Найти в Дзене
Кошкин хвост

А завтра всё никак не наступит: как мой сын обещал уйти из дома

«Улыбайся сегодня. Плачь завтра» (Читай это каждый день) Сколько угодно можно смеяться над статусами из соцсетей, но есть много людей, которые только по ним и живут. Например, мои дети. Дети: Стас, 16 лет, Паша, 6 лет, Вадим, 4 года. Пару дней назад Вадюша пообещал уйти из дома. Нет, не прямо сейчас. Прямо сейчас – это только не очень умные люди уходят. На эмоциях. Подгоняемые обидой. А у Вадима есть голова на плечах. Поэтому он сказал, что уйдёт завтра. Не скажу, что я этому прямо обрадовалась, но некоторые планы всё-таки понастроить успела. Ещё даже переспросила у Вади: – Точно уйдёшь? – Точно! – заверил он и сделал лицо самого честного человека в мире. Но, когда наступило завтра, Вадя никуда не ушёл. И даже собираться не начал. Сделал вид, будто и разговора того не было. Ну, ладно. Погорячился пацан, решила я. Наговорил лишнего. С кем не бывает? Я на то и мать, чтобы понять, принять и разрешить пожить дома хотя бы до совершеннолетия. В общем, я бы даже смогла про это забыть, есл

«Улыбайся сегодня. Плачь завтра» (Читай это каждый день)

Сколько угодно можно смеяться над статусами из соцсетей, но есть много людей, которые только по ним и живут.

Например, мои дети.

Дети: Стас, 16 лет, Паша, 6 лет, Вадим, 4 года.

Пару дней назад Вадюша пообещал уйти из дома.

Нет, не прямо сейчас.

Прямо сейчас – это только не очень умные люди уходят. На эмоциях. Подгоняемые обидой.

А у Вадима есть голова на плечах. Поэтому он сказал, что уйдёт завтра.

Не скажу, что я этому прямо обрадовалась, но некоторые планы всё-таки понастроить успела.

Ещё даже переспросила у Вади:

– Точно уйдёшь?

– Точно! – заверил он и сделал лицо самого честного человека в мире.

Но, когда наступило завтра, Вадя никуда не ушёл. И даже собираться не начал. Сделал вид, будто и разговора того не было.

Ну, ладно. Погорячился пацан, решила я. Наговорил лишнего. С кем не бывает?

Я на то и мать, чтобы понять, принять и разрешить пожить дома хотя бы до совершеннолетия.

В общем, я бы даже смогла про это забыть, если бы сегодня Паша с Вадей не собрались устроить сражение на мечах. Разумеется, деревянных.

И вот что-то там пошло не по плану.

И Вадя лупцанул мечом Пашу прямо по хребтине. Паша взвыл, как раненый зверь, и ткнул Вадю своим мечом в бок.

Тут уже взвыла я:

– Ах вы, неприятные дети! – заявила я. – Да как так можно? Я лежу и болею, а вы тут орёте! Пойдите в свою комнату и там тыкайте друг друга!

Паша с Вадей переглянулись, взялись за руки и пошли сражаться к себе.

Минут через десять выходит Вадим. В руке у него зажата какая-то мятая картонка.

Он подходит ко мне и с вызовом говорит:

– Я делал эту сердечку для тебя! – и разворачивает картонку, показывая сердечку. – Но из-за твоих слов, мама, я тебе сердечку не подарю!

Отходит от меня на середину комнаты и продолжает:

– Я подарю эту сердечку папе!

И, не сводя с меня глаз, начинает медленно идти к папе.

Идёт и приговаривает:

– И не забудь, что я завтра ухожу!

– Вадя, – не выдержала я. – Сколько можно обещать-то? Ты всё только обещаешь и обещаешь завтра уйти, а сам не уходишь.

Вадя останавливается. Долго смотрит на меня.

А потом разводит руками и отвечает:

– Так я, что ли, виноват, что завтра всё никак не наступит?

И с видом «ну прастити» уходит в комнату. Так и не подарив отцу мою сердечку.

В общем, хочу дать вам, ребята, совет.

Если ваши дети обещают уйти из дома, не верьте им на слово. Требуйте обозначить чёткую дату и время.

Хоть какие-то гарантии у вас будут на тот случай, если завтра всё никак не наступит.