Я в очередной раз покорнейше прошу прощения у своих верных читателей за мой долгий перерыв с книгой. Правду говорят, что лучшее - враг хорошего, но я ничего не могу с собой поделать. Видимо, во мне просыпается перфекционизм (который я упорно пичкал снотворным), потому что я опять сел за масштабную редактуру. А пока, прошу довольствоваться криком души, отпечатавшимся на бумаге.
"Потеряна вера в людей!" -
Целый клич
зимней улицей
вылился.
Рассказать бы ей,
Какой паралич
в мою веру
вклинился.
Вклинился чрез экран
двумя словами только,
А я говорил, я знал!
Вот только не думал, насколько,
Насколько
бывает
тяжко,
Когда бросают
надежду
в вязкость.
Я пойду
с своим кличем
по улице,
Огнëм его
сердце
выжгу.
И пусть
это сердце
разуется -
Лишним
это точно
не будет.
Я зажгу
этим кличем
пожары -
Пусть Сибирь
полыхает
тяжестью
Души моей,
как полыхают
машин
фары,
В пору сильных дождей,
Как полыхали
русские
княжества,
Под набегами
страдальцев
степей.
Я разожгу
пожар
главный,
Едкий дым его
пойдëт
по душам людей,
Как призрак
один
по Европе шастал,
Так и он
пойдëт
и окунëтся
в Рейн.
А после,
кровавый и чëрный,
поднимется
И дальше пойдëт
до полей
Елисейских,
Перейдëт
океан
Атлантический,
Постучит
в американцев
двери,
И затмит
собой
Кордильеры,
Облокотит
громаду
собственную
И исчезнет,
следа не оставив,
Растворится
в далëком
космосе
Звëздной
таинственной
гарью.
А клич мой останется.
Клинописью
в граните
выточу,
Расписанием
прикреплю
на станции.
Письменности
новой
выучу
Всех людей,
что ещё верят,
Что верят
что люди
хорошие.
А я
зимней улице
верен,
И ей же
я выброшен
в грóши.
