НЕЗАЖИВШАЯ РАНА

Рассказ.

- Деда, у тебя кровь на лице! Ты что? Ударился обо что-нибудь?- Глядя на тонкую струйку крови, медленно стекавшую по правой стороне дедова лица, над бровью сквозь ресницу прямо в открытый глаз, испуганно воскликнула внучка. Она держала годовалую дочку на руке и пальцем свободной левой руки показывала на лицо деда.

- Да нет, что ты, не ударился! Вот, наконец-то… вышел!- и он, бережно держа дрожащими пальцами маленький острый предмет, растерянно стал вытирать морщинистой ладонью кисти руки с лица кровь, совершенно не сознавая, что размазывает по лицу тонкую струйку крови, медленно текущую по такому же морщинистому, как ладонь, лицу.

- Вот, с самой войны ношу! Долгонько же он меня мучил!- И дед медленно переложил маленький острый кусочек металла на ладонь руки.

- А что это у тебя такое? – ничего не понимая, в недоумении спросила внучка.

- Осколок. – Задумчиво и как-то неохотно, уставившись в одну точку заслезившимися вдруг голубыми глазами, тихо ответил дед.

- Что? Какой осколок? Да откуда он у тебя?- растерянно расспрашивала внучка.

- С войны внученька, с войны! С самой Великой…Отечественной!- и дед медленно опустил свой взгляд на ладонь с лежащим на ней осколком.

_ С войны? С Великой Отечественной? … Так долго?- испуганными и в то же время любопытными глазами внучка уставилась на тёмный маленький острый кусочек металла, спокойно лежащий на старой ладони фронтовика.

Наверное, ещё долго бы они рассматривали этот маленький чёрный острый осколочек, лежавший на ладони фронтовика, не войди в этот момент в дом я.

Увидев меня, дядя Лёня засмущался, засуетился и хотел, было уже выкинуть осколок в мусорное ведро, но тут быстро вмешалась тётушка:

- Постой дед, дай хоть детям посмотреть!

Дядя Лёня нехотя положил темный кусочек металла на стол.

Вытирая кусочком бинта с лица деда кровь, как смогла, тётушка рассказала мне про случившееся с ним событие.

Уставившись глазами на металлический предмет, величиной с неправильной формы спичечную головку, я, не решаясь до него дотронуться, спросить у дядьки о самом для меня главном. Пересиливая наступившую тишину в доме, я всё же спросил:

- Дядя Лёня, и много таких ценных подарков у тебя ещё?

- А кто их считал?! Вот они, между рёбер под кожей катаются! Помаленьку выходят из глубины тела! Катаются, ну и пусть себе катаются! Мне жить сильно уже не мешают.

Первые годы после войны они ещё давали мне «прикурить», а сейчас мы уже как бы сроднились. Со временем ко всему человек привыкает.- Снова смутившись и отводя взгляд в сторону, схитрил он, опуская вниз задранную кверху рубашку на теле.

На очень худом его теле, теле фронтовика я успел разглядеть множество шрамов, рубцов, а между рёбер, под кожей, множество синих точек разной величины в виде безобразной татуировки.

- Дядя Лёня! А где и за что ты был награждён этим подарочком?- Показывая рукой на лежащий кусочек металла на столе, уже смелее спросил я, хорошо зная, что не любят те, кто смотрел смерти в глаза, рассказывать не только о себе, но и о войне, о тех суровых грозных временах.

В доме снова наступила неприятная тишина. Только за окном играл в ставнях ветерок да крепчал мороз.

- Да! Скоро уж двухтысячный год пойдёт! … А я-то думал, что не доживу! Дожил! Назло всем врагам дожил! Ну а этот, как ты говоришь, ценный подарочек я получил на втором Белорусском фронте в феврале 1943 года.

Тогда шли ожесточённые бои! За каждую пядь нашей Советской земли на смерть бились с врагом!

Наш полк во время тяжелейших боёв в очередном наступлении на фашистов, попал под усиленный миномётный огонь врага.

Очнулся я уже в полковом госпитале, весь в бинтах. … Да, что тут говорить!? За годы войны не раз смерти в глаза смотрел!- В разговоре наступила длинная пауза.

- Наверное, не зря орденом Красной Звезды наградили! Как только жив остался?!

Не пойму!?- Прерывая домашнюю тишину, коротко поведал он нам свою скупую историю и историю безобидно лежавшего на столе маленького темного металлического кусочка, величиной, всего лишь со спичечную головку.

Отпраздновали очередную годовщину в Великой Отечественной войне. В конце мая 2000 года дяди Лёни не стало.

Шагая за гробом, я вспомнил этот, казалось бы, незначительный эпизод, глядя на дядины боевые ордена и медали, тихо покоящиеся на красной атласной подушечке.

Под каждый шаг внука, несущего ордена, подушечка вздрагивала и ордена при этом, задевая друг – друга, издавали глухой металлический звук, как бы отдавая при этом последние почести своему хозяину.

- Ну, хоть когда-нибудь, хоть одно поколение проживёт свою жизнь бес воин?- С горечью подумалось мне.

А следом…, следом несли венки, венки, венки ….

2003г.