Оказывается писать о людях гораздо труднее, чем об архитектуре и исторических и природных памятниках. Гораздо труднее, чем доказывать, что я всего лишь СОЧИНЯЮ, и это имеет к истории такое же отношение, как романы Пикуля...
Итак, я об очередной исторической персоне, имя которой сверкает на нашем историческом небосклоне. Архитектор Андрей Воронихин. Вообще-то, это не входило в мои планы, но я увидела 2 портрета вместе, а тут ещё информация о Братцевской усадьбе... Короче:
В годы моей школьной учёбы мы с классом приехали в усадьбу. Она была "полудикой". Заросшая, таинственная, притягивающая к себе... И потрясающий вид с горы вниз - на кольцевую дорогу. Счастливые от свободы дети бегали по дорожкам, приводя к нервному срыву классного руководителя, которая теряла нас в парке, а мы - совсем небольшая компания из 5 друзей-подруг, осваивая пространство, доплутали до беседки-ротонды на самом краю обрыва. Она была полузаброшена, но всё равно прекрасна в своём совершенстве. Именно тогда я впервые услышала от учителя, что именно она - ротонда - единственное архитектурное детище Воронихина в Москве. Не усадебный дом, не какое-либо ещё строение в городе, а именно ротонда в Братцево.
Так кто такой Андрей Воронихин, и почему он спроектировал это архитектурное чудо у нас в Братцево?
Если читать официальную историю, Андрей Никифорович Воронихин родился в 1759 году родился в русско-пермяцкой семье крепостных графа А. С. Строганова. Обучался живописи в мастерской уральского иконописца Гаврилы Юшкова. ( Извините, но я тихо начинаю хихикать. Не цитировать дальше - не могу - извините...)
В среде современников архитектора ходили слухи о том, что он являлся внебрачным сыном барона Александра Николаевича Строганова от связи с коми-пермячкой Марфой Чероевой, однако ныне живущие родственники зодчего (в частности, игумен Александр (Фёдоров) — прапрапраправнучатый племянник Воронихина) опровергают это предположение.
Ну хоть одно интересное предположение. На самом деле, я всегда "сваливаюсь" в глупые женские вопросы. Типа: а что делал блестящий офицер, барон (на секундочку!) Сашенька Строганов в пермской глуши? Своих знаменитых предков вспоминал в объятиях местных красоток???? Не смешно! В малоизвестной монографии М.Л. Гаврилина " Из истории российского предпринимательства: Династия Строгановых" приводятся интересные данные о том, что Сольвычегодскопермская ветвь династии действительно владела значительными земельными угодьями в Пермской губернии.
Строгановы появляются в Вычегодском крае, по-видимому, не ранее 1472 г., в годы деятельности Луки Кузьмича Строганова. Их привлекла сюда возможность организовать торговое и промысловое предприятие без сильных конкурентов и без большой затраты капитала. Его сын, Федор Лукич, одним из первых оценил силу подымающегося города Сольвычегодска и прочно поселился в нем, устроив свой двор. У них не было крепостных. По грамоте Великого князя Василия III от 1517 года, Строгановы получали жалованную грамоту на “Соль Качаловскую”. и с “лесом диким, старым, липовым раменьем”, с правом “призывать крестьян, ставить дворы и заводить пашню, с освобождением крестьян от дани и пошлины на пятнадцать лет, а от суда и дани наместников и волостелей бессрочно”
Были и другие земли, дарованные Строгановым. Например во времена Опричнины Иван IV жаловал им часть пермских опричных земель по размерам равных Богемии. Так что насчёт крепостных здесь немного сложновато будет. В 17 и 18 веке приписываемые к заводам люди находились в худшем, чем крестьяне, положении. Да, лично зависимые, да ещё более бесправные...
К чему это так всё долго? Да к тому, что барон Александр Николаевич Строганов в конце 1750-х гг служил в Измайловском полку, а пермское имение получил при разделе имущества в 1761-62 гг. и ранее его ничего там не привлекало. К тому же и простой русский вопрос - ЗАЧЕМ? если имением управляет хороший управляющий, исправно присылающий деньги и отчёты, не вызывающие вопросов. Молодой барон Александр Строганов действительно едет "принимать" имение, но не ранее описанного времени ( а будущий архитектор к тому времени уже типа родился).
Кроме того - портрет! Портрет барона Строганова
Ну вот хоть ругайте меня, хоть не ругайте, что-то сходства между мнимыми отцом и сыном я не вижу как-то... Кстати, именно об этом и пишет игумен Александр в выше приведённом отрывке документа.
