В самой, пожалуй, известной в стране многодетной семье Евгения и Натальи Тепляковых родился восьмой ребенок. Прежде всего семья известна тем, что ребёнок-вундеркинд Алиса в 8 лет сдала ЕГЭ, а в 9 поступила на психологический факультет МГУ. Через (если я не ошибаюсь) год Алиса покинула стены университета в результате скандала между руководством факультета и семьёй Тепляковых.
Не ставлю целью «разбор полётов», связанных с этой семьёй и озвучил ситуацию с Алисой с единственной целью – попытаться понять: нужно ли пытаться как можно раньше обучить детей и если ДА, то ЗАЧЕМ?
Из интервью с Ириной Поляковой
Есть интервью с интересным человеком, бывшим вундеркиндом, Ириной Поляковой. Родилась она в 1980. В 2 года научилась читать. В школу пошла в 5 лет, в МГУ в 13. В 5 лет прочитала 25 томов Жюль Верна. Родители усиленно опекали её, она почти не гуляла, друзей у неё не было. В школе учиться было очень скучно – там читали по складам, а у неё за плечами были многие десятки прочитанных книг и хорошее знание математики.
В 3-м классе она самостоятельно прошла весь 3-й и 4-й классы, а на каникулах – 5-й. Встал вопрос о переводе её в старший класс, её определили в шестой, но школы в этот год переходили на 11-летнее обучение и она пошла в 7 класс. Было очень тяжело психологически – взрослые дети (12-13 лет), а она – малышка (9 лет).
Одноклассники её не признавали, они с удовольствием списывали у неё математику, но дружбу – игнорировали. Чувство одиночества в школьные годы у неё было ведущим: дома с родителями была постоянная борьба, и друзей у неё не появилось.
Потом, уже в 11 классе, был постоянный конфликт с родителями: как учиться – так она взрослая, а как гулять, краситься, ездить с классом куда-то, например, в поход – так она маленькая. В 13 поступила на экономфак МГУ, а в 17 его закончила с красным дипломом. В 34 после переживаний своих детских комплексов, она стала психотерапевтом. До этого в жизни была страшная депрессия, из которой её два месяца выводили в больнице.
До 35 лет она была очень не уверена в себе с точки зрения мужско-женских отношений, т.е. отсутствие отношений с мужчинами сыграло дурную роль: она была рада любому, кто обратит на неё внимание. Только став психотерапевтом, она поняла, в каких оковах жила до этого.
Она рассказывает, что разница с одноклассниками и одногруппниками в 3 года – это было всегда тяжело. В школе едва преодолимо, в МГУ проще (она два года вообще скрывала там свой возраст).
Рассказала про мальчика, который в 10 лет поступил в МГУ на мехмат, потом попадал несколько раз в клиники с нервным срывом и в конце концов покончил жизнь самоубийством.
Вундеркинды и малолетние чемпионы в обычных семьях не вырастут. Они могут появиться в семьях с родителями, «повёрнутыми» на тяге к достижениям. Дело в том, что нагрузка на психику и ребёнка и родителей – колоссальна. Плюс к этому для того, чтобы ребёнок показывал высокие результаты, его нужно многого лишить: друзей, прогулок, игр, спорта (если воспитывают не спортивного чемпиона), отдыха.
Ирина считает, что ребёнка не нужно вырывать из рамок социализации, его не нужно лишать дружбы сверстников и общения с ними, а развивать его нужно вширь.
Собственно это – ключевой момент интервью, озвучив который я позволю себе прервать повествование и перейти к вопросу, который ставил в начале материала: нужно ли пытаться как можно раньше обучить детей и если ДА, то ЗАЧЕМ?
Нужно ли пытаться рано обучить – не нужно
Если ребёнок может учиться читать в 2-3-4 года, то ради Бога, его можно учить этому. Если не может – не нужно насиловать. Мозг у среднестатистического ребенка будет готов учиться читать и писать в 6-7 лет (подготовка к этому делается в 4-5) и, если ребёнок не испытывает тяги к чтению и у него не выходит – нужно оставить его в покое.
Но как быть с теми, у кого не только тяга к этому есть, но и способности имеются. Учим и читать и писать: пусть читает, книг хороших в мире написано очень много. Разумеется, возникнет проблема в школе – будет потерян интерес к учёбе, когда школьная программа в начальных классах, рассчитанная на среднего ребёнка, будет сущим мучением для того, кто это умеет делать.
Сейчас есть масса школ (и классов в обычных школах) для «продвинутых» детей. Вот пусть там и проявляют свои способности, но перепрыгивать через классы, помещая ребёнка в непривычную ему среду старших детей – не стоит. Если разница в один год – это ещё туда-сюда, но больший разрыв даст психологические проблемы, которые перекроют плюсы от раннего обучения.
Что ещё можно делать с одарённым ребёнком, которому тесно в рамках школьной программы. Ответ простой – идти вглубь и вширь. Сверх школьной программы по тем же самым школьным темам есть много материала, достойного изучения любым вундеркиндом. Пусть обычный школьник будет торить тропу, а способный – прокладывать широкую дорогу.
Дети – вундеркинды редко становятся чрезвычайно успешными во взрослой жизни. Они усредняются – много людей подтягивается до их уровня и, если вундеркинд не успел в раннем возрасте стать лауреатом Нобелевской премии, то он с большой долей вероятности будет хорошим или очень хорошим, но – обычным специалистом.
Ответ на вопрос : ЗАЧЕМ – незачем
Предположим Алиса Теплякова стала бы (станет) психологом в 13-14 лет и начнёт работать. Вы себе можете представить поход к ней на консультацию по поводу семейного конфликта со своим 17-18 -ти летним сыном? Я – нет.