— И обязательно помните: всё достижимо! Всё, что необходимо, уже заложено в вас самой Природой. Вы такими родились, вы своего рода демиурги! Всё вам подвластно, вы можете создать всё, что способны представить! — быстрый, выразительный взмах руками. — Ну же, отточим ваше мастерство! Сожмите её. Сожмите крепче! Чувствуете? Вы ощущаете силу, перетекающую из вашей ладони в эту тоненькую палочку? Вы чувствуете, как она становится проводником между вашим сознанием и реальностью? Прислушайтесь к себе, к своим чувствам!
На несколько секунд повисла тишина. Наконец кто-то неуверенно кивнул.
— Чудесно! Запомните это ощущение. Вы все — избраны не зря, вы все оказались здесь не просто так. Здесь мы будем преодолевать ваши страхи, здесь вы каждый день будете понимать о себе и собственной Природе чуть больше. Просвещённые, однажды вы в полной мере овладеете этим тонким магическим искусством! Однажды вы возьмёте её в руки и поймёте: всё. Больше нет никаких преград между вашим воображением и материальным миром. Помните, не нужно её бояться!
Раздался шорох ярко-жёлтого мела, скользящего по доске. Мел этот летал так быстро, что руку вдохновенного оратора едва ли можно было разглядеть. Уверенный голос наполнял всё помещение, из той области, откуда он звучал, исходили почти что видимые электрические всплески энергии. Яркие, живые — словно трепещущие крылышки феи.
— Сожмите палочку! — вновь раздался призыв. — Почувствуйте, чем она становится — проводником вашей энергии, воплощением вашей Воли! Вам лишь нужно отточить движения, запомнить последовательность: это — самое простое! Тренируйте моторику! Почувствуйте покалывание в кончиках пальцев!..
— Людмила Петровна, — раздался голос с передней парты. — А можно всё-таки тупыми спицами вязать? А то у меня кожа очень нежная...
Электрическая энергия мигнула, как старая лампочка, вяло пыхнула и угасла. Люся тяжело вздохнула, оглядывая кабинет-студию, которую ей с боем уступили в каком-то учебном социальном центре. Несколько уставших полноватых женщин бальзаковского возраста смотрели на неё безо всякого особого вдохновения. Юная худенькая девушка, которая и задала вопрос, — то ли школьница, то ли студентка, не разберёшь — деловито поправляла падающие с кончика носа очки. Две пенсионерки, заскучав, уже достали домашние гренки и бутылочки с бальзамом и пытались кого-нибудь угостить; пока угостить получалось лишь друг друга.
— Пока можно, — пробормотала Люся. Почесала в затылке. — Ладно, давайте... давайте перерыв. Или, может, закончим на сегодня. Завтра жду от вас несколько образцов лицевой глади, как мы разбирали.
— А в личку вам можно фото прислать? У меня, может, не получится прийти, — снова всё та же школьница-студентка, стягивая со спицы законченный аккуратный квадратик платочной вязки.
Люся вздохнула снова. Махнула рукой. Пенсионерки, торопливо засунув клубки ещё советской залежавшейся пряжи в сумки, первыми выскочили в коридор, где захрустели гренками. Женщины, шаркнув столами вместо стульев, молча направились к выходу из кабинета. Школьница, аккуратно смотав нитки и разложив спицы в футляры, тоже засобиралась.
— До свидания, Людмила Петровна, — раздалось от двери — видимо, девушке стало неловко, что больше никто не счёл нужным попрощаться. Люся кивнула. Дверь за школьницей закрылась.
— И чего им нужно, — с тоской проворчала себе под нос Люся. Прошла между рядами, собрала готовые образцы. Впрочем, ей было известно, что и кому было нужно: женщины уже вторую неделю намекали ей, что пора бы начать учиться вязать носки, а то скоро 23 февраля. Пенсионерки просили то мастер-класс по вязаным куклам, то немедленную бесплатную консультацию по обвязыванию горловины свитера, к работе над которым были ещё не готовы. Одна только школьница ничего не просила: послушно зарисовывала все узоры, подробно конспектировала каждый совет, исправно готовилась к каждому уроку.
Собрав образцы, Люся вернулась к доске и плюхнулась в своё кресло. До официального конца занятия оставалось ещё десять минут. Что ж...
Она тряхнула кистью, выпуская из рукава тонкую золотую спицу. Сосредоточилась, ощутив, как вся электрическая энергия её воображения усилием воли переходит в материальный мир. Сделала точный взмах — не зря тренировала моторику, — и груда квадратиков зашевелилась. Потом отчётливо мяукнула.
Впервые за вечер Люся улыбнулась. Однажды кто-то серьёзнее отнесётся к её словам про демиургов...
Автор: Лана Земницкая