А причём здесь тогда граф Александр Сергеевич, чьим крепостным(?) типа был Воронихин? Между прочим, в письмах к графу Строганову Андрея Воронихина называют неоднократно "дворовым человеком", а это совершенно - не крепостной! Дворовыми называли людей при дворе господина. Лично свободных, но по каким-либо причинам служащим своему работодателю... Но всё это разговоры и мысли, которые роились в моей воспалённой от информации голове. И которые - для меня - стали совершенно никчемными, едва я снова случайно положила рядом два портрета: графа А.С. Строганова и архитектора А.Н. Воронихина.
Вот этот - вверху - и вот этот - внизу
Если кто-то ещё не увидел сходства этих двух людей, посмотрите на портрет мнимого отца архитектора барона А. Строганова, чтобы увидеть как они не похожи - типа отец и сын. Нет, ну конечно, почему бы сыну не быть похожим на дядю? - Это бред!
Граф же Александр Сергеевич начинает принимать участие в судьбе будущего архитектора, когда мальчику исполнилось 9 лет. В 1765 - 1772 гг. он обучался в иконописной мастерской в с. Ильинском. Проявившего талант мальчика приметили, доложили графу. В 1777 году по приказу графа Строганова, вместе с братом Ильёй, Андрей был отправлен учиться в Москву, где работал в «команде» В.И. Баженова и М.Ф Казакова. В целях заработка выполнял в Троице-Сергиевой лавре небольшие заказы по росписи и реставрации фресковой живописи.
Если допустить авторство усадьбы Братцево в пользу Андрея Воронихина, то у него было целых 2 года на её проектирование - НО! это не тот каменный дом, который сегодня сохранился. Проект первого усадебного дома очень хорошо нам показывает, что дом был деревянным и стоял чуть в отдалении от обрыва.
Из Москвы он переезжает в Санкт-Петербург в знаменитый дворец Строгановых на Невском проспекте в 1782 году по приглашению графа А.С. Строганова. При этом он уже три года как числится служащим при молодом Павле Александровиче Строганове, с которым очень сдружился "в силу возраста и совпадения мыслей" ( а не потому ли "совпали", что являлись братьями?).
Затем "дворовый человек Андрейка Воронихин" учился архитектуре и живописи в Германии, Швейцарии и Франции. Ну, может быть и нельзя так говорить, во всяком случае, в заграничных путешествиях был в числе сопровождающих сына графа, Павла Строганова, покинувшего Россию для завершения образования. Там Воронихин изучал пейзажную живопись и архитектуру, занимался математикой, естественными науками, физикой, механикой и астрономией.
В 1785 году (по другим данным, в 1787 году), в 25 или в 27 лет, Воронихин получил от Строганова вольную (ну пусть так, надоело думать по другому), став таким образом свободным. С 1790 года Андрей Никифорович, после возвращения из-за границы, работал в Петербурге, проживая в Строгановском дворце. Ему отвели комнату в роскошном дворце графа и место под мастерскую – для работы над рисунками и чертежами. Воронихин был допущен к графской галерее, к его библиотеке и кабинету, ему дают возможность бывать на собраниях любителей искусств, устраиваемых графом
В 1797 году художник получил звание академика «перспективной живописи» Академии художеств за картины «Вид картинной галереи в Строгановском дворце» (1793, Эрмитаж) и «Вид Строгановской дачи» (1797, Русский музей, Санкт-Петербург). Саму дачу на Чёрной речке он когда-то тоже спроектировал.
В 1800 году он получил за проект галереи у ковша Самсона, обелиска и ваз-фонтанов Петергофских каскадов звание архитектора, а в 1802 году удостоился звания профессора архитектуры. Он был старшим профессором по архитектуре в Академии художеств.
В 1801 году Воронихин женился на 31-летней Марии Фёдоровне Лонд, англичанке, которая проработала с ним около 10 лет чертёжницей, совмещая эту работу со службой гувернантки в доме Строгановых. Удивительно, но чтобы этот брак состоялся, архитектору пришлось приложить не мало усилий. Мария не хотела менять веру, а в православной церкви венчать православного и протестантку не хотели. И всё же Синод дал разрешение на этот брак. Андрей Никифорович в этом браке обрёл не только спутницу жизни, но и прекрасную помощницу. На свадьбе присутствовал старый граф А. Строганов. После свадьбы молодожёны съехали от него в собственную квартиру...
