловодами – в интонациях и жестах. Танцевальные сцены как хореографические этюды. И даже смена деталей сценического декора людьми в униформе с реверансами добавляет свою ноту очарования! Восторг от действа!
Про внешность кукол – отдельный момент. Некоторые кажутся похожими на своих артистов, как д`Артаньян на Андрея Набивачева, а Констанция на Ирину Ландман. А король выпал из привычных рамок из-за огромного носа. После спектакля многие зрители наверняка будут искать портрет Людовика XIII и найдут ничем не выделяющееся лицо, однако в описании Ларошфуко сказано, что король имел «мелочный ум, направленный исключительно на копание в пустяках». Возникает полное согласие с авторским носом куклы.
Пешки и короли
В пьесе Анны Богачёвой, определённой как театральная фантазия по роману Дюма, кроме известных знаковых событий есть свои нюансы. Фоном к истории служит шахматная тема – ведь «наша жизнь – игра». В декорациях доска-сцена, на которой те же «черные люди» как фигуры в шахматных партиях. Какая из фигур что значит, как кто ходят, чего смогут добиться? А реально ли пешке подняться на высокую позицию? Вполне.
В разговоре с кардиналом Ришелье д`Артаньян слышит: «Когда обычная пешка доходит до конца доски, она может превратиться в любую фигуру, кроме короля». Но при условии, что будет покровительство кардинала: «Служба, если её должным образом направить, могла бы вместо вреда принести вам большую пользу. А если нет, то никто не даст за вашу жизнь и гроша!» Реалии на века, и каждый выбирает свою дорогу. В пьесе, понятно, гасконец отказывается от предложения служить кардиналу.
Ещё интересный момент: Рассказчик, который описывает историю с подвесками (он же капитан мушкетеров де Тревиль), комментирует некоторые сцены кино-литературными словосочетаниями: «коварство и любовь», «жизнь в розовом цвете», «и корабль плывёт»... Такое обобщение о жизни: её трагичности – интриги погубили любовь в трагедия Шиллера, неустанном сражении – за подъём из трущоб на пьедестал, как Эдит Пиаф, о соотношении грёз и реальности – корабль у киноклассика Феллини уходит ко дну. Игриво и невзначай эти фразы звучат из уст заслуженного артиста России Дмитрия Войдака. Философский подтекст со столь ироничной подачей наполняет спектакль лёгкостью.
Говорить легко и одновременно глубоко о жизненно важном – высокое мастерство как автора, так и режиссера с артистами.
Шпаги
Фехтование до спектакля в фойе театра и сражение мушкетеров с гвардейцами кардинала во время спектакля – впечатляющее зрелище, где мужественность и красота.
Но спектакль навевает мысль о других шпагах, не менее острых, чем реальные, ранящих сердце и душу. Имя им – подлость, предательство, преступная страсть. Как современно обращение друзей к д`Артаньяну после гибели Констанции: мужчина должен не плакать, а действовать – ради справедливости.
Как современно звучат слова Рассказчика, подводящие итог событиям: «Большим преступникам предназначен в жизни определённый путь... вплоть до того часа, когда по воле провидения, уставшего от их злодеяний, наступает конец их беззаконному благополучию». Хорошо бы об этом никому никогда не забывать.
12+