Мужчина считал себя настоящим мужиком и не уставал об этом говорить. Идея-фикс, как говорится.
Никаких чувств на публику, суровость, сдержанность, немногословность – главные черты. И физическая форма, конечно же, должна быть соответствующая.
Сын родился. До трехлетнего возраста бы на попечении матери, затем отец начал вмешиваться в воспитание, причем выработал свою стратегию.
Расшалится ребенок за столом, серьезный папа вытащит за руку, в угол поставит и скажет: «Мужик должен быть мужиком. Держи себя в руках, отвечай за свои поступки».
И плакать нельзя ни в коем случае – железная выдержка должна быть.
Подрос мальчик, пришлось с папой бегать по утрам и обливаться холодной водой. Отвел в секцию борьбы, требовал спортивных успехов и всегда твердил: мужик, мужик, мужик.
Может, палку иногда перегибал с требованием сдержанности. Разрезвится ребенок и тут же услышит: «Ты мужик, контролируй поведение». Разболтается, а папа скажет: «Ты мужик, это только женщины болтливы».
Следил, как сын выполняет домашнее задание, потому что «мужик сказал – мужик сделал".
Строгий папа, когда семья вместе, ни на минуту не выпускал сына из поля своего внимания, в ежовых рукавицах держал.
Мать не вмешивалась, потому муж уж больно суров – быстро замолчать заставит.
Бывало, что мальчик иногда прятался от отца, чтобы почувствовать себя на свободе.
Исполнилось парню пятнадцать лет. Сидели вечером и смотрели трогательный фильм про собаку, которая погибает при трагических обстоятельствах.
Когда кино закончилось, отец увидел, что сын плачет. Встал папа, подошел к парню, остановил на нем железный взгляд и сказал: «Мужик должен сдерживать чувство. Чего нюни распустил? Не позорься»!
Выдержал мальчик взгляд и ответил: «Как ты мне надоел со своим мужиком».
Покраснел папочка от гнева: «Повтори, что сказал»!
Сын: «Ясно я выразился».
Снова железный взгляд отца, сейчас испепелит, но сын и этот взгляд мужественно выдержал, глаза не опустил.
И тогда взрослый сильный мужчина первым отвел глаза в сторону: оборона оказалась превосходной.
Вышел из комнаты, сидел на кухне, чувствовал себя оскорбленным и побежденным. Жена вошла, молча картошку чистила, а затем сказала: «У тебя мужик как машина, а я рада, что наш мальчик – человек».
И свобода пришла для парня. Отец перестал дергать его по всякому поводу, лезть с мелочами, стыдить.
Вырос сын, поскольку отстоял право на проявление себя как личности.