Брак был бы вполне счастливым, однако из 6 рождённых сыновей, выжили только четверо, да и те много не прожили... Талантливейший архитектор не оставил после себя наследников.
Но его детьми, его наследством для нас стали его творения.
Он спроектировал и построил 3 загородных дома для семьи Строгановых. Чрезвычайно простых по своей композиции и идеальных по своей геометрии: дом в Ильинском, где традиционно останавливались Строгановы, посещая свои пермские владения ( видимо самый ранний его проект)
Два дома в подмосковном Братцеве, последний из которых выстроен для бывшей супруги графа А.С. Строганова Екатерины Петровны уже после Отечественной Войны 1812 года ( здание достроено в 20 веке, но достроено очень аккуратно)
И дача на Чёрной речке, которая не "дожила" до наших дней, оставшись только изображённой на картинах.
Конечно, главным его детищем стал Казанский собор Санкт-Петербурга, в котором А.Н. Воронихин удивительным образом слил воедино архитектурные традиции строительства православных храмов, итальянские классические архитектурные приёмы и масонскую символику, ибо будучи человеком талантливейшим он сумел всё это объединить в единое прекрасное целое. На самом деле это проект не упал на него - достаточно известного уже архитектора и художника - с неба.
В 1799 году указом императора был объявлен конкурс на проект Казанской церкви на Невском проспекте в Санкт-Петербурге. Павлу I хотелось видеть храм, напоминающий собор Святого Петра в Риме. В этом престижном конкурсе принимало участие много известных иностранных архитекторов, но Павел отдал предпочтение работе именно Андрея Воронихина, смета постройки была утверждена императором, но вскоре последний погибает. Работы однако не затормаживаются, строительство идёт полным ходом. И в 1811 году состоялась церемония освящения главного детища Воронихина – Собора в честь Казанской иконы Божьей Матери. Это сооружение стало одним из самых выдающихся и, бесспорно, самых оригинальных в Европе. Его создатель был пожалован орденом св. Анны 2 степени с бриллиантами и пенсией.
В конце правления Павла I, Воронихин работает в Петергофе
Вот они - Воронихинские колоннады - беломраморные кулисы Нижнего парка, завершившие композицию Большого фонтана. Петровские павильоны сильно обветшали, российский император Павел I распорядился заменить их на новые. Проект новых построек поручили подготовить А. Н. Воронихину. Император хотел, чтобы будущие постройки сохранили первоначальный масштаб и старые «идрологические игры». Строительство павильонов продлилось с 1800 по 1803 год.
В начале 1810-х гг вдовствующая императрицы Мария Фёдоровна назначает Андрея Никифоровича Воронихина главным архитектором Павловска. И снова мы видим, как в различные архитектурные формы буквально изливается талант архитектора. Судите сами, на сколько непохожи проектируемые им сооружения:
Павильон Роз ( Розовый павильон)
Павильон "Вольер"
Павловский дворец
Мост Кентавров в Павловском Парке
И снова Санкт-Петербург: Горный институт
Дом графини Лаваль
А.Н. Воронихин до конца жизни поддерживал связь с графом Павлом Александровичем Строгановым, своим другом, с которым вместе провели в молодости недолгие годы в путешествии по Европе, и сыном графа Александра Сергеевича Строганова, который рассмотрел в нём талант живописца и архитектора, будущего основоположника русского ампира.
Умер он в Петербурге, в окружении своих последователей и учеников, 21 февраля 1814 года. Похоронен Андрей Никифорович Воронихин был с почестями, на самом престижном в Санкт- Петербурге Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры.
Русская общественность увековечила его память красивым памятником на могиле: на гранитной колонне с рустом изображен Казанский собор, увенчанный фигурой своего гениального зодчего.
Он был архитектором Санкт-Петербурга. Он там жил и творил, учился, влюблялся, занимался живописью и проектировал интерьеры богатых дворцов. Ну а у нас в Москве из подтверждённых его архитектурных произведений есть только Ротонда - Храм Екатерины II - в Братцево. Согласитесь, славный повод приехать в наше Тушино, чтобы прогуляться по усадьбе Братцево, принадлежавшей некогда графине Екатерине Петровне Строгановой, окунуться под сень старых деревьев сохранившегося регулярного английского парка и увидеть красоту той природы, которая когда-то вдохновляла молодого архитектора Андрея Воронихина.