У нее чистые, выплаканные глаза. Светлые косички наспех перехвачены резинками. Свой страх она буквально комкает в руках: - Он уходит туда совсем скоро. Добровольцем, сам так решил. А мы свадьбу хотели… Что делать??? Ком в горле почти глушит мои слова: - Сначала бежать в ЗАГС, жениться. А потом – домой, продолжать фамилию. Она застывает от беспардонности моего ответа, а потом – от своего нового вопроса, который не может, не позволяет себе вымолвить: - А вдруг… И сама дает ответ, шепотом: - Будет его малыш… Наш малыш. ... Спустя время мы встретились. Глаза по-прежнему строгие, но улыбка в них промелькнула: - Поженились. Уехал. Ждем двойню: Надежду и ее защитника, Александра.
У нее чистые, выплаканные глаза. Светлые косички наспех перехвачены резинками. Свой страх она буквально комкает в руках:
- Он уходит туда совсем скоро. Добровольцем, сам так решил. А мы свадьбу хотели… Что делать???
Ком в горле почти глушит мои слова:
- Сначала бежать в ЗАГС, жениться. А потом – домой, продолжать фамилию.
Она застывает от беспардонности моего ответа, а потом – от своего нового вопроса, который не может, не позволяет себе вымолвить:
- А вдруг…
И сама дает ответ, шепотом:
- Будет его малыш… Наш малыш.
... Спустя время мы встретились. Глаза по-прежнему строгие, но улыбка в них промелькнула:
- Поженились. Уехал. Ждем двойню: Надежду и ее защитника, Александра.