- Опять поварешку всю кашей измазал, пень кучерявый!
- Вот трещит с утра, сорока неугомонная!
Витя проснулся от перепалки бабушки и дедушки. Это у них обычное дело. Он улыбнулся, представил деда кучерявым пнём, а бабушку сорокой. Вышло так комично, что он рассмеялся в голос. Кучерявым она называла деда потому, что его буйные кудри давно поредели, и на голове образовалась плешина. А он называл ее сорокой, потому что любила поворчать на него. Смех и грех с этими стариками. Пятьдесят с лишним лет живут вместе, а всё ворчат друг на друга, да вроде и не со злости, а так, по привычке.
У бабушки есть любимая маленькая поварешка. Она ею компоты и морсы по стаканам разливает. И ею очень удобно тесто для блинов на сковородку наливать, как раз порции на блин хватает. Поэтому бабушка её и бережёт.
А дед любит этой поварешкой кашу себе накладывать, хотя ложка, которой он обычно ест, размером почти с эту поварешку. Бабушка говорит, чтобы он накладывал кашу ложкой, а он, или специально, чтоб ее позлить, или забывает про её наставления, берет поварешку. В итоге, если бабушка не уследит, она, измазанная кашей, засыхает на подставке для ложек. А засохшую кашу отодрать от нее весьма нелегко. Нужно сначала замочить её на некоторое время в горячей воде, а затем оттереть губкой. Вот и злится бабушка.
Вите 14 лет. На каникулах он всё лето в деревне. Тут раздолье, рыбалка с дедом, ягоды-грибы, друзья из местных ребят, весело, даже скучать по родителям некогда. Да и дед с бабушкой у него такие чуднЫе, с ними не соскучишься.
Вот и сегодня день начинается с утренней перепалки. Витя встал, умылся, позавтракал, помог деду принести веток для коз, наносил бабушке воды для стирки. Она в бане стирала, там у неё машинка стиральная. Зашёл туда, а бабушка лежит на скамеечке, бледная, за грудь держится, дышит тяжело.
- Ба, что с тобой?
- Не знаю, Витя, что-то плохо мне.
Витя к деду. Дед всполошился, побежал в баню. Вдвоем они привели бабушку домой и уложили на кровать. Вызвали скорую. Она приехала быстро. Сделали бабушке укол и увезли в больницу в райцентр. Сказали, гипертонический криз и она должна быть под присмотром врачей.
Бабушка пролежала в больнице десять дней. Дед с Витей жили одни в это время. Витины родители приезжали на выходные, всё помыли, постирали, почистили, навестили бабушку и уехали, им на работу.
Было грустно без бабушки. Витя частенько замечал, как дед сидит и смотрит в одну точку, а в глазах вместе с печалью затаилась слеза. Ни на рыбалку не ходил, ни в домино с соседом играть. Возьмёт бабушкин платок, положит на колени и тихонько поглаживает своими большими руками. Витя подойдёт, обнимет деда, да и сидят вдвоем, молчат.
Бабушка приехала неожиданно. Говорит, выписать хотели завтра, а тут попутка из райцентра к ним в деревню образовалась, она и отпросилась у доктора.
Дед с Витей баню топили, когда открылась калитка и в нее зашла бабушка. Витя бросился к ней. Обнял, долго стоял с ней в обнимку, потом взял сумку и понёс в дом. Дед подошёл степенно, но глаза показывали его радость, а седые усы раздвинулись от улыбки. Они обнялись и пошли в дом.
В доме опять было тепло и уютно. И стариковские перепалки только радовали Витю. Он же знал, что это не со злости, а от любви.
Вечером дедушка с бабушкой сидели на диване перед телевизором. Витя сел между ними, взял их натруженные руки и соединил их. Они переглянулись и положили головы на его плечи. Она с одной стороны, он с другой .
- Не ссорьтесь больше.
- Не будем.
Когда утром Витя вышел на кухню, дед с улыбкой накладывал себе кашу своей большой ложкой. Бабушка стояла рядом и тоже улыбалась . Поварешка была чистой.