Идея поймать Деда Мороза, конечно же, не просто так возникла в ее голове. Вепнюда никак не могла спрыгнуть с круговой беговой дорожки. Да ладно б еще не предпринимала бы для этого никаких действий, не так обидно б было. А то ж ведь делала шаги и даже прыжки из этого круга. И ей много удалось уже. Не без волшебства и магов, конечно. И Дракон Володимир, и подруга его Лерея Асановна, и Царица Олька, и Королева Компофф, да и много кто еще помогли Вепнюде в ее смелых шагах. Она любила и уважала своих великих волшебных знакомых и сама всегда приходила им на помощь, когда они звали.
При ее движении из круга происходили странные истории, которые она не могла ни осознать, ни принять, ни понять, ни распутать. Происходило, прямо скажем, не понятно что. То ли ее бег по кругу расширялся по орбите. То есть, круг становился шире и поглощал в себя все достижения на пути из него. То ли, погуляв за пределами своей обычной орбиты, а надо заметить по весьма знатным местам, она просто депортировалась обратно к своему центру. И если это так и было, то центростремительная сила в данном случае была не сила, а силище. Оставим лирику. Была только одна точка негатива, из которой требовалось самоудалиться, но всегда происходили неуправляемые чудеса. То появлялся Дядюшка Страх и леденил душу безнадегой, а беспросветностью особо. Потом выяснялось, что появлялся этот родственничек очень даже вовремя, потому что шаг в ту сторону был шагом в клетку, и не совсем уж и желаемым. То прекрасные единороги своими рогами и хвостами чертили знаки и не давали сделать этот шаг. То мир за пределами беговой круговой дорожки Вепнюды расширялся до таких размеров, что она совсем не могла сообразить, куда же в этом большом мире сделать шаг. А время безвозвратно уходило.
Наступил очередной Новый год. Вепнюда устала уже просто сама от себя, поэтому просто поставила ловушку для Деда Мороза и, не забыв прихватить шампанское, села в засаду. Она умела колдовать. Из ее арканов было невозможно вырваться. С такими талантами вообще было не понятно, как можно было тратить жизнь на бег по кругу. Но разорвать этот круг ее волшебство было не способно, или просто не научилось еще.
Как и следовало ожидать, Дед Мороз не выбрался из ее аркана. Он – главный маг Нового года мог легко справиться с такой примитивной для него ловушкой. Но руки его были заняты подарками, рот – песнями праздничными, да и устал он от хлопот новогодних. Поэтому решил передохну̀ть, раз уж все равно попался.
- Здравствуй, Дедушка Мороз, - Вепнюда вышла из засады, - хочешь шампанского?
Гость лукаво прищурился, махнул рукой и сказал:
- А давай! – потом добавил, - аркан сними только.
- Минутку, - отозвалась охотница на Деда Мороза, - заклинание насыплю.
С этими словами Вепнюда сняла с пояса мешочек, развязала на нем шелковую ленточку, и серебристые искорки стали появляться из него сплошным потоком, который закручивался в замысловатые фигуры вокруг Деда Мороза. А тот, выпив шампанского, совсем развеселился.
- Ну, ты даешь, девонька! Арканы на меня еще никто ставить не додумывался, хорошо хоть не капкан. Чего только кто не придумывал. Но чтоб в ловушку! Чего изволишь-то, красавица? Что аж энергии на магический аркан не пожалела? Мужа – олигарха в твои-то «за сорок»? Яхту Абрамовича? Яблок молодильных?
- Забери меня в лес свой сказочный, чтоб птички пели, снегири летали, речка льдинками сверкала, банька на берегу стояла, а рядом дом с камином, - не раздумывая, ответила Вепнюда. Дед Мороз поудивлялся таким непритязательным желаниям. Странно ему было, что за такой «ерундой» она к нему в лес сказочный собралась. Как будто тут ни птичек, ни речек не было. Потом поудивлялся глобально концептуально разным желаниям разных существ, например, «хочу шубу норковую» или «чтоб морщин не было» или «должность начальника». И решил не углубляться – все равно он таких желаний не понимал, поэтому и исполнял редко – исключительно при наличии объяснительной в письменном виде.
