Две руки с утра дружно принялись за работу. Если не считать, что правая иногда ссорилась с левой, можно сказать, что работа у них спорилась. За работой рук внимательно наблюдали, расширенные от ужаса, глаза шеф-повара Люси. Чтобы не видеть как издеваются над фирменным блюдом приюта, она, крепко зажмурясь, ушла спать, изредко потягивая носиком в сторону вкусно пахнущих кастрюль. Появились ещё две руки, которые пришли на помощь первой паре, и тоже приступили к работе. Четыре руки дружно запаривали, варили, кипятили, резали. Люсенька страдала. Мало ей было неумех номер один и два, так тут появились неумехи номер три и четыре. Сняв с себя поварской колпак, она проворчала под аккуратный носик, что снимает с себя не только колпак, но и все полномочия, и гордо удалилась... поближе к отварному мяску. Первые руки помчались кормить питомцев. Питомцы нетерпеливо повизгивали, поторапливая неповоротливую левую руку и пытаясь лизнуть правую, в надежде, что она от неожиданности дрогнет и нальет им