Писать о личности Джабы Иоселиани предельно сложно, это очень многогранная личность, которую сложно свести к плоду его политической деятельности под названием ’’Мхедриони,’’т.к Джаба отличался умением не запачкать руки лично ни в каком политическом действии, не подписаться ни под одной бумагой, поддерживать связи со всеми, кто был готов на диалог (включая политических противников). Правда, его слова о том, что мегрелов нужно истребить (при том, что сама его фамилия это мегрельская княжеская фамилия, правда, себя он считал сваном) , все таки, были распространены в печати, но не так, как созданная грузинами пропаганда о Гамсахурдиа, резонанса и обвинений в фашизме не было, да и грузинам, идущим ради получения власти на все, на это, видимо, было и есть наплевать (Многие мегрелы озолотились, грабя своих же, правда, не всем это сошло с рук).
Тем не менее, несмотря на эти слова своего лидера, фактически легитимизировавшие любые действия против населения Западной Грузии, многие до сих пор полагают, что никакой войны Восточной Грузии против Западной (и ее оккупации незаконными военными формированиями) не было, что все это носило не политический характер, а перманентно-криминальный со стороны отдельных формирований, что мы позднее рассмотрим в отдельной главе, рассмотрим то, какие доводы есть за и против.
На момент переворота он находился в заключении, после освобождения в результате путча, по его инициативе был приглашен Эдуард Шеварднадзе (принято считать, что изначально Джаба был против, но принял сторону грузинской интеллигенции). В период войны в Абхазии руководил своими бойцами, отправившись туда со своим единственным сыном, что тоже не осталось незамеченным. Тонкий знаток движений человеческой души, умеющий обволакивать своего собеседника вниманием и расположить, что отмечают многие, бравшие у него интервью, интеллектуал, с которым можно говорить долгие часы, идейный вор и ненавистник Советской власти, отсидевший суммарно 25 лет, он мог бы стать очень хорошим политическим игроком, если бы жил в другой стране и в другое время. Одной из его настольных книг, по его собственному утверждению, с которой он долго работал, был труд гения политических интриг, большого патриота своей Родины, Никколо Макиавелли. Эта же книга была настольной книгой товарища Сталина, которого Джаба Иоселиани презирал всеми фибрами души, но вел дружбу с его дочерью до конца жизни. Любопытно, что если мы рассматриваем политические работы, классические трактаты, то можем разделить их на, скажем так, рассматривающие политику как нечто созидательное, как некоторую общность (например, работа Аристотеля) и как нечто практическое и грубое, как захват власти и ее удержание (например, работа Макиавелли). Собственно, если исходить из одного только этого аспекта, то становится ясно, откуда исходят некоторые мировоззренческие позиции Джабы Иоселиани, в чем может таиться глубинная причина его конфликта с Гамсахурдиа, хотя формально принято считать, что последнего он презирал за его покаяние в годы диссидентства. Некоторые возможные причины личного презрения к Гамсахурдиа:
- Идеи Макиавелли в качестве ориентира Джабы Иоселиани
- Использование Гамсахурдиа народной волны, появившейся вследствие недовольства разоблачением культа личности Сталина, в своих целях
- Покаяние в годы диссидентства ( тут любопытно то, что писал Гамсахурдиа об этом в ряде статей и автобиографии, но это не тема данной главы)
- Борьба с красной интеллигенцией, имевшей крепкие связи с криминальным миром
Сам Джаба в своих мемуарах отмечал факт знакомства с Гамсахурдиа старшим, известно о его знакомстве с Шеварднадзе в 70-ые, что Шеварднадзе отрицал в видеофильме об организации Джабы. Политическая же вражда ’’Мхедриони’’ с Гамсахурдиа началась довольно рано, что подробнее рассмотрим в разделе об этой организации. Сам по себе Джаба Иоселиани это типаж того человека, который не мог не нравиться большинству грузин, что во-многом и определило его политический успех. Новодворская отмечала: Джаба предлагает кофе, но одновременно может заявить: «Вас убьют прямо на улице. Если Вы немедленно не уедете, я за Вашу жизнь не ручаюсь». Джаба Иоселиани был знаком с грузинскими деятелями от Серго Закариадзе (фильм ’’Отец солдата’’), содействовавшего ему в период заключения, до Зураба Церетели, то есть, культурная общественность Грузии для него была более чем близкой. Грузия (в особенности Тбилиси), где всегда закон и криминал имели отношения двоюродных братьев, не могла не подчиниться зову такого человека, сочетавшего в себе эстета, преподавателя, вора в законе, а затем еще политического деятеля, люди которого свергли ’’провинциального фашиста’’. Из интервью молодых членов организации Джабы можно услышать, что они считают его своим идеалом. Джаба награжден орденом Вахтанга Горгасала 1 степени, похоронен в пантеоне почетных деятелей (Джаба преподавала в ряде вузов).