Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Nina Iv. + Nastya

Волшебное яблоко раздора

Женщина с потеряным грустным взглядом пытается объяснить, что нельзя спросить о результате воспитания ребенка только с матери. Дочь уходит в школу на 8-9 часов, и это закрытая территория.
Это так и не так. Сегодня у входа в школу встречают с таким, в лучшем случае, непроницаемым видом, что чувствуешь себя без вины виноватым. Общение идет электронным способом. А я, родитель и учитель старой формации, нуждаюсь в общении глаза в глаза.
Женщина сказала свои слова от отчаяния, ее, будто бы неплохая девочка, совершила тяжкое преступление. Это крайность, слава Богу, редкая. А вот частая — клиповое мышление детей, сложившееся, увы!, не без влияния клиповой школы.
Сошлюсь, как всегда, на авторитет. Михаил Казиник, один из самых эрудированных сегодня, в книге «Парадоксы гениев» посвятил педагогике небольшую главу «О школе будущего».
« Я решил начать разговор о школе клипового сознания, которая раньше или  позже уйдет в небытие. (Лучше раньше)».
8 предметов в день, и каждый учитель тянет  де

Женщина с потеряным грустным взглядом пытается объяснить, что нельзя спросить о результате воспитания ребенка только с матери. Дочь уходит в школу на 8-9 часов, и это закрытая территория.

Это так и не так. Сегодня у входа в школу встречают с таким, в лучшем случае, непроницаемым видом, что чувствуешь себя без вины виноватым. Общение идет электронным способом. А я, родитель и учитель старой формации, нуждаюсь в общении глаза в глаза.

Женщина сказала свои слова от отчаяния, ее, будто бы неплохая девочка, совершила тяжкое преступление. Это крайность, слава Богу, редкая. А вот частая — клиповое мышление детей, сложившееся, увы!, не без влияния клиповой школы.

Сошлюсь, как всегда, на авторитет. Михаил Казиник, один из самых эрудированных сегодня, в книге «Парадоксы гениев» посвятил педагогике небольшую главу «О школе будущего».

« Я решил начать разговор о школе клипового сознания, которая раньше или  позже уйдет в небытие. (Лучше раньше)».

8 предметов в день, и каждый учитель тянет  детей в свою сторону. Даже, если у него один урок в неделю, он считает, что остальные 6 дней ученик думает только о его предмете. Это смешно и грустно, потому что большая часть учеников не думали бы ни  о каких предметах, если б не мамы, априори чувствующие себя у входа виноватыми.

В чем видит Казаник содействие клиповому сознанию учеников? Он объясняет образно: «Кусок географии страны А, оторванный от куска истории страны В, оторванный от литературы страны С и приправленные физикой, все формулы которой выветриваются на уроке физкультуры».

Школьные предметы не связаны между собой. Как учитель мировой художественной культуры я остро ощущала  эту проблему, об этом говорили мои коллеги, проводились совместные с учителями — предметниками уроки, преимущественно открытые.

Неумение сопоставить, анализировать, использовать знания, полученные на других уроках, характерно для многих. Михаил Казиник предлагает провести урок под названием «Яблоко». И вот вам этимология слова, ботаническое отношение, история, английский, культура Древней Греции, Исаак Ньютон, матросский танец, изо и, конечно, русская литература.

«Главное — ассоциативные ряды, путешествие по всей цивилизации с кодовым словом ЯБЛОКО».

А что дома? Вот раздолье для думающих родителей! А дома раздельное домашнее задание и телефон. Домашнее задание с некоторых пор умиляет меня. Дети списывают из интернета ГДЗ, да еще спрашивают у учителей; «Правильно я делаю?»

Как не вспомнить далекое босоногое детство! Реши хоть как, любым способом, но реши! А тут такой случай: задание выполнила с репетитором, учителем физико-математической школы, а свой педагог задание вернул — записано не так. В бой вступает еще один режимный наставник — ВПР, всероссийские проверочные работы. Когда развивать аналитическое мышление? Гони план, почти как в добрые советские времена на заводе.

Конечно, мы благодарны нашим учителям, которые делают многое в условиях несвободы школьных программ. Недавно в каком-то ролике в социальных сетях увидела запись явно интересного, умного педагога. В конце она спрашивает свою аудиторию за кадром: «Слышали про чтение между строк?». Видимо, аудитория ответила утвердительно, потому что учительница продолжила: «Конечно. Вы же учитесь здесь».

Господи! Да я про чтение между строк не слышала, боюсь, со студенческих времен. Зато слышала другое, от человека с ученой степенью: «А зачем читать между строк? Надо читать строки». Тут проблем нет: строки сейчас тоже мало кто читает.