В самом сердце Санкт-Петербурга, на углу Невского проспекта и Фонтанки, прямо у Аничкого моста красуется дворец Белосельских-Белозерских, чей род происходил от Рюриковичей и по знатности даже превосходил императорский.
Именно с этим дворцом мы решили познакомиться "поближе". Узнали, что здесь проводят музыкальные концерты и экскурсии, а так как на тот момент, билет на концерт был значительно дешевле экскурсионного, всего 400 рублей с человека, мы решили, что совместим и концерт и знакомство с особняком. Хитрецы организаторы), несколько парадных залов, нам так и не довелось посмотреть, они доступны были только с экскурсией)...
К концу 1848 года, на Невском пр. 41, где стоял первый трехэтажный особняк, со скромным фасадом, появился, перестроенный зодчим Андреем Штакеншнейдером, настоящий дворец по заказу князя Эспера Александровича Белосельского-Белозерского. Зодчий был большим поклонником Бартоломео Растрелли и празднично-пышной архитектуры барокко. Благодаря Штакеншнейдеру стиль барокко получил в Петербурге шанс на вторую жизнь в девятнадцатом веке. Фасады дворца, выходящие на Невский и на Фонтанку, украшает богатый декор и лепной орнамент, а изящные колонны опираются на плечи бородатых атлантов. Вдоль второго этажа, тянется череда ажурных балконов.
Подлинным шедевром стала широкая лестница и вестибюль парадного входа дворца Белосельских-Белозерских. Два пологих лестничных марша ведут в бельэтаж. Украшением лестницы служит витая решетка перил тончайшей работы и вензеля с инициалами владельца.
Со внутренних стен дворца пугливо смотрят кариатиды и нимфы, в немом молчании застыли атланты, простенки и настенные часы облепили фигурки путти (обнаженных маленьких карапузов или купидонов). Все скульптуры были выполнены Давидом Иенсеном, известным датским мастером, который стал партнером зодчего Штакеншнейдера на долгие годы.
Далее мы проходим в пышную столовую, стены которой украшает мелкий лепной орнамент и живописные полотна. Здесь же мы видим роскошный мраморный камин.
Войдя в зал предназначенный для картинной галереи, нам открылось огромное вытянутое помещение с пятью массивными окнами, выходящими на Невский проспект. Зал украшает бронзовая люстра и белоснежный лепной орнамент, над дверьми живописные полотна на мифологические сюжеты. Здесь опять мы замечаем атлантов и кариатид.
Следующее помещение, где и проходил концерт камерной музыки, на который мы пришли, было предназначено для проведения балов. Просторное помещение зала украшают четыре огромных зеркала, расположенных симметрично напротив четырех огромных окон, выходящих во двор, а так же белоснежная лепнина, бронзовые люстры и уже ставшие привычными нам кариатиды и атланты.
К сожалению, не попали мы в шикарный дубовый зал или библиотеку дворца и в угловую гостиную, сделанную специально для "маленькой" княгини Белосельской-Белозерской, жены князя.
Заказчику же этого шикарного дворца князю Эсперу, увы, не довелось увидеть особняк готовым, он умер за два года до окончания всех работ. Все состояние переходит к его жене, которая жить здесь не стала. Она вышла замуж второй раз за князя Василия Кочубея. Семья поселяется в доме князя на Литейном проспекте, где через два года он скоропостижно скончается. В роскошном же дворце Белосельских-Белозерских княгиня до глубокой старости будет лишь закатывать помпезные балы и светские приемы.
Далее дворец приобретет брат императора Александра III, при нем он и вовсе будет называться Сергиевским, но история отдала долг и сейчас, и в памяти потомков он навсегда будет именоваться дворцом Белосельских-Белозерских, по имени непосредственного заказчика строительства.
А Андрей Штакеншнейдер, создавший в Петербурге не один дворец и особняк, навсегда запомнился нам, как зодчий, впервые в девятнадцатом веке возродивший праздничный и пышный стиль барокко в своем детище - дворце Белосельских-Белозерских.
Подписывайтесь на канал.