В случае Вепнюды он видел, что это – побег, и хорошо еще хоть запрос был на сказочный лес. Пока Дед Мороз пил шампанское, она быстренько накрыла сладкий стол и даже предложила ему глинтвейн.
- Ты что?! – опять удивился Дед Мороз на этот раз такой недальновидности, - у меня ж посох растает!
- Тогда, давай, перемещаемся побыстрей, - заискивающе подмигнула Вепнюда.
- Дурное-то дело – оно нехитрое, - остудил слегка ее пыл Дед Мороз, - и вот зачем ты мне там в моем сказочном лесу?
- Хочешь, Снегурочкой буду? – предложила она.
- Старовата, да и чего греха таить, страшновата ты для Снегурки-то.
Вепнюда быстро перебирала в голове возможные варианты, что же можно предложить такое Морозу, чтоб не смог он отказаться. Ибо, зачем ей в его лес она знала, а вот зачем она ему там, ранее Вепнюда и не задумывалась.
- Я буду охранять границу твоего леса, - подумав, с надеждой предложила Вепнюда.
Вот это оказалось для Деда Мороза весьма заманчивым. Причем настолько в точку, что он только подивился, как такое в голову-то ей самой пришло. А что? Колдунья – знатная. Арканов, капканов понаставит по границе, так никто нежданный незваный не пройдет. Вона даже сам он – маг со стажем и то в ее ловушку угодил, и не учуял ничего, не заподозрил. От случайных глаз точно будет скрыт его лес сказочный. А ей-то вот зачем граница? Ну, наверное, держит что-то тут. Вспомнила чего видать!
- По рукам, - сказал Дед Мороз, - только на границе нету речки заснеженной с банкой, так лужа волшебная с камышами возле автосервиса, там Аленушка тоже границу охраняет, то Серый Волк, то братец Иванушка в напарниках.
- Всегда приходится от чего-то отказываться, - философски заметила Вепнюда.
- Не всегда! – развел руками Дед Мороз, - это вопрос твоих ограничений.
Деда Мороза еще ждали разные новогодние дела. Сам Новый год был еще совсем очень маленький и его надо было ставить на ноги. Вепнюда старательно помогала Морозу в его хлопотах, наблюдая за красотой нарядного города. На границу они попали неожиданно для нашей героини через волшебный тоннель прямо в центре столицы.
Входы в зимнюю сказку Деда Мороза тщательно укрывались от посторонних глаз. Их было довольно много. По обычной (на первый взгляд) железной дороге частенько проносился волшебный экспресс. Чтобы он открыл вход в портал, нужно было правильно занять позицию и смотреть в одну точку под правильным углом, как бы, не видя пролетающего поезда. Вепнюда появлялась в момент такого рассеянного взгляда случайного прохожего, отвлекала его внимание на себя, давая возможность скоростному волшебству проскочить в свой сказочный мир.
Портал был даже в близлежащем санатории, но туда не за сказками в основном приезжали, поэтому здесь было достаточно обхода по периметру. А вот иногда в сказочный лес пытались пройти отнюдь не случайные прохожие, а вполне себе целенаправленные гости с умыслом. Часто было достаточно проведения стратегической сессии, чтобы у гостя открывались глаза, и он или она понимали, что и в сказку-то им не за чем, все в их руках и жаждет действий.
Иногда Вепнюде казалось, что, может быть, она зря осталась на границе, что нужно было углубиться в сказочный лес, отбросив все хвосты. Но холодным вьюжным февралем ждало ее очень важное дело, и нахождение на границе тут было как нельзя, кстати. Потом и зимняя сказка вполне могла трансформироваться в сказ о Весне и новой любви, или о Луне и шелесте морских волн. Так что Вепнюда исправно выполняла свои пограничные обязанности, как и обещала Деду Морозу, ибо уговор дороже денег.