" Давным давно, когда уже и не помнится, " – начал свой рассказ старый индюк. Он важно поправил пенсне и поудобнее уселся в кресле.
Малыши птенцы затихли и расселись возле него, кто на диван, кто на стульчики, а кто и на пол. И утята с гусятами, и цыплята с индюшатами. И только изредка, тихо-тихо перешептывались. Очень им нравились — сказки-небылицы старого индюка деда Гриши.
"Жили-были, в одном фермерском хозяйстве звери и птицы. Да так дружно жили. Каждый при своём деле. А если кому помощь нужна, то всей фермой помогали. Год как-то выдался особо урожайный.
И прознал про это – один хитрый лис и захотел поживиться. Недолго думая, он решил проверить обстановку.
Осмотрел территорию, нигде лазейки нет. Курятник – козлы с баранами сторожат. Телят – гуси, индюки пасут. В овчарне – петух дозор несёт. Никак лису не проскочить.
Покумекал он, что к чему, да и решил хитростью провести. Надел отцовские очки, в роговой оправе. Взял портфель, для важности, от одного барана остался — царствие ему небесное.
Пришел к парадным воротам в фермерское хозяйство и постучал.
Конь, козел, да баран, дежурные по воротам, вышли к нему и говорят:
— Кто пришел? С чем пожаловал?
Лис прокашлялся, поправил очки и с серьёзным видом заявляет:
– Добрый день. Позвольте представиться Эдуард Петрович. Проверяющий из министерства козоводства. С инспекцией. Вот мои документы. — и важно постучал лапой по портфелю.
— Не слыхал ни о какой инспекции и министерстве, — проблеял баран.
Лис посмотрел на него поверх очков и надменно произнёс:
— Дак это потому, что вы — баран, а не козел. Только последняя необразованная деревенщина не слышала о министерстве.
Конь с бараном повернулись к козлу. А козлу очень не хотелось прослыть последней необразованной деревенщиной и он сделал умный вид, потряс бородой и говорит:
— Слыхал, как не слыхать.
Баран с конём кивнули и пустили лиса за ворота.
Лис стал важно расхаживать по дворам, огородам и всё чего-то в блокнот записывает. Говорит:
— Ответ в министерстве держать буду. Всё запротоколировать надо.
Все в стороне держатся. Боязно. И только дежурные по воротам за ним следом ходят.
И вот зашёл лис в курятник, осмотрелся. Охнул, глаза выпучил. Все прибежали, а он рукой на жердочки показал и строго так говорит:
— Нарушаем? Технику безопасности не соблюдаем? — и с укоризной на козла посмотрел.
А козел на коня. Тот на барана. Баран на петуха. Петух развёл крыльями и озираясь по сторонам заикаясь прокудахтал:
– Кудкуда. Не зна... Дак а, разве не."
Лис поправил очки и добавил:
— Вы лучше не оправдывайтесь, а исправляйте. А то вот сюда всё запишу. — он угрожающе постучал блокнотом по портфелю. — Закроют всё это безобразие.
Звери, птицы переглянулись, да как испугались. Такая суета поднялась. Все бегают, кричат.
А лису только это и надо, по сторонам огляделся, видит не следит за ним никто. Открыл портфель, наложил туда цыплят, сколько влезло, и заторопился к выходу. Цыплята пищат, но не слышно их, такой шум на ферме поднялся.
Подбежал лис к воротам, открыл и был таков.
Не сразу на ферме разобрались, что к чему. Да, дюжину цыплят не досчитались."
На этом старый индюк стих и захрапел.
Перепуганные малыши сидели тихо-тихо, и во все глаза смотрели по сторонам. В каждом углу лис мерещился.
И тут самый маленький утёнок вышел из оцепенения и как закричит: "Мамочка, боюсь".
Дед Григорий проснулся и продолжил:
"Да, тише ты. По лисью душу тогда целый карательный отряд собрался.
Кто рога наточил, кто шпоры отполировал, а кто и копыта металлом подбил.
И я там был.
Совсем маленьким индюшонком, как вы сейчас. Да только посильнее и посмелее. И знал точно: лисью морду надо бить.
В сумерках прокрались мы отрядом в лес и разделились на три группы.
Наша группа "альфа" первой вышла на логово лиса. По гусиной радиосвязи были переданы координаты другим. Мы понимали, что тогда сильно рискуем.
У лиса были заложники, медлить было нельзя.
Баран — установил наблюдение. Утки — патрулировали воздух. Конь — зашел с тыла. Петух с индюками — оцепили периметр.
Каждая минута приближала цыплят к смерти.
После сигнала мы продвинулись на перехват. И тут я сделал кувырок вперёд, взломал дверь и как..."
После этих слов старый индюк вскочил на кресло, схватил свою трость и заорал:
"Трататататата,тратататата."- он тряс свою трость, словно это был автомат." Трататата, лисьи морды получайте, трататата, я нафарширую вас свинцом".
На крики прибежала дедова бабка, Графира Поликарповна. Охнула, и как принялась полотенцем колотить деда, приговаривая:
" Опять тебя старый понесло. Нечего боевики смотреть. Всю малышню перепугал."
Индюк опустил трость, слез на пол и поглядел на дрожащих птенцов. Те все попрятались за диван и испуганно хлопали глазами. Дед покачал головой и тихо добавил:
" Всё так и было. Так и было. Зуб даю," — улыбнулся беззубым клювом и вышел вон.
