В 1944-ом году в боях на калининградском направлении, в Восточной Пруссии, наши разведчики проводили уникальные операции в самом тылу немцев, на территории, вообще не предназначенный для глубиной разведки, где нет диких лесов, а те леса что есть - поделены лесниками на квадраты с просеками, что серьезно упрощает поиск в лесу, всё население абсолютно профашистски настроено, жилые районы встречаются часто и достаточно густо населены, кроме того даже в небольших деревнях в домах есть телефоны и связь жителей с местными властями, полицией и пр.
Все эти факторы и приводили к тому, что вероятность гибели даже самых элитных подразделений разведки составляла более 50%.
Но группы выполняли свои основные задачи, ведя разведку и сковывая передвижения и концентрацию войск противника.
В Берлине в одном из музеев до сих пор хранятся, архивные отчёты штандартенфюрера СС, ответственного за борьбу с русскими разведчиками на территории Восточной Пруссии. И если в первых кратких справках советские разведчики именовались «бандитами», с которыми «будет покончено в ближайшие дни», то позже он стал называть их «асами разведки», «крупнейшими специалистами разведывательного дела», мол, именно поэтому так сложна борьба с ними.
На территории бывшего СССР множество памятников войнам-освободителям, памятников обычным солдатам, лётчикам, танкистам.
Но памятник разведчикам только один - и он в Калининграде, как дань той жертве, что принесли эти ребята 16-23 лет от роду в самом конце войны для того, чтобы она закончилась в 1945, а не в 1947 или даже в 1949.
"Джек" и "Лебедь" - позывные, которые были известны их товарищам, Штабу и всему фронту стократ лучше, чем их реальные имена и фамилии.
Они же, эти позывные, фигурируют в произведениях - повестях, очерках, фильмах, известных всем советским детям:
- "Я – Звезда"
- "Максим не выходит на связь"
- "Последний из группы "Джек"
- "Парашюты на деревьях"
- "Вызываем огонь на себя"
«Три дня тому назад на землянку внезапно напали эсэсовцы. По сведениям поляков, немцы захватили Павла Лукманова, он не выдержал пыток и выдал нас.
“Француз” умер молча.
“Сойка” сразу была ранена в грудь. Она сказала мне: “Если сможешь, скажи маме, что я сделала всё, что смогла, умерла хорошо”. И застрелилась»
— сообщала «Лебедь» «Центру» 30 декабря.
На следующий день она сама была ранена в руку, пыталась спрятаться, но собаки взяли след — фашисты ее обнаружили. Когда закончились патроны, Анна подорвала себя и двух немцев последней гранатой. Ей было 23 года.