В уютном доме часто пахнет едой, только что скипел чайник, в который насыпали заварки, залили кипятком и поставили греться под фаянсовую крышечку, для густоты укутав в небольшое кухонное махровое полотенце.
Хотя моя бабушка не укутывала вот так, как сейчас я, у неё просто не было на это времени.
В кухне был стол для стряпни, в котором стояли крупы и всё, что нужно для готовки, на нём была двухкомфорная плитка "Мечта" с одной стороны, а с другой - огромная железная этажерка с полками, на которой до самого потолка стояли кастрюли и сковородки. Впрочем, несмотря на металл, этажерка не выглядела тяжёлой.
Мама рассказывала мне историю о том, что, когда я была маленькая, меня купали в ванночке как раз в этой кухне, сверху слетела огромная чугунная сковородка, которая жутко загрохотала. С тех пор купать стало непросто: я орала и выворачивалась.
Помогла деревенская бабушка-ведунья, которая зашептала страх.
Я сейчас пишу это и думаю про то, что к сорока годам так и не научилась плавать, хоть очень люблю водоёмы. Впрочем, может быть, это два не связанных друг с другом факта.
У бабушки, несмотря на то, что всё в кухне не подходило под первую фразу этого поста про уют (за исключения ароматов блюд, которые я очень любила), уютнее этой кухни не было ни одной в мире, за исключением маминой и кухни моей второй бабушки. Все они стоят в ряд, и ни на одной не было узорчатых скатертей, дорогой посуды или суперсовременной техники, но было такое семейное и душевное тепло, такой его запас и заряд, что он греет меня до сих пор.