Татьяна Олеговна наливалась гневом. Сперва побагровели её веки и лоб, потом затрясся и поплыл подбородок, и наконец плотину прорвало — женщина завизжала, не контролируя себя:
— Пойди вон! — она дугой приподнялась над креслом и патетично рухнула обратно, а муж коршуном ринулся к подопечной, трясущимися руками расправляя упавший с её плеч плед.
— Танюша! Успокойся, родная!
— Пускай она уйдёт. Володя, выгони её, умоляю, — хозяйка часто и тяжело дышала.
— Глеб, — Владимир Петрович со значением оглянулся на старшего сына, — сделай, как мать просит. Скорее, разве ты не видишь, как ей плохо.
— Нет, — молодой мужчина шагнул ко входу в дом и дёрнул за дверную ручку, — и я позову Ритку, хватит уже с нас жутких семейных секретов. Выходи, Ритка, я знаю, ты подслушивала.
Девчонка с готовностью нарисовалась на пороге и подмигнула брату, одними губами прошелестев:
— Спасибо.
Татьяна Олеговна трагично вытерла воображаемую слезинку, но покорно затихла.
— Итак, мама, в чём дело? Ритка рассказала, что часто бегала на сгоревшую дачу и общалась с некоей бабой Машей. Знаешь такую?
— Нет никакой бабы Маши, — устало ответил хозяин за жену, — это просто детские страшилки. Там жила девочка Маша, но… она уехала после пожара. И не возвращалась.
Ищу хорошую ведьму (начало, назад)
— Но я её видела, — возмутилась девчонка, — она меня конфетами угощала. Сказала, что её так и зовут — баб Маша.
— Ты брала у какой-то сумасшедшей бабки конфеты? — всколыхнулась Татьяна Олеговна.
— Она не чокнутая!
— Чего она от тебя хотела?
— Да ничего такого, — нахохлилась Ритка, — что вы сразу психуете? Бабушка как бабушка, всегда расспрашивала, как мои дела, про школу, про маму с папой, про братьев и про подружек тоже. И не орала, как некоторые.
— То есть ты подробно излагала наши семейные дела какой-то посторонней тётке? — неприятно изумился отец.
— Да она… — начала девочка, но запнулась на полуслове и уже менее бойко добавила, — она просто беспокоилась обо мне. Переживала, понимаете? Учила меня… — Ритка совсем стушевалась.
— Учила чему? — Глеб озвучил повисший в воздухе вопрос.
— Защите от ведьм, — скромно призналась Ритка и живо стрельнула глазками, ища среди взрослых собеседников хоть кого-то понимающего. Увы, не нашла.
— О боже, — Татьяна Олеговна взвыла, — Володя, ты видишь?! Снова это! А я ведь пыталась оградить своих детей от подобной чуши!
— У тебя есть фотография матери, — Глеб достал сложенный листок, — той самой Забродской?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Нет, конечно, — оскорбилась хозяйка, заворожённо глядя на бумагу, — а что это у тебя?
— Вот, посмотри, — Глеб протянул документ, — узнаёшь?
Татьяна Олеговна торопливо развернула лист.
— Но откуда?!
— Это она, да?
— Да, — подтвердила хозяйка, — только имя и возраст не совпадают.
— Но это точно она, мам? Приглядись.
Татьяна Олеговна впилась в чёрно-белую копию паспорта, а потом вернула листок.
— Да, уверена. Сходство стопроцентное.
— Тогда получается так, — Глеб сел за стол и знаком пригласил Лизу последовать примеру, — твоя родная мама, Антонина Михайловна Забродская, зачем-то выдавала себя ещё и за Галину Ивановну Горелову, мать Лизы, и за таинственную бабу Машу. И жила в своей собственной квартире по крайней мере последние лет десять, судя по показаниям соседей, хотя и не исключено, что под разными личинами.
— И что из этого следует? — у Татьяны Олеговны округлились глаза.
— Пока не знаю. Есть что-то ещё, что ты скрываешь, мама?
— Нет.
— Но откуда такой интерес к сгоревшей даче? Со стороны бабы Маши?
— Может быть, она просто шпионила за внучкой? Я же запретила ей приближаться к вам на пушечный выстрел, вот она и искала способы, а дети на дачах часто туда шастали, сам знаешь. Местный дом с привидениями.
— Мне кажется, здесь что-то большее, — Глеб пристально посмотрел на отца, — папа?
— Вполне нормально, что родная бабушка хотела знать подробности жизни внуков, — Владимир Петрович оторвался от супруги и присел рядом с сыном, — я всегда считал, что Танюша немного перегибает палку, извини, дорогая, но это уже перебор. Слишком далеко зашло.
— Нет. Лучше было бы, чтобы дети окунулись в это безумие?
— Они так и так окунулись, — хозяин развёл руками, — как видишь.
Подул лёгкий ветерок и мрачная туча унеслась прочь, а на террасе разом посветлело и напряжение волшебным образом спало.
— И что мы будем делать? — робко подала голос Лиза.
— Спросим специалистов, — Глеб положил свою ладонь поверх её, — ты мне доверяешь?