Часть 2. Первое письмо. Елена Петровна
Первое письмо супруге, Степан написал по прибытию в часть 659 стрелкового полка 155 стрелковой дивизии. Писал, что жив, здоров, кормят хорошо и ничего страшного с ним не происходит. Главное, чтобы Елена Петровна не волновалась, а спокойно воспитывала детей.
Елена Петровна, несмотря на наличие малых детей, оставляла их с младшей своей сестрой и уходила на производство. Всё делалось для фронта и для победы.
Елена выросла в многодетной крестьянской семье, она была вторым ребёнком и потому на ней порой держался быт и хозяйство.
Жили они в деревне Николаевка, Моршанского района, Тамбовской области. Пётр, отец семейства Старшиновых скончался в самом расцвете сил от болезни сердца. Старший брат Василий, учился в лётном училище и одним из первым попал на фронт в дальнюю авиацию. Остальные были сёстры одна меньше другой. Мама Матрона не знала, что же дальше делать после смерти супруга. Приключилась такая история. Во время похорон пришёл председатель колхоза и строго сказал:
-"Матрёна Кондратьевна, ты теперь вдова многодетной семьи и кормильца у вас больше нет. Так вот, выбирай: ты не приглашаешь попа на отпевание и тогда мы дадим семь мешков зерна и будем помогать тебе, а коли пригласишь, так и знай, помощи от нас не увидишь!"
Надо сказать, что Матрёна Кондратьевна было глубоко верующим человеком, и семью свою держала в строгости и целомудрии. Надо было выбирать и решать участь семьи.
Скорее всего мужа её Петра отпели тайно, как говорится заочно, потому, как семье была оказана помощь. Она не могла рисковать жизнями детей, которых было семеро. В дальнейшем, жизнь её продлил Господь до 96 лет и она пережила шестерых своих детей.
Часть 2. Калининский фронт
Дивизия стояла под Ржевом, около Нелидова. Атака сменялась укреплением обороны и так пооисхлдило изо дня в день. Освобождали какую нибудь деревеньку, а к вечеру или на следующий день, враг опять отбивал её и всё начинало сначала. Так переходили от деревни к деревне, не успевая закрепиться.
Однажды, атака наших войск поддерживался в бою танками и одна из машин получила повреждение ходовой системы. Танкисты оставили его для обороны, посадили внутрь бойцов, используя его теперь как ДЗОТ. Как только немецкие автоматчики подходили для вылазки и провокаций, пулемётный огонь из танка накрывал их.
Так шёл день за днём...
Почти целый год дивизия находилась в этой местности, в треугольнике Ржев, Смоленск и Великие Луки. Наши потери убитыми и ранеными под Ржевом были колоссальными. Чаще всего, прибывшее пополнение было необстрелянные, многие погибали в первом же бою или под бомбёжками. Конечно потери немцев были тоже огромными. Труппы лежали на земле в два, три слоя и невозможно было забрать своих, чтобы похоронить, местность хорошо простреливалась. От убитых тел исходил ужасный запах, а на жаре разложение происходило быстрее.
Разведке и связистам приходилось пробираться через горы раздувшихся трупов, обматывать нос и рот тканью, чтобы как то задержать тошнотворную вонь.
Люди месяцами не мылись, заводились вши и чесотка. Осенью из-за бездорожья питание доставлялось чуть ли не вручную. Ближе к осени в окопах по щиколотку стояла вода и естественно никому не хотелось постоянно находиться в таком положении. Раз в три дня проводилась откачка воды из окопных ячеек. Бывало, что надоедало это всё и бойцы затягивали песни, а то и пляски в окопах, чтобы как то размяться и не сойти с ума от постоянного напряжения.
Поразил один случай халатности. У одного офицера в блиндаже каким-то образом выпал из кобуры или со стола пистолет ТТ и выстрелил. Направление выстрела было в угол где сидели два бойца. Одного рядового пуля сразила наповал, а второго этой же пулей легко ранило. Вот и не скажи потом, судьба или случайность?
© Copyright: Дмитрий Кузят, 2020